Чтение онлайн

Случилось за месяц и несколько дождливых дней. Но и в такую погоду можно было найти занятие. Сыграть в шахматы, карты или гусёк, почитать книгу. Мама с тётей Сашей постоянно рукодельничали, но, к счастью, уже не пытались приобщить к делу Соню. Поняли, что это напрасная трата сил. Однообразные увлечения ей быстро надоедали.

Иногда Соня ездила с Фёдором в деревню. Там можно было покормить и погладить лошадок на конюшне, купить свежей сметаны, забрать на почте газеты и письма. Последних, увы, было немного. Полина раз в неделю присылала короткие сообщения, написанные, судя по ужасному почерку, в кабине аэроплана во время полёта. Строчки были кривые, беспорядочные и стремительные, и Соня с грустью понимала, что подруга, хоть и скучает, но спешит вернуться в свою насыщенную, полную приключений жизнь. И события в той жизни происходят гораздо более увлекательные, чем составление гербария.

Ирецкий иногда присылал смешные открытки и пересказывал городские сплетни. Бывшие сокурсницы из гимназии хвастались, что собираются замуж или за границу, и спрашивали Соню о её планах. Она бы и ответила, но сама смутно представляла, что будет дальше. Однажды пришло письмо от Ганемана, в котором тот извинялся и сокрушался, что не усмотрел за ученицей. Хотя за что тут виниться? Сама куда-то помчалась, он тут при чём?

И ни одной весточки из сыскной полиции. А газеты после скандальных майских репортажей, кажется, вообще забыли про «невест» и Визионера и полностью переключились на предстоящий юбилей царствования императорского дома.

Гостей в Абрамцево практически не было. По выходным приезжал из города папа, и в эти же дни наведывался одышливый дачный сосед Бабунин. Тот сразу уводил отца в кабинет и часами выспрашивал, куда выгоднее вложиться – в нефть или золото. Никакого такта. Неужели не понятно, что занятому чиновнику тоже хочется иногда побыть с семьёй?

Что до тёмного провала в памяти, то никуда он за это время не исчез, как Соня ни пыталась с ним бороться.

За месяц с лишним она полностью погрузилась в размеренный дачный ритм, но сегодня утром почувствовала, что начала уставать от однообразия. «Надо что-то делать», – подумала Соня, но пока не решила, что именно. Мозг требовал работы, и простое чтение его уже не удовлетворяло. Библиотека в Абрамцево была неплохая, но по большей части состояла из дамских романов, к которым тётя Саша пристрастилась в последние годы. Сплошные охи-вздохи при луне и романтические томления. Никакой пищи для ума.

Увы, и этот день прошёл в ничем не примечательном порядке. С утра Соня сбегала в курятник, принесла на кухню три найденных яйца, попила парного молока, поболтала с кухаркой Варей. После завтрака сходила с хозяйкой усадьбы в крохотную домовую церковь, помогла прибрать могилы Мамонтовых – родителей, братьев и сестры тёти Саши, оставила там свежие цветы. Съездила с Фёдором в деревню, повязав для разнообразия на голову платок на манер деревенских девчонок. Привезла оттуда газет и свежей малины.

Потом обед, гербарий, книги, дневной сон… И вот уже день заканчивался, как всегда – вечерними посиделками на большой террасе. Соня забралась с ногами в кресло-качалку, вполуха слушая женские разговоры и рассеянно пролистывая «Московский листок». Самовар тускло поблёскивал под светом жёлтого абажура, вокруг суетились мотыльки, пахло свежей выпечкой и скошенной травой. Сумерки постепенно сгущались, скрывая деревья и соседние постройки. Мама с тётей Сашей вышивали и негромко обсуждали дела на завтра – что распорядиться приготовить на обед и не пополнить ли запасы пряжи. Соня иногда зачитывала им забавные новости. Всё как обычно. Мило. Расслабляюще. Скучно.

Соня деликатно подавила зевок и перевернула последнюю страницу газеты. Опять ничего интересного. Хотя…

– Софья, что-то ты примолкла, – заметила мама через несколько минут. – Нашла что-то интересное?

– Кажется, да, – задумчиво ответила Соня, водя пальцем по странице и хмуря лоб.

– Не хмурься, милая, останутся морщины. Надеюсь, ты не колонку происшествий читаешь?

– Нет, мама, тут совсем другое. Извините, мне нужен карандаш.

Соня вскочила, умчалась в дом и вскоре вернулась, снова забравшись с ногами в кресло.

– Так что ты, Сонечка, обнаружила? – мягко спросила тётя Саша.

– Тут появилась новая рубрика, называется «Магический квадрат». Это что-то вроде головоломки. Есть сетка с квадратами, и в них надо вписывать загаданное слово. Сверху вниз и слева направо. И если отгадать одно, его буквы могут стать подсказкой для другого.

– Пока не очень понятно, – заметила мама.

– Это надо в процессе объяснять. Вот, например: «Дух леса в человеческом обличье». Думаю, это леший. А как называется «Ежегодный подъём уровня воды в реке»?

– Паводок.

– А вот и нет. В этом слове девять букв, и третья будет «л», если я правильно угадала лешего.

– Половодье, – подумав, подсказала тётя Саша.

– Подходит! – Соня вписала карандашом новое слово.

– Чепуха какая-то, – вставила мама.

– А мне нравится. Такое экзотическое развлечение, – поддержала Соню тётя Саша. – Загадывай дальше, Сонечка.

– Ага. «Смещение костей в суставе, нарушающее их подвижность». Пять букв, первая «в».

К сожалению, «Магический квадрат» закончился быстро. За час управились с головоломкой. И даже Анна Петровна в итоге увлеклась и помогла отгадать «волан» и «лапти».

– Софья, милая, мы тут с Шурочкой подумали… – Мама отложила вышивку и серьёзно взглянула на дочь. – Кажется, ты немного заскучала, а ведь скоро твой день рождения. Может быть, устроим небольшой праздник?

– Семейный?

– Ну, не только. Пригласим нескольких друзей.

– Тётя Саша, а вы не против? Я знаю, вы не любите гостей.

– Сонечка, я так давно тут живу одна, что скоро, пожалуй, врасту в землю, как наш старый дуб. Небольшое веселье нам всем не повредит.

– Полагаю, уместно будет позвать Фальц-Фейнов, Ирецкого, Башмаковых…

– Матушка…

– Что, дорогая?

– Это всё-таки мой день рождения. И мне будет восемнадцать. Нет, я не против Ирецкого, Фальц-Фейнов и даже зануды Башмакова, но это мой праздник. Взрослый. Я бы хотела и своих друзей увидеть.

– Разумеется, Софья. Ты вольна пригласить, кого пожелаешь.

– Я позову Полину и… Дмитрия Александровича.

– Самарина? Из полиции?

– Вы против?

– Нет, что ты. Просто он… не совсем нашего круга.

– Вот, значит, как?

– Дорогая, он вроде неплохой человек. Я лишь полагаю, что ему будет неловко в компании людей… иного достатка.

– Мама! Мне кажется, несколько… старомодно так считать. Не важно, кто откуда родом и сколько у него денег.

– Анюта, мой дед по отцу, если помнишь, торговал вином в трактире, стоя за прилавком, – неожиданно вступилась за младшую Загорскую тётя Саша. – Сонечка права, нравы сейчас гораздо либеральнее. А Дмитрий Александрович в свой приезд на меня произвёл хорошее впечатление. Он был вежлив, воспитан и вовсе не тушевался.

«Милая, хорошая тётя Саша! Как же я тебя люблю!» – мысленно поблагодарила Соня.