Чтение онлайн

– Такой и останешься, - мать добродушно стукнула ее деревянной ложкой по лбу: «Мораг, достань хлеб из печи, перекусим, и мне идти надо, детей осматривать».

– Все знаю, - томно повторила себе Мораг. Тихо рассмеявшись, девушка погладила его по плечу. «Еще немножко, - сонно сказал Тедди, - сейчас досплю, и встану...»

– Можно не вставать, - шепнула ему Мораг. Тедди вдохнул запах цветов и беспомощно подумал: «Мне в контору надо. Ладно, в Гайд-парк сегодня не пойду. Вечером возьму наемную карету, заберу багаж, и отвезу ее в Мейденхед. Там Мадлен, дети, мама с Питером - там она ко мне ночью не придет..., Потом вернусь в Лондон, и увидимся только в церкви».

Она уже была у него в объятьях, целовала его, тихо говорила что-то ласковое. Тедди прижал ее к сбившимся простыням, и Мораг, раскинув руки, застонала: «Еще! Еще! Господи, как хорошо! Еще, любимый мой!»

Марта взглянула на задернутые гардины комнат Майкла. Внезапно остановившись, женщина достала из бархатного мешочка медь. «Сходи, пожалуйста, в лавку, - попросила она Мэри, - у Тедди, наверняка, хлеба нет. И The Times купи, - она увидела улыбку Мэри и сама рассмеялась:

– Знаю, знаю, казалось бы - после сегодняшней встречи, что я еще хочу прочитать, в газете? Однако, - Марта прервалась, будто прислушиваясь к чему-то, - журналисты часто первыми узнают важные вещи.

– У меня есть деньги, - отмахнулась Мэри. Подняв полы легкого, уличного редингота, обойдя лужу, девушка скрылась за углом.

Марта взошла по каменным ступенькам - у выкрашенной в оливковый цвет двери, висела медная табличка: «Майкл Кроу, член Королевского Общества и Общества Гражданских Инженеров».

Она застыла. Сжав губы, женщина пробормотала: «Ах, Тедди, Тедди…, Говорила я тебе - не надо торопиться...»

Марта решительно постучала молотком в дверь. Внутри все стихло, раздался какой-то шорох, шепот. Наконец, она услышала голос Тедди: «Кто там?».

– Мама, - сочно отозвалась женщина. «Доброе утро, дорогой мой. Ты откроешь, или мне так и мерзнуть? На улице прохладно еще».

Он был в бархатном халате, каштановая голова - растрепана, лазоревые глаза чуть припухли. Марта вдохнула запах табака, шампанского и ароматической эссенции. Дверь в спальню была приоткрыта, и она увидела брошенное на персидский ковер винно-красное платье.

Марта подняла руку. Сняв с халата сына длинный, черный волос, она сухо велела: «Оденьтесь и приходите в столовую. Мы с Мэри хотели у тебя позавтракать. Она сейчас вернется. Давно Мораг приехала?»

– Вчера утром, - услышала Марта. Девушка вышла из спальни, завернутая в шелковую простыню.Она капризно сказала: «Тедди, помоги мне надеть платье, я одна не справлюсь. Здравствуйте, миссис Марта, - она покраснела, - рада вас видеть. Я собиралась в Мейденхед, да вот...»

– Да вот не доехала, - ехидно закончила Марта. Повернувшись, она прошагала на кухню.

Тедди втолкнул Мораг в спальню и зло спросил: «Зачем это было делать? Осталась бы здесь, они бы позавтракали и ушли. Одевайся, - он поднял с ковра ее платье.

Простыня скользнула вниз. Мораг, прижавшись к нему, тихо рассмеялась: «Не хочу, любимый».

– Одевайся, - глубоко выдохнув, повторил Тедди. Он захлопнул за собой дверь в умывальную. Мораг выпятила нежную губку и обиженно пробормотала: «Ничего такого не случилось, миссис Марта и так все знает, зачем прятаться?».

В отделанной шелковыми обоями столовой вкусно пахло свежим хлебом и жареным беконом. Марта взялась за серебряный кофейник. Она ласково заметила, глядя на Мораг: «Мы как раз с Мэри по делам в город приехали. А ты, я смотрю, ранняя пташка. Сразу с корабля, и к своему жениху».

– Конечно, тетя Марта, - пожала плечами Мораг, - я ведь соскучилась, мы долго не виделись. И Тедди тоже, - со значением сказала она, покосившись на юношу.

Тот отложил газету: «Вы тогда отвезете Мораг в Мейденхед? Мне в контору надо. Я к репетиции венчания появлюсь, вместе с Майклом».

– И багаж ее заберем, и отвезем, ни о чем не волнуйся, - ласково ответила мать. «Прощайтесь».

– Скоро увидимся, милый, - Мораг подняла руку. Тедди, поцеловав ее, не сказав больше ни слова,- вышел.

Марта нагнала его на ступенях. Потянувшись, она остановила сына: «Тедди, ты подумай...»

– Да не о чем больше думать, - он раздул ноздри. Марта, на мгновение, увидела перед собой темную спальню в виргинском поместье Бенджамин-Вулфов, и смуглое, красивое лицо свекра: «А теперь попроси!
– услышала она издевательский голос. «Встань на колени, поцелуй мне руку, и попроси, Марта! Я тебя научу покорности!»

– А потом он взял свою плеть, - Марта поежилась и взглянула на сына. «Нет, Тедди не такой, как он - подумала женщина.

– Не о чем, - повторил Тедди и махнул рукой. «Ты прости, мамочка, что так получилось..., - он покраснел. Марта, перекрестив его, шепнула: «Ничего, ничего, милый. Все устроится. На следующей неделе увидимся».

Тедди наклонился. Поцеловав ее в щеку, вдохнув запах жасмина, он шепнул: «Я люблю тебя, мамочка».

– Я тоже, - она все смотрела ему вслед, пока его темный сюртук не пропал в утренней толкотне на тротуаре.

Марта вернулась в столовую. Мэри, откинувшись на спинку стула, куря сигарку, читала вслух газету: «По сведениям наших корреспондентов, генерал Наполеон собирается в скором будущем нанести сокрушительный удар австрийским войскам в Италии».

Мораг зевнула. Отпив кофе, девушка сморщила нос: «Опять политика, на корабле только о ней и говорили. Тетя Марта, - она взяла тарелку женщины, - давайте, я за вами поухаживаю. Вы знаете, Констанца родила, как раз перед Пасхой. Мальчика, Дэвидом назвали».

– Откуда же мне знать?
– усмехнулась Марта, разрезая бекон. «Ты сюда в одном платье прибежала, без писем, без багажа».

Мораг покраснела и замялась:

– Она в Нью-Йорк переехала, Констанца. Мистер Александр Гамильтон, бывший министр финансов, в следующем году газету открывает. Констанца будет ее редактировать, - Мораг пожала плечами, - понятно, не открыто. Она книгу написала, об освоении индейских территорий. Люди ночью в очередях стояли, чтобы ее купить, а репортажи ее - все газеты перепечатывают. Она еще колонки пишет, политические. Она партию федералистов поддерживает, мистера Гамильтона партию.

– Вот как, - только и сказала Марта. Потянувшись, она забрала у Мэри сигару. «Сейчас в порт поедете, - распорядилась она, - а оттуда в Мейденхед. К портнихе я сама схожу». Марта стряхнула пепел: «А дядя Дэниел - тоже за федералистов?».

Мораг расхохоталась: «Нет, конечно. Он любимец мистера Джефферсона. Джефферсон и Гамильтон - заклятые противники».

– Так я и думала, - усмехнулась Марта. Потушив сигару, она велела: «Пошли, посажу вас в карету».

Джованни устроился на скамейке. Осторожно поставив рядом с собой корзинку, мужчина заглянул внутрь - Сидония мирно посапывала. Из-под кружевного чепчика были видные темные кудряшки. Изабелла скинула туфли, устроившись под боком у мужа.