Чтение онлайн

Маргарита посмотрела на его смокинг, украшенный орденами, отец получил их и от бельгийского короля, и от голландского монарха, и от папы Римского, и промолчала.

Белье на ней было белого шелка, чулки, тонкого кружева, и такой же была короткая сорочка. Принесли атласные туфли на высоком, трехдюймовом каблуке. Мадам Ришар, наблюдала, как на Маргарите застегивают платье. Портниха усмехнулась:

– Она больше шести футов роста, с этими каблуками. Выше жениха на голову. Я слышала, что он коротышка, да еще и лысый.

– Все в порядке, мадемуазель Маргарита, - портниха повертела ее туда-сюда. Платье, белое, как снег, со шлейфом и туго затянутым корсетом, со скромным, прикрытым кружевом декольте и длинными рукавами, облегало девушку. Мадам Ришар, одобрительно, подумала: «Талия очень тонкая. Грудь, правда, небольшая, но ведь она еще молода. Едва девятнадцать исполнилось».

– Не надо горбиться, мадемуазель, - портниха резко потянула ее за плечи, - вы больше не в монастыре. Нечего стесняться ваших достоинств, - она подмигнула девушке, - завтра вечером их увидит муж, во всей красе.

Маргарита почувствовала, как слезы наворачиваются ей на глаза.

– Я ничего не знаю, - панически подумала девушка, - совсем ничего. И Элизы здесь нет. Папа мне ничего не скажет. Если бы пойти к врачу..., Но где его взять, врача? Рю де Риш-Клер, шесть, первый этаж, - повторила Маргарита, - тетя Джоанна. Она замужем, и родственница...

Днем отец ни на мгновение не отпускал от себя Маргариту. Каждый вечер он уезжал по делам, оставляя девушку в номере под присмотром монахини. Настоятельница во Флерюсе дала ее Маргарите в сопровождающие. Сестра Эммелина вышивала, или читала молитвенник. Маргарита сидела, сложив руки, глядя на обитую шелком стену. В их комнатах был балкон, однако апартаменты располагались на третьем этаже. Внизу лежала оживленная, вымощенная булыжником улица.

В ателье отец посмотрел на стенные часы: «Я вернусь после обеда. Наряды, - он рассмеялся, - это дело долгое».

Когда с Маргариты снимали платье, она искоса взглянула на стрелки. У нее оставалось еще два часа.

– Я успею, - сказала себе девушка, - папе объясню, что хотела сделать последние покупки, для Остенде. Денег у меня нет, но это ничего. Оставлю в магазине карточку папы. Может быть..., -девушка замерла, - может быть, мадам Джоанна поможет мне..., Я уеду в Париж, а лучше в Лондон. Там семья, папа с ними в ссоре..., Мадам Полина, дочь мадам Джоанны. Она была ко мне так добра, она меня приютит. Но я еще несовершеннолетняя. Папа может подать в суд, явиться с полицией..., Пусть подает, - разозлилась Маргарита, надевая свое скромное, муслиновое, серое платье, затягивая русые волосы в узел:

– Виллем женился по любви, наверняка. Элиза богатая наследница, но Виллем не такой человек. Он бы, не стал венчаться из-за денег. И я не буду, - Маргарита выставила вперед упрямый подбородок.

Все оказалось просто. Она, небрежно, сказала мадам Ришар: «Я сама доберусь до отеля». Девушка выскочила на улицу. Театр Ла Монне был прямо напротив. Маргарита, в гостинице, украдкой рассматривала гравированную карту Брюсселя, висевшую на стене у конторки. Она нашла Рю де Риш-Клер, сразу за площадью Гран-Плас. Маргарита быстро прошла мимо ратуши. Здесь, завтра, накрывали банкет в честь ее венчания. Она заметила повозки с провизией, заворачивающие за угол. Цветочный рынок разъезжался. Девушка, пробежала по брошенным на камни, влажным розам, гвоздикам, и сирени. Она оказалась на узкой, тихой улочке.

Наверху шелестели листьями платаны. Маргарита огляделась и уцепилась за свой атласный ридикюль. Сердце отчаянно стучало. Она глубоко вздохнула. В палисаднике дома номер шесть цвели розы, девушка увидела аккуратные грядки. У дубовой двери блестела медная табличка: «Мадам Жанна де Лу, месье Поль Мервель».

– Странно, - Маргарита подняла руку, чтобы дернуть за шнурок, - гардин на окнах нет.

Она не успела позвонить, как дверь распахнулась. На пороге стоял высокий, выше Маргариты, широкоплечий, стройный мужчина в простых, рабочих брюках и потрепанной, льняной рубашке. На загорелой, крепкой шее, что виднелась в открытом вороте, крестика не имелось. В руках он держал отвертку. Белокурые, коротко стриженые волосы золотились в полуденном солнце. Глаза у незнакомца были голубые, большие, в темных ресницах.

Маргарита зарделась:

– Простите, пожалуйста, месье.., Я ищу мадам Жанну, или месье Поля, - она указала на табличку, -меня зовут Маргарита де ла Марк..., - она вскинула голову с узлом русых, пышных волос. Он улыбался красивыми, немного обветренными губами. Пахло от него осенью, дымом костра и палыми листьями. Маргарита едва удержалась на ногах. Она почувствовала прикосновение крепких пальцев. Мужчина отступил, поклонившись: «Проходите, пожалуйста, мадемуазель».

Она робко ступила в переднюю. Волк, все еще улыбаясь, опустил широкий, медный засов.

Маргарита все никак не могла поверить, что перед ней племянник мадам Полины. Он сварил ей кофе и мягко, ласково усадил девушку на диван.

– Мы с вами родственники, - на нее взглянули добрые глаза месье Максимилиана, - мне очень жаль, кузина…, Бабушка и дедушка умерли, прошлым месяцем. Квартира продана, - он показал Маргарите отвертку, - я собирался табличку снять, когда вы пришли.

Волк потихоньку любовался ее русыми, блестящими волосами, белыми щеками, тонкими щиколотками в серых чулках. Платье на ней было с небольшим кринолином, совсем простое. Макс усмехнулся: «Она девять лет в монастыре прожила. Ничего не знает, ничего не видела..., Утрем нос месье барону. Сначала так, а потом на его шахтах. Она и слова вымолвить не может. Она таких мужчин, как я, не встречала, никогда».

Он попросил разрешения закурить. Маргарита, растерянно, согласилась. Она ни разу еще не была так близко от мужчины. У нее кружилась голова, она видела золотистые волоски на его сильных, загорелых руках. Рукава рубашки он закатал до локтя. Кузен сидел рядом, немного поодаль, стряхивая пепел в простое, фарфоровое блюдце. Она, было, попыталась назвать его месье Максимилианом. Мужчина весело посмотрел на нее и покачал головой: «Макс, пожалуйста, дорогая кузина. Или Волк. У меня такое прозвище, с детства».

– Волк, - послушно повторила Маргарита. Девушка, сама того не ожидая, всхлипнула:

– Я думала..., думала мадам Джоанна, мне поможет. Поэтому я сюда пришла. Значит, мой младший брат жив?
– она, доверчиво, взглянула на Волка. Макс кивнул:

– Грегори в Лондоне живет. Дядя Питер его усыновил. Я вам сейчас все расскажу, - он говорил, а Маргарита заставляла себя слушать. Девушка любовалась его красивым лицом, ловкими пальцами, с дымящейся папиросой.

– Я тоже уезжаю, - она вздрогнула:

– Куда? Простите..., - Маргарита смешалась, - простите, кузен, то есть Макс. Я не должна была...

Волк, увидев ее, решил, что в Мон-Сен-Мартене ему пока появляться не след. Маргариту там никто не знал, она девять лет прожила в монастыре, но Макс хотел сначала приучить девушку к себе, а потом привезти ее на земли «Угольной компании де ла Марков». Ему стоило вернуться в Рур, на заводы графа фон Рабе. Волка ждали подпольные ячейки Интернационала. В любом случае, борьба в Германии только начиналась.