Чтение онлайн

Наверняка обломки погребли под собой и ведьму, и её протеже. Только вот... где Шайори? Ей обвалившиеся стены – точно не угроза. Едва об этом подумала, Кэцеро, начавший набирать скорость в направлении леса, покачнулся, сдавленно охнул и начал оседать, в последний момент успев выпустить меня из рук. Но я не удержалась на ногах. Лихорадочно подбросила в воздух Камикадзе и брякнулась о землю всем телом. Оглушённая, приподнялась на локтях... В нескольких шагах от меня и распростёртого полудемона стояла Шайори. Клочковатые волосы развевались на ветру, одежда порвана, лицо окровавлено, но на алых губах – довольная ухмылка.

– Жалкое смертное насекомое,- прошипела она.- Теперь я от тебя избавлюсь!

Глава 17

Вспышка, кинжал, и что-то ещё метнулись в мою сторону одновременно. Я отшатнулась, прекрасно понимая, что спастись не смогу... но на пути всего этого взметнулась фигура очнувшегося Кэцеро. Онемев от ужаса, я видела, как предназначавшиеся для меня "орудия" пробили ему грудь в нескольких местах, полудемон выплюнул кровь и рухнул на землю, а огненный хлыст опутал бросившегося на демоницу Камикадзе. Зверёк пронзительно завизжал, Шайори захохотала, а я наконец "отмерла" и закричала – дико, протяжно, пока вопль не сорвался на хрип... Не помню, как оказалась на ногах и, не видя ничего вокруг, понеслась на хохочущую тварь. Что-то её отвлекло, она отвела взгляд на одно мгновение. Но мне его хватило – я буквально врезалась в неё, сбив с ног… Всё, что последовало потом, видела будто со стороны. Шипящую от ярости Шайори, мои ногти, разодравшие ей щёку, выбравшегося из-под обломков и тотчас снова растянувшегося на земле Ракурая – это он отвлёк её внимание, и Камикадзе, упавшего рядом на траву, когда, вонзив зубы в руку демоницы, я вынудила её выпустить хлыст… Но моя относительная победа длилась недолго. Одна из её ладоней сдавила мне горло, другая вцепилась в волосы. Хватая ртом воздух, я чувствовала, как поднимаюсь вверх. Демоница мгновенно оказалась на ногах, держа меня за горло в вытянутой руке. Окровавленное лицо с изуродованной щекой приблизилось к моему, и на нём появилось выражение неприкрытого наслаждения.

– Наконец ты в моей власти,- хрипловато протянула она.- И я не позволю тебе уйти быстро. Ты будешь умирать медленно и мучительно. А, когда это произойдёт, твоё тело навестит Иошинори-сама. Посмотрим, как ты понравишься ему без этих отвратительных глаз!

У меня уже начало звенеть в ушах, но хватка демоницы ослабла. На одной из "свободных" рук она выпустила длинные когти, легко провела ими по моей щеке, спустилась к животу с явным намерением запустить их мне под рёбра. Я слабо задёргалась, вонзила ногти в руку, лишавшую меня дыхания, но некромантка лишь игриво рассмеялась и сильнее сдавила мне горло.

– Не бойся, насекомое, это не конец. Я ведь ещё не слышала твоего крика. А кричать ты будешь гро...

Вспышка синего света – и рука демоницы, сжимавшая моё горло, отделилась от тела, обдав меня струёй крови, а её, только что сладострастный, голос сорвался на хрип. Исступлённо кашляя, я рухнула на траву, и отрубленная, беспорядочно двигающая пальцами кисть шлёпнулась на траву в шаге от меня. Ещё одна вспышка – рядом с рукой упала голова с перекошенным алым ртом, и я, торопливо отвернулась, борясь с тошнотой. Но прежде, чем то, что осталось от поверженной демоницы, легло рядом с остальными "частями", меня легко подхватили и подняли в воздух, словно моё тело было невесомым. Забыв о тошноте, я подняла глаза... Надо мной склонилось забрызганное кровью потусторонне красивое лицо, и, кажется, впервые я не увидела на нём обычного отстранённого равнодушия. Но разгадать новое выражение не успела. Непонятно откуда, будто заговорил воздух, раздался язвительный голос:

– Какое трогательное единение. Рад видеть тебя в добром здравии, Аими-сан.

Я робко выглянула из-за плеча Иошинори-сама. Над руинами храма парило существо, окружённое красноватым облаком. Безгубый рот застыл в широкой ухмылке, кроваво сверкнули приоткрывшиеся глаза, и я невольно вздрогнула.

– Я оказался прав, Аими-сан. Тебе действительно не нравится моё лицо – как досадно!- из тощей груди вырвался знакомый глумливый смех.- Конечно, я найду другое тело, но поскольку ты видишь мой истинный облик, придётся мириться с ним!

Ками поднял худые руки – развалины зашевелились, как живое существо, и распались. Из клубов пыли и щепок возникла светящаяся сфера. Внутри была Чиио. Одной рукой ведьма прижимала к груди зеркало, а другой поддерживала покалеченного Арэту. Белокурый ёкай осторожно поставил меня на землю и, заслонив собой, поднял вспыхнувший синим светом меч. Но я тут же вцепилась в рукав его кимоно.

– Нет! Пожалуйста... Арэта-сан спас мне жизнь...

Рука Иошинори-сама, сжимавшая меч, чуть заметно расслабилась, а ками захохотал.

– Аими-сан, Аими-сан. Мне будет не хватать тебя! Но, не сомневайся, мы ещё встретимся – если смерть не заберёт тебя прежде. Ты даровала своему возлюбленному неуязвимость, но дарует ли он тебе бессмертие?

Сфера и чудовищный ками начали исчезать на глазах. Я ещё видела, как Арэта приподнял голову от плеча Чиио и, улыбнувшись, слабо махнул мне рукой. А в следующее мгновение небо было абсолютно чистым – ни ками, ни сферы, ни зомбированных кайдзю, ни облачка... В наступившей тишине слышно отдалённое чириканье птиц. Трава залита кровью. В нескольких шагах – растерзанные останки Шайори, ближе к развалинам храма – распростёртое тело Ракурая, а чуть поодаль Камикадзе и... я всхлипнула, подумав о мёртвом полудемоне... Кэцеро... если б только оба остались в стороне, как просила... Я всхлипнула громче, колени подогнулись сами собой, и, вытирая рукавом хлынувшие слёзы, вознамерилась осесть на траву. Но руки моего единственного оставшегося в живых защитника подхватили, не дав коснуться земли...

Я будто снова оказалась на берегу озера после битвы с армией Шайори, куда мысленно переносилась столько раз. Даже воспоминания о гибели Тэкэхиро и собственные горькие слова, брошенные в лицо Иошинори-сама: "Не хочу тебя больше видеть! Никогда!", не смогли вытеснить из памяти ту ночь. Сейчас, как и тогда, земля усеяна мёртвыми телами. Руки белокурого ёкая, как и тогда, обвивают моё тело. Как и тогда, мои щёки залиты слезами, а неестественно красивое лицо склоняется к моему. Но сейчас я его почти не узнаю… Невероятно, насколько выражение мягкости, сменившее обычное ледяное равнодушие, изменило его черты. Как если бы заклятие, обратившее ёкая в камень, по-настоящему развеялось только теперь. Глаза цвета мрака поймали мой растерянный взгляд, прохладная ладонь легко легла на мою щёку.

– Иоши… нори… сама…- едва слышно выдавила я.

И, словно ласковый шелест ветра, до меня донёсся его шёпот:

– Аими…

Он наклонился ещё ближе, дыхание скользнуло по щеке, и моё сердце, почти остановившись, понеслось вскачь. Я не ощущала собственного тела, но чувствовала, как напряглось его. А потом случилось невозможное – губы могучего Иошинори-сама осторожно прильнули к губам "всего лишь человека"…

***

Время и пространство потеряли значение, все звуки смолкли, кроме гулких ударов моего сердца. Но вот к ним добавились другие, моё сознание восприняло их не сразу – судорожный вздох, тихий стон… Звуки чужеродные и странные, я распахнула глаза. Иошинори-сама, словно что-то почувствовав, оторвался от моих губ, всё ещё не выпуская из объятий. По лицу пронеслась тень, мгновенно посуровевший взгляд скользнул куда-то мимо меня. Следуя за ним, я обернулась, и не поверила глазам… Кэцеро, которого считала мёртвым, шевельнулся и слабо закашлялся, пытаясь приподняться. А я, выдохнув его имя, выдернулась из рук Иошинори-сама и, не помня себя, бросилась к полудемону. Захлёбываясь слезами, рухнула перед ним на колени и обхватила ладонями окровавленное лицо.

– Думала, ты погиб…

– Глупая... что мне эти ранения…- хрипловато рассмеялся он и снова закашлялся.

– Можешь встать?- засуетилась я.- Помогу тебе подняться… Иошинори-са…- обернулась и осеклась на полуслове.

На месте, где только что стоял величавый ёкай, лишь слегка колыхалась на ветру забрызганная кровью трава...

– Иошинори был здесь?- лицо Кэцеро неприязненно сморщилось, голубой глаз яростно сверкнул.- А где Ракурай?

– Мёртв. Наверное...- я покосилась на неподвижное тело возле храмовых развалин.- Подождёшь секунду? Я сейчас...

Где-то здесь должен быть Камикадзе. Зверёк шевелился, когда Шайори выпустила из руки огненный хлыст, но выжил ли? До сих пор ведь не поднялся в воздух...

– Малыш! Малыш!..- я похромала в сторону останков демоницы.

Голос не восстановился после душераздирающего вопля и почти задушившей меня хватки некромантки. Но совсем рядом в траве послышался шорох, и, заревев уже в который раз за этот день, я судорожно подхватил зверька на руки. Маленький ёкай действительно был ранен – хлыст опалил шёрстку, на мордочке и лапке – кровь. Всхлипывая, я бережно прижала его к груди, и камаитати тихонько заурчал. Нашёптывая ему нежности, я вернулась к уже принявшему сидячее положение Кэцеро.