Чтение онлайн

— Ну да, с битвы экстрасенсов.

— Чаво?

— Домофон у Гориных, говорю, был специальный. Вера все на маленьком планшете видела. Знала, кто пожаловал. Потому и открыла.

— А, ясно… — как-то растеряно протянула соседка.

— А после ее унесли? — продолжила допрос Вилкина.

— Нет, в том-то и дело! Она сама с ними ушла. На своих двоих ногах ушла!

— И вы уверены, что это была именно Вера Горина?

— Милочка, как вас там, я же этих ребят сызмальства знаю. Еще с Волгограда тяну Гориных на своей шее. Они же мне как родные. Были…

Тут Зинаиду Петровну, видимо, посетил катарсис. Старушку захлестнула такая волна эмоций, что Вилкиной ничего не оставалось, как ретироваться, накапав бабке полстакана валерьянки. Все одно большего из соседки вытянуть не удалось бы. Да, собственно, и так все было ясно — за Верой приходили вурдалаки. И вся эта петрушка происходила аккурат после того, как пропал Горин.

Видимо, Веру после укуса кто-то инициировал, старалась мыслить логически Катерина. Сделать это могла только вурдалачка Алиса, больше некому. Тут ясно — вурдалаки, очевидно, пытались заполучить в свои руки рычаг давления на Горина. Да и резкое выздоровление Веры Гориной говорило в пользу этой версии более чем красноречиво. Нужно было принять как факт — Горина теперь вурдалак и проживает не по адресу прописки. Но почему, в таком случае, власти обратились не к Совету, а к Сапогову, мелкой, по их меркам, сошке — вот это был вопрос на миллион. Возможно, они просто перестраховывались, и на самом деле этим вопросом занимаются параллельно сразу несколько структур. А могло и так статься, что в этом деле был и еще какой-то подводный камень. Совет работает по своим каналам, ФСО занимается непосредственно своим делом, то есть охраной высокопоставленных лиц. Вывод — нужно будет действовать осторожно и постараться не светиться перед конкурентами.

Нужно было учесть и еще один немаловажный момент — если брать за основную версию факт обращения Гориной в вурдалака, то было не совсем понятно, как ее ловить. Вилкина прекрасно понимала, что с таким противником ей и ее команде справиться попросту не удастся. И не удастся это только по одной причине — вурдалаки были куда сильнее людей, в этом Катерина убедилась еще тогда, на складе. Ненавистная ей вурдалачка Алиса была чертовски сильна. И если Вера Горина обладала схожими характеристиками, то дело для Вилкиной выглядело проигрышным заранее. Допустим, она вычислит Горину, предположим, даже выйдет на ее след и встретится с нею лицом к лицу. А дальше-то что? Надеть наручники? Пристыдить? Вилкина понятия не имела, как людям бороться с угрозами такого масштаба. Но она знала того, кто это знал. Вывод — ей нужно разыскать отца Евгения. Быть может, ей удастся убедить его объединить усилия. В конце концов, вышедший из-под контроля вурдалак — это уже их вотчина.

Но прежде Вилкина планировала провести масштабный мозговой штурм. Нужно было вычислить следующую потенциальную жертву Гориной и ловить ее, как говорится, на живца. Эта же информация могла послужить и некой взяткой в предстоящем разговоре с полковником Смирновым — так, кажется, звали в миру того странного священника.

Итак, цели были поставлены, план намечен, и аналитическая работа закипела.

Информатор не ошибся — они пришли ровно в полночь. Интересно, откуда у него столь точные сведения? Он угадал и со временем, и с марками автомобилей, даже численность и состав группы захвата назвал точно. Вера многое отдала бы, чтобы узнать, кто на самом деле прячется за безликими сообщениями в ее телефоне.

Всю свою недолгую жизнь Вера искренне считала, что правоохранительные органы в стране способны разве что демонстрации студентов разгонять. На деле все оказалось сложнее — когда им надо, они хоть черта лысого из-под земли достанут. Ее, к примеру, уже во второй раз вычислили. И на этот раз за головой Веры пожаловали не простые бойцы ОМОНа, а целых два отряда спецназовцев.

В целом Горина понимала, что в таком мегаполисе, как Москва, найти человека — дело нескольких кликов для профи. Но то найти человека. Интересно, где же она прокололась? Вроде и симки меняла, как перчатки (благо их на каждом углу раздают), и телефоны больше, чем на один звонок, у нее не задерживались. Более того, она избавлялась от краденых трубок после каждой полученной СМС. Оставалось только гадать, как именно сам информатор узнает ее новые контакты и вычисляет ее местоположение. Лицо Вера прятала либо под головными уборами, либо под капюшоном балахона. По городу передвигалась только на частниках и только на заднем сиденье. Камер слежения беглянка избегала, глаза ментам да ЧОПовцам в людных местах отводила. С ее новыми способностями оставаться невидимкой не составляло никакого труда. С камерами просто — вычисляй их сектор обзора да ускоряйся так, чтобы между кадрами проскочить. В идеале вообще избегать людных мест и не пользоваться общественным транспортом. С людьми уже сложнее — ее ментальных способностей пока хватало лишь на то, чтобы на пару-тройку секунд заставить забыть свой образ. Иногда получалось убедить человека отвернуться или вовсе уйти с поста, но это если попадался совсем уж слабовольный экземпляр.

«Ничего, — думала Вера, — дело наживное, научусь. Да и терпеть осталось не так уж и долго. Совсем скоро все закончится».

Одним словом, светилась Горина только там, где сама хотела засветиться. Зачем? А пусть, твари, знают, кто за ними идет. Пусть знают и боятся. Перестаралась, как видно. Узнали, вычислили и теперь бегают за ней по всей Москве. Впрочем, она того и добивалась. План был прост — светишься в одном месте, а удар наносишь в другом. Главное в этом деле — знать, куда бить, то есть знать цель. А целями ее информатор снабжал исправно. К примеру, сегодня нужно было покрошить всех незваных гостей. Всех, кроме одного. Как выразился в сообщении информатор: «До кого надо, до того это послание дойдет».

Вере в общем-то было плевать на тайную игру ее информатора. Она прекрасно понимала, что ее используют втемную, но даже такой расклад ее не напрягал. Пока информатор исправно делился сведениями о местонахождении и передвижениях ее врагов, Веру все устраивало. В последнем сообщении, к примеру, помимо сведений о готовящейся на нее облаве, имелась информация и о том, где именно искать некоего Вячеслава Белкина. Именно этот человек был организатором крушения вертолета ее родителей. После его устранения Вере останется убрать лишь непосредственного заказчика покушения и тех, кто после трагедии отказался следовать букве закона. Да, Вера уже знала, что следователь, который вел дело ее отца, вскоре после того, как развалил это самое дело, был устранен. Причем устранен этот Алексей Вилкин был, вероятно, самим заказчиком того громкого покушения. Информатор даже прислал сканы описания места расправы над семьей продажного мента Вилкина. Судя по всему, заткнуть пасть единственному свидетелю послали кого-то из вурдалачьего племени. На фарш пустили самого Вилкина, его беременную супругу и старшего ребенка. Вере этого показалось мало. Вилкин заслужил свою участь, однако то была расплата за предательство, но никак не ее, Веры Гориной, месть. По ее мнению, за грехи отцов должны были ответить их дети. Все дети, без исключения. Судя по материалам того дела, младшая дочка майора Вилкина каким-то чудесным образом избежала смерти. Забавно, думала молодая вурдалачка Вера, не для неё ли оставили этот лакомый кусочек? Гориной казалось, что само провидение позаботилось о том, чтобы она могла утолить жажду мести спустя столько лет после тех страшных событий. Впрочем, этот побочный квест будет актуален лишь после выполнения основной задачи. Вывод: сперва Вера устранит главные цели — Белкина и его высокопоставленного начальника, и лишь потом займется этой сладкой вишенкой на торте, Екатериной Алексеевной Вилкиной.

В целом Гориной ее новое состояние нравилось. Зря ее Гришенька так вурдалаков не любил, они, хоть и мертвые, но все же люди. Она — человек. Только человек, если можно так выразиться, усовершенствованный, доработанный, доведенный до ума. Взамен немощного искалеченного тела Вера получила функциональный, прекрасно отлаженный до мелочей организм. Она стала куда красивей, куда притягательней, если не считать чрезмерно бледную кожу и болезненную реакцию на солнечный свет. Впрочем, даже это обстоятельство придавало ее новому облику некий шарм. Во всяком случае, никогда прежде Вера не чувствовала на себе столько восторженных взглядов. Причем это касалось не только мужчин. Она словно стала для людей притягательным магнитом. На Веру обращали внимание, к ней тянулись, ее желали. Это обстоятельство даже мешало ей в первое время, но затем она научилась на автомате отводить людям глаза, и все встало на свои места. О других возможностях ее обновленного организма и говорить не приходилось. Вере не нужно было спать, не нужно было есть (если, конечно, не считать ее особой диеты). Отныне она не могла ни перегреться, ни переохладиться, так что одежда для нее стала выполнять лишь декоративную или маскирующую роль. При этом сила ее возросла многократно и с каждым днем, с каждым выпитым ею человеком лишь продолжала расти. О таких скоростях и рефлексах Вера и мечтать не могла — передвигаться в режиме ускорения было одно удовольствие, а способности тела поражали воображение. Ты действуешь, а мир вокруг тебя словно замирает. Вернее сказать, мир вокруг все же двигался, но с такой черепашьей скоростью, что можно было успеть и дело сделать, и насладиться властью. Да, именно властью — вот точное определение того, что ощущает вурдалак, лишенный каких-либо ограничений. Бесконечная власть над теми, кто слабее тебя. То есть практически над всеми.

Единственное, что действительно мучило Веру в ее новой ипостаси, это голод. Постоянный, неуемный вурдалачий голод, урезонить который, и то лишь временно, могла только человеческая кровь. И чем сильнее становилась Вера, тем больше ей нужно было крови. Тут уместно применить аналогию с бодибилдерами — чем больше мышц, тем больше требуется спортсмену-культуристу питания для поддержания их формы и функционала.

Но к этому состоянию Вера пришла не сразу. В первые недели после своей инициации Горина отказывалась верить в происходящее, не могла принять ни новый мир, в который ее затянули насильно, ни свою новую роль в нем. Роль бездушной твари, живого мертвеца.

Голод в ней проснулся практически сразу, но поначалу ей удавалось с ним бороться. Вурдалаки тогда очень плотно ее обхаживали, искушая и суля безграничные возможности. Ей нужно лишь было принять условия игры, стать частью семьи Марты, стать настоящим вурдалаком. Условие было только одно — Вера должна была как можно раньше вкусить человеческой крови. И если с другими новоиспеченными вурдалаками у Курии проблем не возникало — как правило, такие люди сами выбирали этот путь и безоговорочно верили своим новым соплеменникам, то в случае с Верой, обращенной в нежить насильно, все было гораздо сложнее. Слишком уж сильно в ней было желание оставаться человеком, слишком она любила свою прежнюю человеческую жизнь. И слишком сильно она любила брата.

Алиса, обратившая Веру вурдалачка, взялась курировать свою подопечную. Она объясняла, что вурдалак, не принимающий кровь, обречен на гибель, на страшную мучительную смерть — смерть через иссыхание. Именно тогда Вера приняла решение ждать спасения. Она верила, что ее Гришенька сможет придумать способ исцелить ее, верила, что он найдет возможность ее спасти. А если таковых способов нет, она была готова расстаться с жизнью. Была готова умереть, но умереть человеком.

Решимости Гориной позавидовал бы каждый. Она делала все, чтобы ею не смогли воспользоваться. Она не была идиоткой и понимала, что все, что с нею происходит, не что иное, как манипуляция, своего рода часть большой игры. Игры, в которой жизнь Веры была лишь разменной монетой. Вурдалаки хотели заполучить Веру в свои ряды лишь для того, чтобы контролировать ее брата, подчинить его своей воле. Вера же, обладая природным упрямством и принципами, твердо приняла решение умереть, но не дать врагам Гриши ею воспользоваться. Тогда она еще жалела брата и свято верила, что ему попросту не повезло. Что ситуация, в которой он оказался, не что иное, как трагическое стечение обстоятельств. А то, что он не открылся ей, единственному родному человеку на всей земле, так это банальная попытка ее уберечь. А раз так, то она, Вера, должна во что бы то ни стало помочь Грише выпутаться из этой ситуации.