Чтение онлайн

И пока Зул все так же крепко сжимал мою руку, золотой свет поглотил нас целиком.

Ковка

?

На меня обрушился свет Сандралиса, вышибая воздух из легких.

Я споткнулась, выходя из портала, и тихо выругалась. Месяцы, проведенные в сумерках Дракнавора, не подготовили меня к такой атаке. Это не было похоже на естественный солнечный свет, это было хреново оружие, ставшая видимой агрессивная демонстрация божественного эго.

— Это просто… — Маркс рядом со мной зажмурилась, ее лицо исказилось от дискомфорта.

— Омерзительно, — пробормотала я.

Для домена, названного в честь солнца, в этом свете было что-то глубоко лживое. Будто он пытался силой заставить тебя подчиниться. Я поймала себя на том, что тоскую по честной тьме Дракнавора, по теням, которые никогда не боялись быть тем, чем они являются.

— Олинтар всегда ценил видимость выше сути, — прошептал Зул. Он окинул горизонт взглядом, полным едва скрываемого презрения.

Я проследила за его взором. Цитадель Сандралиса возвышалась перед нами — сплошной сияющий белый мрамор и золото. Мои глаза снова заслезились. Каждая башня, каждая арка, каждая садовая дорожка выставляли напоказ стерильное совершенство.

Но в этом не было ничего живого. Ничего свободного.

— Сюда, — Эйликс указал в сторону центрального шпиля.

В животе все сжалось. Вот оно. Кульминация всего, что произошло с того ужасного дня в Солткресте.

Мы шли по извилистым мощеным дорожкам. Божественные сущности останавливались, чтобы поглазеть на нас, и их шепот тянулся следом. Я держала подбородок высоко, а спину прямо. Не позволяла им или их взглядам, жгущим спину словно клеймо, задеть меня.

— Это не похоже на другие Испытания, — мягко сказал Зул, коснувшись моим плечом своего. — Никаких смотровых порталов. Сегодня в Сандралисе будут присутствовать все, кто хоть что-то из себя представляет.

Я тяжело выдохнула.

— Естественно.

Внутри цитадель оказалась еще более гнетущей: взмывающие ввысь потолки, девственно-белые стены, от которых резало глаза. Лицо Олинтара взирало с каждой фрески, с каждой мозаики, с каждого гобелена. Идеальная, благосклонная маска.

Двери бесшумно распахнулись при нашем приближении. Перед нами возник зал Вознесения. Я замерла на пороге, на мгновение подавленная масштабом.

Зал был огромным и круглым, увенчанным хрустальным куполом, который преломлял и без того болезненный свет. В центре стояли пьедесталы из белого мрамора — четыре одиноких острова в море отполированного пола.

— Мы будем стоять там? — прошептала Маркс. — Как живые статуи?

— Видимо, так, — ответила я, не в силах скрыть желчь в голосе. Пьедесталы походили на алтари. На жертвенные камни. В каком-то смысле, полагаю, так оно и было.

По периметру зала двенадцать богато украшенных тронов образовывали полукруг. Айсимары занимали свои места — существа такой мощи, что воздух вокруг них искажался и мерцал. Первым я нашла глазами Воринара, бога Судьбы, он полулежал на своем троне, глядя в пустоту остекленевшим взором. Значит, на это он явился, в отличие от вчерашнего собрания. Рядом с ним сидела Давина. Следующим был Мортус. На краткое мгновение его темные глаза встретились с моими, и он едва заметно кивнул.

Я считала каждого, и тревога росла с каждым новым лицом, пока я не дошла до центрального трона, более величественного, чем остальные, созданного из золота и хрусталя. Он был пуст.

Зал заполнили божественные, их взгляды устремились на нижние ярусы. Голоса то взлетали, то затихали возбужденными волнами, словно ненасытный океан звука.

— Стервятники, — пробормотала Маркс.

— Они пришли стать свидетелями истории, — мягко поправил Эйликс.

— Одно и то же, — мой взгляд скользнул по толпе бессмертных в поисках единственного лица, которое действительно имело значение. И вот он. Вспышка гладко зачесанных иссиня-черных волос.

Тэтчер.

Он стоял на другом конце зала в цветах Шавора, но когда наши взгляды встретились, в его глазах светилась яростная решимость. На мгновение я забыла, как дышать.

Я начала скучать по той беззаботной, легкой улыбке, которая раньше не покидала его лицо.

Но мы справились. Вопреки немыслимым шансам, мы оба здесь. Оба живы. Мы оба изменились с тех пор, как покинули Волдарис. Я не знала, к лучшему ли это.

Я почувствовала руку на своей пояснице.

— Можешь идти, — голос Зула коснулся моего уха. — Время еще есть.

Я взглянула на него, вскинув бровь.

— Иди, — повторил он, кивнув в сторону Тэтчера. — Церемония начнется только через несколько минут.

Я двинулась сквозь толпу, которая неохотно расступалась передо мной. Приблизившись, я увидела, что Тэтчер не один. Рядом с ним стоял Шавор, облаченный в воинские, ослепительно сверкающее в свете Сандралиса, доспехи. Рядом с ним пристроилась Элисиа, по-хозяйски вцепившись пальцами в руку Шавора.

— Привет, — Тэтчер слабо мне улыбнулся.

— Ну, ты прямо в образе, — ответила я, стараясь говорить непринужденно.

Он хмыкнул.

— Думал, ты уже привыкла ко всему этому.

Взгляд Шавора скользнул по мне, его брови нахмурились.

— Ты… — он замолк, часто моргая, словно пытаясь прояснить зрение. — Сестра Тэтчера, верно?

Холодок пробежал по моему позвоночнику.

Элисиа улыбнулась.

— Ее зовут Тэйс, дорогой, — подсказала она, сильнее сжимая его руку.

— Конечно, — Шавор кивнул, но его взгляд оставался расфокусированным, пустым. — Тэйс. Прошу прощения.

— Мы как раз обсуждали празднование после церемонии, — сказала Элисиа приторно-сладким голосом. — Ты должна присоединиться к нам, Тэйс. Если, конечно, переживешь Ковку.

От обыденности ее слов мои пальцы дернулись, но я сохранила бесстрастное лицо и ровный голос. Я использовала всю ту нелепую сдержанность, которой Зул учил меня последние месяцы.

— Благодарю за приглашение. Я непременно его рассмотрю.

— Для нас это будет честью, — вставил Шавор.

Улыбка Элисии стала острой.

— Полагаю, скоро увидимся, — она потянула Шавора за руку. — Идем, милый, нам нужно поговорить с твоим отцом до начала церемонии.

Шавор последовал за ней без возражений, позволяя вести себя как покорного питомца. Я смотрела им вслед, и чувство тревоги в животе закручивалось все туже.

— Что с ним не так? — тихо спросила я, когда они отошли достаточно далеко.

Тэтчера помрачнел.

— Я же говорил тебе. Он такой с самого начала.

Шавор и Элисиа скрылись в толпе.

Я поймала взгляд Зула на другом конце зала. Грудь сдавило от чувства теплее, чем страх, и куда более запутанного. Воспоминания о прошлой ночи промелькнули перед глазами.

И тут я почувствовала на себе взгляд Тэтчера.

Я никогда не видела, чтобы ты на кого-то так смотрела.