Чтение онлайн

— Целься! — скомандовал он.

Толпа вновь ахнула и началось беспорядочное бегство. Конечно, я понимал, что городовые не имеют намерения стрелять, но не объяснять же это бегущим спасать свои шкуры горожанам? Последовав их примеру, я бросился наутёк, то и дело оглядываясь. Как и ожидалось, преследовать толпу бросились далеко не городовые. Из храма выплеснулась разношёрстная толпа молодчиков. Среди них были представители разных возрастов и сословий, объединяло бегущих одно, каждым имел белую повязку на левой руке на два пальца выше локтя. В руках инквизиторские молодчики сжимали короткие дубинки.

Я свернул в узкий проулок, петляя между нагромождениями из мусора, полусгнившими ящиками, и распугивая кошек. За мной увязался здоровенный рыжий прыщавый детина, раскрасневшийся от погони. Он выкрикивал ругательства, размахивая над головой дубинкой, и отчаянно хохотал, от души наслаждаясь процессом.

«Хороших же подручных набрали служители Эвт, — подумал я, сворачивая в очередной переулок. — Не удивлюсь, если он погнался именно за мной из-за дорогого камзола. Наверняка собирается хорошенько отходить палкой, а потом ограбить».

Грохот шагов за спиной становился всё ближе. Преследователю наскучили игры, и он решил вложить в последний рывок все силы и либо достать меня, либо оставить погоню. Выхватив из-за пояса пистолет, я тоже ускорился, стараясь разорвать дистанцию, чтобы иметь возможность развернуться. Вдруг тяжёлая пятерня ухватила меня за ворот, рванув на себя. Ноги прочертили в воздухе два шага, не нашедших опоры, когда тело взлетело по инерции. Верзила швырнул меня в стену, тотчас сопроводив ударом дубинки. По счастью, он промахнулся, иначе бы наверняка размозжил мне затылок. Пистолет вылетел из руки, и упав на мостовую выстрелил. Инквизиторский молодчик от неожиданности отпрянул, что позволило мне отскочить от стены, выхватив саблю.

— Ещё шаг, и будешь собирать кишки по всему переулку, — прорычал я, направляя острие клинка преследователю в лицо.

И тут он сделал то, чего я никак не мог ожидать. Подхватив с земли огромный булыжник, верзила метнул его в меня. Уворачиваясь, я оступился и угодил ногой в гнилую и дырявую корзину. Моя заминка длилась едва ли долю секунды, но молодчику хватило этого, чтобы подскочить ко мне, нанося удар. Я попытался сбить его в сторону, рассчитывая перерубить нападавшему руку, но так и не вернув равновесие, снова едва не упал и промахнулся. В следующий миг вспышка резкой боли в районе челюсти и новый полёт, на сей раз на мостовую. Верзила обрушился на меня всем весом, зажимая вооружённую руку коленом. Схватив меня огромными ручищами за лицо, он гневно пробормотал:

— Тебе конец, мозгляк!

Сдавив мне горло, он принялся душить. Я отчётливо понял, что он уже не ограничится грабежом и убьет меня. Было больно, но не критично для мормилая. Я дёргался в стороны, пытаясь вырваться из захвата, но невероятная почти нечеловеческая масса нападавшего не позволяла даже вздохнуть. Из последних сил я крутанулся, чуть смещаясь под громилой, сгибая в колене ногу. Правая рука так и была зажата, но левая наконец-то достала засапожный нож. У парня почти не было видно шеи, под мощной бычьей головой, а потому я направил нож в район ключицы. Резкий удар и рывок назад, высвобождая лезвие. Фонтан крови, ударил вверх, алым дождём окрашивая переулок. Оставив меня, бугай схватился за рану, отшатываясь назад. Я проворно сел, нанося укол с правой, уже саблей. Даже будучи смертельно раненным, он продолжал сопротивление, отпрянув назад вновь, а потому клинок пронзил лишь воздух. Но я был на ногах, и атаковал снова и снова, не пытаясь свалить его одним ударом. Я колол его в лицо, руки, и каждый новый выпад добавлял кровотечение.

— Сжалься! Стой! — выкрикнул громила, закрывая голову руками, тем самым лишая себя зрения.

Последний удар влетел аккурат под поднятые руки, в шею, заставляя его замолкнуть на веки.

— Проклятие, — прошипел я, подхватывая с мостовой разряженный пистолет.

Из проулка неподалёку уже слышался чей-то топот. Я выхватил второй пистолет и прицелился. Едва из-за поворота показался человек, я выстрелил, специально забирая сильно выше его головы. У меня не было цели убить его, а только напугать. Так и вышло, вжав голову в плечи, он с криками бросился обратно. Шаги его и ещё по меньшей мере двух человек, стали удаляться.

«Наверное, на шум первого выстрела бежали», — подумал я, перезаряжая оружие и нервно оглядываясь по сторонам.

— Кретин, — злобно обронил я, глядя на исполосованный, будто на него напал тигр, труп. — Мог бы просто расстаться со своей чёртовой белой повязкой и полежать оглушённым часик другой. Все карты мне смешал.

Стараясь не наступить в кровь, я обошёл тело и быстрым шагом направился в противоположную от несостоявшихся зевак сторону. По правую руку в стене дома была небольшая дверь, задержавшись у неё, я различил дыхание. Кто-то затаился, выжидая, пока я покину место преступления.

— Пять серебряных монет, если впустишь меня и выпустишь по ту сторону дома на соседнюю улицу, — быстро сказал я, приставляя дуло пистолета к двери. — Или стреляю на малейших шорох.

— Умоляю не стреляйте, — взмолился женский голос. — У меня дети, господин! Умоляю не стреляйте!

— Дверь! — прорычал я, стальным голосом. — Немедленно отопри или стреляю!

— Умоляю, не делайте этого, — заливаясь слезами повторяла женщина.

Дверца отворилась.

— Закрой глаза и сядь на пол, — скомандовал я.

— Да, да, конечно, я всё сделаю. Умоляю не стреляйте. Денег не надо! Ничего не надо! Умоляю.

Я шагнул в дом, тотчас закрывая за собой. На коленях передо мной стояла хрупкая и маленькая женщина, в давно выцветшем и перелатанном многочисленными заплатами платье. Я услышал детский шёпот под кроватью и сдавливаемое всхлипывание.

— Вот твои деньги, — проговорил я, мгновенно трезвея от ярости, что заполнила мою кровь в драке.

Я бросил рядом с ней на пол, не отсчитывая, значительно большую сумму, чем посулил.

— Будут спрашивать, что видела, не ври, — добавил я, проходя через комнату к двери, напротив. — Только про деньги помалкивай, нето отберут.

Захлопнув за собой, я оказался в длинном коридоре со множеством одинаковых дверей.

«Доходный дом, — догадался я. — Удачно вышло. В такой дыре каждый день кого только не бывает. Не заметят».

Пройдя к лестнице, я спустился вниз. Попавшийся мне на пути старикашка, сидевший на нижней ступеньке, что-то проскрипел про шум, но даже не поднял глаз. Я подбросил с большого пальца мелкую монету. Не успела она звякнуть об пол, как пропала смахнутая ловкой, хоть и костлявой рукой. Я мог себе позволить платить за многое и даже больше, но привычно экономил. В вещах покойного полковника Лескова я обнаружил кругленькую сумму в валютах разных стран. Готов биться об заклад, что, если хорошенько обшарить карету, можно было бы найти ещё, возможно, даже больше. Но жадность никогда не входила в число моих пороков, а времени потрошить карету вокруг которой разбросаны трупы у меня не доставало.

Выскочив на улицу, я смешался с гудящий толпой. Заварушка с подавленным в зародыше бунтом против новой церкви оказалась подавлена в зародыше. Не оставалось сомнений, что это лишь один из многих эпизодов, которые ещё предстоят перенести этому городу, а то и всей стране.

«Если всего лишь ненароком оброненные слова молитвы возымели такой эффект, что будет, когда у воспротивившейся слепо подчиниться новому курсу веры толпы появится диктатор?».

Я тотчас одёрнул себя. Ещё не хватало ввязываться в религиозные дрязги на чужой территории. У меня и без этого хватало нерешённых дел. В сущности, все они могли быть связаны, этого тоже не стоило с ходу отметать. По счастью, убиенный в переулке мордоворот не успел замарать мою одежду кровью, а значит я всё ещё мог свершить задуманное, то, ради чего я и вышел в люди.