Чтение онлайн

— На пикник, говоришь, — рычит он, и его голос заставляет пару ближайших ворон сорваться с забора. — Походу вам эта работа не особо-то и нужна. А вот мне нужна!

Он ничего больше не объясняет.

Первый удар приходится в аккурат по темечку очкарика. Не со всей силы, конечно. Цыпа просто бьёт его раскрытой ладонью. Этого хватает, чтобы паренёк с тихим «уфф!» осел и откатился по уклону в куст шиповника.

Вокруг на секунду воцаряется тишина, полная непонимания. Потом кто-то кричит:

— Да ты чего, мужик?!

Цыпа уже разворачивается ко второму кандидату — здоровенному детине с татуировкой волка на шее. Тот, увидев, что дело пахнет мордобоем, принимает стойку.

«Профессионал, — мелькает у Цыпы в голове. — Да и пофиг».

Профессионал успевает нанести один, точный удар в корпус. Цыпа даже не замечает. Он просто вдыхает, и его мышцы под старой майкой напрягаются, становятся будто каменными.

Потом он сам наносит удар. Короткий, прямой, в солнечное сплетение. Даже магию ещё не использует, просто свою природную силу. Детина складывается пополам, садится на землю и начинает душераздирающе кашлять.

Вот тебе и профессионал. А если рядом монстры с Изнанки? Тьфу на таких кандидатов.

После этого начинается хаос. Кто-то пытается наброситься на Цыпу сзади. Он, даже не оглядываясь, ловит противника за шиворот и швыряет через себя в двух других нападавших. Все трое падают в кучу.

Ещё один, похитрее, выхватывает нож. Эх, правил не знает. Кто нож достаёт, чаще сам от него и страдает.

Цыпа наконец-то задействует магию. Неяркая, коричневатая дымка обволакивает его кулак на долю секунды.

Он бьёт кулаком по земле перед собой. Раздаётся глухой удар, будто грохнул барабан размером с машину. Земля под ногами у нападавшего с ножом вздымается волной, он теряет равновесие и шлёпается на спину, выпуская клинок.

— То-то же, ножи детям не игрушка, — бурчит Алексей и оборачивается, чтобы посмотреть, кто на новенького.

Через сорок пять секунд всё кончено. Десять кандидатов в охотники лежат, сидят или стоят, прислонившись к забору, в разных стадиях шока, боли и полного недоумения.

Цыпа стоит посреди этого поля брани, тяжело, но ровно дыша. Он даже не вспотел. Оглядывает результаты своей работы и кивает, будто удовлетворённый мастер.

— Вот. Теперь вас меньше. Конкурс пониже.

И, развернувшись, он тяжёлой поступью направляется к воротам, чтобы постучать и спросить, где тут записывают в отряд. На его лице играет удовлетворённая улыбка — половина дела сделана.

Теперь главное, чтобы Скорпионов его принял, а то ему ой как нужно в его отряд.

Но если надо, то и Скорпионову можно морду начистить…

Цыпе плевать, кого бить.

Просыпаюсь от дикого гвалта с улицы. Не ругань даже, а какие-то приглушённые крики, звуки ударов и падающих тел. Сначала думаю — галлюцинации какие-то. Может, после вчерашнего птичьего молока?

Да не, вряд ли. Мы с Олей ничего такого не добавляли. Нормальное птичье молоко.

Оно, кстати, кстати, получилось на удивление съедобным, несмотря на то, что точного рецепта я не знаю, лишь наблюдал в детстве прошлой жизни, как мама делала.

Шум настойчивый и продолжает меня донимать. Может, до Кабанского, наконец-то, допедрило, что я нагло над ним прикалываюсь?

Подхожу к окну, отодвигаю тяжёлую штору. И вижу картину маслом. На лужайке перед домом, прямо у ворот, какой-то здоровенный мужик, похожий на оживший бульдозер, методично укладывает на траву человек десять.

Кулаками. И делает это с такой лёгкостью, будто не людей лупит, а сметает с дороги пустые коробки. Один пытался достать нож — так тот мужик кулаком по земле бьёт, и бедолага, подпрыгнув, как мячик, падает на землю.

— Ого, — выдыхаю я. — Ни хрена себе весело начинается денёк.

Быстро натягиваю штаны и рубашку, выхожу на крыльцо. К тому моменту, как я спускаюсь по ступенькам, представление уже заканчивается.

Мужик-бульдозер стоит посреди поляны, вокруг него, как после небольшого урагана, лежат и сидят, видимо, кандидаты в мой отряд. Все те, кто пришёл на собеседование.

Выглядит это эпично.

Здоровяк замечает меня. Поворачивается и идёт навстречу. Его шаги тяжёлые, уверенные. Останавливается в двух метрах, смотрит на меня сверху вниз. Я-то достаточно высокий, но он — настоящая гора.

— Граф Скорпионов? — спрашивает он басом, который, кажется, исходит прямо из земли.

Может, он маг этой самой земли? Такое же может быть?

— Он самый, — киваю я, оглядывая его с ног до головы. — А у меня тут, я смотрю, предварительный отбор уже идёт. И без моего ведома.

— Я к вам в отряд, — заявляет он, без всяких «хотел бы» или «прошу рассмотреть». — А другие… — он махом огромной руки указывает на поле боя, — передумали вступать.

Не могу сдержать улыбки. Наглость, конечно, знатная. А вот эффективность — выше всяких похвал.

— Понимаю. А как зовут-то того, кто так… убедительно агитирует за свою кандидатуру?

— Цыпа, — выдаёт он.

Вздёргиваю брови. А кандидат, после секундной паузы, с раздражением добавляет, поняв, что сглупил чутка:

— В детстве приклеилось. Но лучше меня так не называйте, сразу говорю!

Смотрю на бугая и думаю, стоит ему сказать, что имени он мне так и не назвал? Или ещё подождать?

Цыпа. Прозвище для такого колосса — это, конечно, шедевр. Сдерживаю хохот, но улыбка становится шире.

— А то что? — спрашиваю я. — Бить будешь своего нанимателя?

Он смотрит на меня прямо, без тени подхалимства.

— Ну, не хотелось бы. Но могу не сдержаться. Вы заранее простите, если что.

Вот это поворот. Честный, как кувалда. И опасный. Мне уже нравится этот тип. Даже очень. В нём есть простая, грубая сила и прямолинейность, которых часто не хватает в этом мире интриг.

— Ладно, Цыпа, — говорю я, делая шаг в сторону дома. — Раз уж ты так рьяно почистил мне входную группу, прошу в дом. Поболтаем. Расскажешь, что умеешь, кроме как конкурентов мочить. И главное — зачем тебе в отряд, где монстров бить придётся, а не только кандидатов на собеседование.