Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Война против Хторра
Шрифт:

Вы, наверное, захотите отметить: все, что мы делали в нашей стране, все, что мы натворили - хорошего или плохого - почти за два с половиной века, было сделано из-за отсутствия целостности, или недостатка единства людей, подобных нам, которые должны были принимать решения и быть ответственными за них, особенно когда они знали, что эти решения будут непопулярными.

Я ожидал, что за этим последует. Он вернулся, сел за свой стол, глядя на нас с предвосхищающим выражением лица.

– Были ли Московские соглашения справедливыми?, - отрывисто спросил он.

Класс разделился. Некоторые думали, да, некоторые - нет. Большинство колебалось.

Уайтлоу сказал: - Что ж, посмотрим на это с точки зрения остального мира. Как мы выглядим для них?

– Мы являемся домом свободы, страной храбрости - все беженцы стремятся сюда, - сказал Ричард Кхам Туонг. У него были миндалевидные глаза, коричневая кожа и вьющиеся светлые волосы. Он произнес это с гордостью.
– Люди приезжали сюда за свободой. Мы - источник надежды.

– Ага, - сказал Уайтлоу неубежденно. Он поднялся и небрежно встал напротив Ричарда Кхам Туонга: - Позвольте мне привести немного статистики. Половина населения мира ежедневно ложится спать голодными. На этой планете почти шесть миллиардов людей, но только триста миллионов имеют счастье жить в Соединенных Штатах, потребляющих ежегодно одну треть ресурсов планеты. Кстати, большую часть прошлого века эта доля была близка к половине. Вы думаете, это справедливо?

– Э-э..., - Ричард понял, что вопрос риторический и сделал единственное, что мог. Он сел.

– Или позвольте по-другому, - продолжал Уайтлоу. Он просто насмехался над Робертом, мы все поняли это.
– Предположим мы заказали пару пиццы на класс. Получится двадцать два очень тонких ломтика пиццы, достаточно, чтобы каждому хватило на один укус. Но когда она появляется, я беру пятнадцать ломтиков себе и заставляю вас воевать за то, что осталось. Это справедливо?

– Риторический вопрос, сэр. Очевидно, это не справедливо.

– Ну и что, вы думаете, мы должны с этим делать?

– Все, что можем, мне кажется.

– Хорошо. Посмотрим. Вы согласны отдать всю свою одежду, кроме той, что на вас? Вы согласны жить на одну чашку риса с бобами в день? Вы согласны отдать свой автомобиль? И всю электроэнергию? Потому что надо сделать именно такое жертвоприношение, каждому простому американцу следовало бы отдать гораздо больше, прежде чем мы смогли бы начать выплачивать долги другим нациям. Вы готовы согласиться с подобным?

В аудитории стояла тишина. Никто не хотел принять такое первым.

– Все прекрасно, - ободрил Уайтлоу.
– Вы должны были заметить, что я совсем не готов голодать.

– Окей, так мы эгоистичны - в этом суть?

– Именно в этом. Вот так мы выглядим для остального мира. Как свиньи. Богатые, толстые и эгоистичные. Вернемся к аналогии с пиццей. Здесь сижу я с пятнадцатью ломтиками. Вы позволите мне уйти с ними?

– Конечно, нет.

– Так вы считаете, что справедливы, ограничивая меня?

– Конечно.

– Хорошо, теперь вы понимаете часть предпосылок Московских договоров. Да, была война, и Московские соглашения были следствием этого. Очень большая их часть была следствием представления, что Соединенные Штаты эгоистичны с мировыми ресурсами.

Подождите, - сказал Пол Джастроу.
– Это только в глазах других наций. Существуют аргументы и другой стороны, не так ли?

– Не знаю, - невинно сказал Уайтлоу, его голубые глаза искрились.
– Существуют? Скажите мне.

Пол Джастроу сел, нахмурившись. Ему надо было подумать.

Джой Хабр поднял руку: - Сэр, я прочел где-то, что проблему, с которыми Соединенные Штаты сталкивались большую часть своей истории, были проблемы успеха, а не неудачи.

– Уточни?

– Ну... я имею в виду, э-э, я надеюсь, что понял это правильно. Статья говорила, что размер успеха пропорционален величине вложенной энергии, и что все технологические прорывы, случившиеся в нашей стране, могли произойти только из-за громадного объема ресурсов, доступных для решения проблемы.

– И?...

– Ну, суть в том, что это оправдывает наш гигантский аппетит на энергию. Надо заправить топливо в самолет, если хотим, чтобы он летал. Другие нации мира извлекают пользу из наших прорывов. Они могут покупать плоды технологии, не делая инвестиций во все исследования. Э-э, статья в качестве примера называла энергетические спутники. Бедная нация, ограниченная по территории, не обязана развивать всю космическую программу, чтобы заиметь энергетическую станцию в космосе. Они могут купить ее у нас всего за два миллиона кейси. Соединенные Штаты потратили миллиарды кейси, развивая индустриальное использование космоса, но выиграли все.

– Понятно, и это все оправдывает?

– Разве было бы лучше, если бы мы потратили эти деньги на еду для бедных? Еще и сегодня у нас была бы масса бедного народа, но не было бы энергетических станций в космосе. А энергетические станции могут со временем сделать возможным для бедных наций накормить весь свой народ.

Уайтлоу смотрел непроницаемо.
– Если бы вы были одним из этих бедняков, Джой, что бы вы чувствовали? Нет, позвольте сказать определеннее. Если вы - бедный фермер, а ваша жена и трое детей так плохо питаются, что впятером вы весите меньше ста кило, что бы вы чувствовали?

– Э-э...
– Джой тоже сел.

Куда гнет Уайтлоу? Многие студенты начинали злиться. Мы неправы, наслаждаясь тем, что у нас есть?

Пол Джастроу высказался за всех. Он низко ссутулился в кресле и гневно сложил руки на груди: - Это наши деньги, - сказал он. Разве у нас нет права тратить их, как мы хотим?

– Звучит хорошо за исключением, что не все эти деньги наши. Вспомните, большую часть столетия мы потребляли почти половину мировых ресурсов. Что если это и их деньги тоже?

– Но это не их деньги - это были их ресурсы. И они продали их нам на свободном рынке.

– Они обвиняют нас, что мы манипулируем свободным рынком в своих интересах.

– А они не манипулируют?

– Этого я не говорил.
– Уайтлоу тщательно пытался сохранить нейтральность. Он поднял руку: - Я не хочу повторять все аргументы, мы не об этом сегодня, но вы начали понимать природу разногласия? Вы понимаете законность обоих точек зрения?

Всеобщий шепот признания прошел по аудитории.

Поделиться с друзьями: