Чтение онлайн

Марек вздохнул и закрыл глаза, откидываясь на спинку сиденья.

– Три года, – пробормотал он себе под нос. – Три года в этом месте. С этим голубем на крыше. И с вами, наследник.

– Ты справишься, капитан.

– Спасибо за веру в мои способности.

Карета подъехала к воротам Верхнего города, и я увидел охрану. Эти были другие, не чета привратным лодырям. Форма чистая, оружие начищено, взгляды внимательные и цепкие. Настоящие солдаты.

Один из них подошёл к карете, и я заметил, как его глаза скользнули по гербу на дверце. Потом по мне. Потом по крыше, где сидел Сизый и махал крылом в знак приветствия.

– Артём Морн? – спросил охранник без предисловий.

– Он самый.

– Вас ждут в Академии. Проезжайте.

Он махнул рукой, ворота начали открываться, и карета покатилась вперёд.

Добро пожаловать в новую жизнь, Артём. Посмотрим, что ты из неё сделаешь.

Верхний город начался сразу за воротами, и разница была заметна. Не разительна, нет. Просто заметна.

Булыжник под колёсами лежал ровнее, и карета перестала подпрыгивать на каждой второй выбоине. Теперь только на каждой пятой. Прогресс, можно сказать.

Дома здесь были каменными, а не деревянными, и это внушало какое-то подобие уверенности. По крайней мере, если что-то загорится, сгорит не весь квартал сразу. Два-три этажа, узкие окна, стены потемневшие от времени и непогоды. Не роскошь, но крепко. Построено на века, причём теми, кто не был уверен, что доживёт до следующего.

Пахло здесь тоже лучше. Внизу воздух был настолько густым от навоза, перегара и гниющих отбросов, что его можно было резать ножом и продавать на развес как удобрение. Здесь хотя бы получалось дышать, не морщась.

– Тут почище, – констатировал Сизый сверху. – Почти прилично, типа.

– Почти, – согласился я.

И это «почти» было ключевым словом. Потому что при всей относительной чистоте и порядке, Верхний город всё равно выглядел как место, куда приезжают не по своей воле. Краска на ставнях облупилась и никто не торопился её обновлять. Фонарные столбы покосились. На углу дома кто-то криво намалевал руну, то ли защитную, то ли матерную, и никто не потрудился её стереть.

Место ссылки. Можно навести порядок, можно вымостить улицы и поставить стражу на перекрёстках, но ощущение всё равно остаётся. Она въедается в стены, в воздух, в лица людей.

А люди здесь были интересные.

Не богачи и не аристократы, несмотря на каменные дома и относительный порядок. Скорее те, кто когда-то был кем-то, а потом что-то пошло не так. Отставные офицеры с потухшими глазами. Торговцы, которые не смогли удержаться на плаву в нормальных городах. Маги, чьи печати едва светились на запястьях, слишком слабые для столичных гильдий.

И студенты. Много студентов в серых мантиях, которые выглядели не как будущая элита Империи, а как… ну, как я. Как те, от кого отказались семьи. Как те, кому больше некуда идти.

На нашу карету почти не смотрели. Не потому что тут привыкли к роскоши, а потому что тут все были такими же. Ещё один неудачник с гербом на дверце. Ещё один, кого сослали на край мира. Добро пожаловать в клуб, располагайся, выпивки, если что, на всех хватит.

– Весёленькое местечко, – пробормотал я.

– Бывает хуже, – Марек смотрел в окно. – Я видел гарнизоны на южной границе. Вот там было по-настоящему паршиво. А тут хотя бы крыши не текут. Наверное.

– Это тебе просто из кареты не видно, – донеслось от Соловья с козел. – Спорим, текут?

– Не спорю. Ты выиграешь.

Мимо прошла группа студентов, четверо в одинаковых серых мантиях. Молодые, худые, настороженные. Шли тесно, поглядывая по сторонам, и какой-то мужик с тележкой молча свернул в переулок, чтобы не пересекаться. У одного из них, высокого парня с коротко стриженными волосами, на рукаве мелькнула эмблема – чёрное пламя на сером фоне.

– Знаешь, что это за знак? – спросил я Марека.

Капитан покачал головой.

– Какой-нибудь внутренний орден. В любой академии такого хватает.

Тот, что с нашивкой, покосился на нашу карету. Задержался на гербе, скользнул по мне, отвернулся. Всё это за пару секунд, но я успел заметить: он не просто смотрел, он запоминал.

Я тоже запомнил.

Карета свернула на подъём, и впереди показалась Академия.

Первое, что пришло в голову: кто-то очень сильно не хотел, чтобы отсюда сбегали. Или очень сильно боялся того, что снаружи. Учитывая местоположение – скорее всего, и то, и другое.

Толстые стены из серого камня поднимались метров на пятнадцать. Камень потемнел от времени, покрылся лишайником и какими-то бурыми подтёками. Узкие окна годились только для того, чтобы стрелять из них по приближающимся.

Я машинально насчитал четыре удобные точки для арбалетчиков, прежде чем напомнил себе, что смотрю на Академию. Место учёбы. Храм, мать его, знаний.

– Уютно, – сказал я. – Прямо чувствуется забота о студентах.

– Слышь, народ, а это тюрьма? – Сизый на крыше явно пришёл к тем же выводам.

– Академия.

– А какая разница?

– В тюрьме не берут плату за пребывание.

– А, ну тогда понятно.

По углам торчали сторожевые башни. Тяжёлые ворота, окованные железом. Решётка, которую можно опустить в случае чего. Ров… нет, рва не было. Видимо, строители решили, что это уже перебор. Или просто не успели докопать.

– Сиживал я в подобных местах, – протянул Соловей. – Правда, с другой стороны решётки и не так долго, как хотелось бы начальству.

– И как?

– Кормили паршиво. Клопы кусались. Но народ подобрался душевный, скучать не давали.

Марек молча изучал стены, и по его лицу я видел – он думает о том же, о чём и я. Только с профессиональной точки зрения.

– Этой кладке лет двести, – сказал он наконец. – Может, больше. Строили те, кто точно знал, от чего защищается.

– И от чего?

– Не хотелось бы этого знать.

Да уж. Академия на краю Мёртвых земель, куда ссылают неудобных магов и ненужных наследников. Построена как крепость, рассчитанная на осаду. Интересно, скольких студентов эти стены уберегли? И скольких не выпустили?

Впрочем, ответы я узнаю довольно скоро. Хочу я того или нет.

Карета остановилась у ворот.

Первое, что бросилось в глаза – это размер. Двор был огромным, раза в три больше, чем я ожидал. Булыжник, просевший от времени и тысяч ног, тянулся во все стороны, и между камнями пробивалась трава, которую никто не выдёргивал. То ли не успевали, то ли давно махнули рукой. Судя по высоте некоторых пучков – скорее второе.