Чтение онлайн

Въехав в столицу, принцессы перевели лошадей на быстрый шаг. Но, едва проехав несколько улочек, Ирена резко потянула за повод и остановила Бурана. Конь заржал, поднялся на дыбы. Самара же, как истинная леди, не стала повторять этих действий, а обошла собрата вокруг, прежде чем окончательно остановилась.

– Ты всегда была лучшей наездницей, чем я, - отметила шотландская принцесса, но англичанка поднесла пальчик к губам, призывая её молчать.

Кивком головы наследная принцесса указала на центральную площадь с большим базаром. Там уже хозяйничали лорды из свиты Анжелины...

– Смотри-ка, Беркли ещё не похоронили, а Тей уже занял его место повсюду...
– прошептала Ирена.

Действительно, среди дюжины кавалеров рыжела голова немолодого виконта.

– Что они делают?
– спросила Эвелина и обернулась к сестре, но той уже не было рядом.

Буран одиноко стоял возле галантерейной лавки. Через полминуты Ирена вышла из магазинчика с двумя шляпами в руках: чёрной и синей.

– Держи, не хочу, чтобы меня узнали торговцы. Придётся замаскироваться...
– произнесла наследница, подав Эвелине чёрную шляпу, после чего надела синюю - с вуалью до губ.

– Ирена, я ничего не понимаю...
– только и успела сказать шотландская принцесса, как её английская кузина уже была в седле и пришпорила Бурана.

Маркиза хозяйничала на базарной площади, снова повышая налоги на торговлю.

– Теперь ты будешь платить 20 шиллингов за право продавать рыбу в столице, - грозно произнесла маркиза.
– И каждый месяц, регулярно!

– Но Ваша Светлость, я работаю один, у меня нет таких денег! Я столько рыбы и выловить не смогу...

– Если ты не готов оплачивать королевский налог, значит, убирайся с площади!

– Не слишком ли жестоко Вы обращаетесь с торговцем, маркиза?
– раздался из глубины улицы звонкий девичий голос.

Базарная площадь замерла. Все кавалеры, как один, повернули голову в сторону двух юных девиц, направивших лошадей шагом к центру площади.

– Принцесса...
– прошипела красавица, и кровь отлила от её щёк.

– Не ожидали встретить меня в Лондоне, кузина?
– прохладно осведомилась Ирена, стараясь изменить интонации в голосе так, чтобы знакомым торговцам не удалось признать в гордой наезднице простую девушку Ирену с жемчужной заколкой в волосах.

– Признаться честно, не ожидала, - ответила леди Линкольн, сверкнув агатами глаз, и развернула коня к девушкам.

– А мы с Её Высочеством решили заехать и в столицу тоже. Посмотреть, как живёт наш народ.

– Здесь всё по-прежнему, ничего не изменилось с тех пор, как Ваш отец надел корону, - холодно и чинно ответила Маркиза Прилондонских краёв.

Толпа на площади притихла и, казалось, вросла в камни мостовой. Шутка ли - не каждый день перед простыми горожанами представала такая картина: три принцессы крови на одной площади!

– Двадцать шиллингов за право торговать рыбой?
– изогнула брови Ирена, но, конечно, благодаря вуали, этого никто не мог видеть.
– Поистине королевская цена. Боюсь, что простому лавочнику не под силу оплатить такой высокий налог с его хилым апрельским уловом.

– Ваше Высочество... боюсь, Вы очень ошибаетесь на этот счёт!
– подъехав ближе к Ирене, чуть тише Анжелина добавила: - Если Вы ничего не смыслите в политике, то зачем вмешиваетесь в мои дела, кузина?

– Это грабёж Вы называете политикой?
– изумилась наследница.

Вместо ответа маркиза кивнула по направлению к проулку. Ирена кивнула в ответ, благоразумно решив, что подобные речи совсем ни к чему слышать простым людям в Лондоне.

Обе девушки пустили лошадей шагом. Эвелина последовала за ними. Кавалеры Ордена Подвязки остались на площади.

Остановившись в проулке, наследница обратилась к кузине:

– Итак, мы остановились на Вашей странной политике.

– Нет, мы остановились на обвинении в грабеже!
– возмутилась первая леди.

– Да, я этого не скрываю. Вы берёте суммы без учёта прибыли лавочников.

– Тогда скажите, как же, по Вашему мнению, нужно правильно обращаться с торговцами?

– Как минимум не громить прилавки и не обдирать бедняков до нитки.

– Кто Вам наплёл про разгромленные прилавки?
– удивилась Анжелина.

– Я сама неоднократно была свидетелем того, как ведут себя Ваши кавалеры!

– Даже если так, значит, на то были причины, - стояла на своём красавица.
– - Слишком строптивых нужно учить подчиняться власти!

– Торговец рыбой, по-Вашему, заслуживает таких действий?
– отпарировала принцесса Уэльская.
– И непомерно высокого налога? Вы же не знаете, как он живёт, каким трудом добывает рыбу для продажи!

Анжелина рассмеялась низким грудным смехом, от которого у обеих принцесс холод пошёл по коже.

– Ах, Ирена Луиза, недаром людская молва наделяет Вас слишком добрым сердцем! Даже маскарад, которым Вы увлекались в прошлом году, не сделал Вас ближе к народу! Да вглядитесь в этого торговца - он выглядит как жирный кот! Считаете, что он беден и голодает? Нисколько! Он достаточно богат, чтобы держать лавку в центре Лондона! Чтобы обеспечивать рыбой полгорода. Других конкурентов возле него я и не вижу, значит, все местные рыбаки работают именно на него! И продаёт он рыбу мелкими корзинами, чтобы она всегда была исключительно свежей. Сначала научитесь отличать зажиточного мещанина от бедного рыбака, а потом указывайте мне, какие налоги назначать, Ваше Наследное Высочество!
– намеренно подчеркнув титул сестры, продекларировала Анжелина.

Ирена стушевалась. Ей и в голову не приходило, что на знакомого торговца, возможно, действительно работает несколько наёмных рыбаков...

– Допустим, Вы правы. Но тогда нужно делить сборы соразмерно доходу...

– Глупости это всё! Его доход каждый день разный, а нам нужен месячный налог. Или Вы прикажете брать по 20 шиллингов с крестьян, которые выращивают хлеб и в одной рубахе ходят и зимой, и летом? Цена хлеба, чтобы Вы понимали, ниже цены рыбы.

– Какие у Вас жуткие примеры, маркиза, - вставила слово содрогнувшаяся Эвелина.

– Я говорю всего лишь правду: то, что я вижу, то, что знаю. Уж поверьте, обитателей Линкольна, Беркшира и Лондона я сумела отлично изучить!

– Нет, - помотала головой Ирена.
– Это всё неправильно. Я считаю, что нельзя брать высокие налоги ни с крестьян, которые и без того поставляют нам провизию, ни с мелких торговцев. Есть же купцы, которые привозят золото караванами, есть ювелиры, которые делают украшения для знатных особ. У них больше водится денег.

– Вы только «считаете», моя дорогая, - прошипела Анжелина и сверкнула своими агатовыми глазами на кузину, - а я знаю, как обстоят дела на самом деле. Чем богаче человек, тем сложнее из него выбить шиллинг. Я прекрасно понимаю, что беднякам живётся несладко, но после тех реформ, что провёл мой крёстный, они должны молиться за нашу власть, давшую им право жить на своих землях свободно и передвигаться по графствам без налогов! Но более ничем им помочь не можем ни я, ни Вы! Каждый рождён в своём сословии. И этого не отменить. И дело сюзерена - брать дань с вассалов[1]. В королевскую казну поступают налоги из каждого графства. А уж какими средствами феодалы выбивают их из жителей - не Вам судить.