Чтение онлайн

— Ясно, — вздыхаю я. — Упрямый как осёл. Ладно. Сиди дальше. Подумай о своём будущем. Оно, кстати, становится всё мрачнее.

Захлопываю дверь и поднимаюсь наверх. Встречаю Олега во дворе.

— Капитан, новое задание.

— Слушаю, господин, — он выпрямляется в струну, готовый к приказу.

— Нужно накопать информации на Фёдора Свиридова. Кто он, откуда, с кем связан, чем раньше занимался, какие у него дела с моим родом. Всё, что можно найти. Используй свои связи, городских, кого угодно. Деньги есть — трать. Мне нужно всё.

Олег хмурится, но кивает.

— Понял. Займусь. Думаете, он не просто коллекционер?

— Не хочу рисковать, — пожимаю плечами. — И действуй максимально осторожно. Сейчас не стоит привлекать лишнего внимания.

Капитан коротко кивает и уходит, а я отправляюсь на задний двор, к старой каменной стене амбара. Из подручных материалов — пары досок, гвоздей и куска мела — сооружаю себе примитивную мишень.

Пришла пора заняться подготовкой к дуэли. В новом теле я ещё ни разу не стрелял из пистолета. Надо бы опробовать свои навыки. На белом фоне рисую три концентрических круга и силуэт человека в центре.

Потом достаю револьвер — тот самый, с перламутровой рукоятью, который был в сейфе у Стёпы. Проверяю барабан, вес в руке. Ощущение знакомое и чуждое одновременно. В прошлой жизни я держал в руках много чего — от самоделок до «макарова». Здесь оружие иное, более тяжёлое, с другим балансом. Но принцип тот же.

Не думаю, что у меня возникнут проблемы. Надо только пристреляться.

Встаю в двадцати шагах от мишени, принимаю стойку. Прицеливаюсь. Дышу ровно. И вот что замечаю сразу — зрение у Севы отличное. Лучше, чем было у меня. Я чётко вижу все мелочи на мишени, каждую шероховатость доски. Это плюс.

Спускаю курок. Выстрел грохочет оглушая. В нос бьёт запах пороха. Отдача бьёт по руке, но это привычно. Смотрю на мишень — попадание в край второго круга, не в центр.

Нормально для начала.

Стреляю ещё. И ещё. Привыкаю к оружию, к его характеру. Отмечаю про себя: кучность неплохая, но пуля чуть уходит влево, это надо учитывать.

Через полчаса я уже кладу пулю за пулей в центр мишени, в условное «сердце». Рука набита, глаз намётан.

Я уверен, что смогу победить Кабанского и с закрытыми глазами. У того вид наглый, но в его движениях читается привычка к грубой силе, а не к точности. Он будет стрелять быстро, нервно. А я буду бить наверняка.

«Ты уверен в победе, — вдруг звучит в голове голос Севы. — Но помни: убить его на дуэли — нарушение закона. Даже для дворянина. Это может обернуться против тебя».

«Да никто не собирается его убивать, — усмехаюсь про себя. — Я сейчас черкану одно занимательное письмецо, Кабанский сто раз пожалеет, что вызвал меня на дуэль и решил схитрить, поняв, что для меня это впервой».

«Опасную игру ведёшь», — недовольно замечает Сева.

«А ты как хотел? Мы тут не в бирюльки играем. Всё по-взрослому».

Сева прав. Я так увлёкся самой дуэлью и возможностью проучить хама, что забыл о последствиях. Убийство на дуэли, даже честное, сейчас, на фоне всех этих разломов и приказа императора — это прямой путь к развязыванию войны с родом Кабанских. Они не простят.

А мне сейчас такой гемор точно не нужен. Так что моя задача — мягко, но доходчиво проучить барона, а не нанести ощутимый вред.

Отказываться от дуэли или стрелять мимо — не буду. У меня есть идея, как всё обернуть всё в свою пользу.

Стою, смотрю на изрешечённую пулями мишень и улыбаюсь собственному плану. Я знаю, как проучить наглеца и получить свою награду. Осталось лишь дождаться субботы.

Улыбка сама расползается по моему лицу. В голове тихонько смеётся Сева.

«Хитро, — говорит он. — Очень по-нашему, ты прирождённый Скорпионов. А как тебя звали в прошлой жизни, кстати?»

Вопрос Севы звучит неожиданно:

«Скорпион», — пожимаю плечами и понимаю, что совершенно не помню своего родного имени.

Я будто всегда был только Скорпионом. Хищным, ядовитым. Уже свыкся с мыслью, что живу в другом теле, обладаю магией и живу эту жизнь. В то время как прошлая ускользает от меня, будто была в далёком, полузабытом сне.

— Да, — усмехаюсь, — я настоящий Скорпионов.

До субботы остаётся два дня. Время трачу с умом.

Сначала собираю гвардейцев. Теперь их уже десять, включая Олега — двое новых пришли по объявлению, ещё двое по наводке. Выглядят крепкими, пока не решил, куда их определить — в отряд или оставить охранять поместье. Ставлю их в строй во дворе.

— Слушайте сюда, — говорю, расхаживая перед ними. — В субботу вечером, в горах у расщелины к востоку от Ялты, на меня готовится засада. Кто именно — не знаю, но жду гостей с недобрыми намерениями.

Мужики переглядываются, но никто не рискует и рта открыть, ждёт, когда я закончу говорить:

— Ваша задача — быть там раньше них. Спрятаться, не шуметь, наблюдать. Как только я дам сигнал, или если на меня нападут — надо будет действовать. Без лишней жестокости, но так, чтобы запомнили. Поняли?

— Поняли, ваше сиятельство! — гулко отвечают они.

— Олег, ты командуешь. Возьми четырёх человек. Остальные будут здесь, охранять дом. Особенно подвал и новую порталистку.

— Есть, — кивает капитан, и в его глазах читается рвение. Что-то подсказывает мне, что он из тех, кто любит действовать, как и я. — Мы их подловим.

Отдельно даю задание по наблюдению за дорогой к расщелине с утра субботы. Хочу знать, кто и когда будет там крутиться. Уверен, Анютке никто не доверяет настолько, чтобы выпустить её в «поле» одну. А доверить такую миссию, как возвращение блудного графа в психушку, никто не станет.

Потом нахожу Олю. Она в саду, развешивает бельё на сушку, что-то мурлыкая себе под нос. Так что подкрадываюсь к ней со спины и хватаю за талию, прижимая к себе:

— Попалась!

— Ваше сиятельство! — тонко смеётся она, прижимаясь ко мне ещё плотнее. — Вы напугали меня.

Ага, напугал, ни один мускул не дрогнул. Она ждала, что я приду. Так что сразу перехожу к делу, попутно позволяя себе в очередной раз оценить формы Оленьки.

— Нужно встретиться с Аней ещё раз. Узнать последние детали. Особенно как она должна будет подать сигнал, когда я «отключусь» от их зелья.

Оля кивает, без лишних вопросов:

— Что-нибудь ещё, господин? — томно шепчет она, слегка оборачиваясь.

— Разумеется, но когда дело будет сделано, — отвешиваю смачный шлепок по сладким булочкам и ухожу в дом.