Возвращайся, сделав круг
Шрифт:
Но я уже двинулась вперёд.
Зелень, стрёкот насекомых, птичий щебет… Лес казался бесконечным. Поначалу я упрямо смотрела себе под ноги, не желая видеть маячившие впереди белоснежные волосы. Но, то и дело поднимая глаза на Дэйки, щебетавшего не хуже любой птицы, начала замечать окружавшую нас красоту. Вылазки на природу никогда меня не вдохновляли. Однажды, ещё в школе, ездили с классом на пикник, и, помню, прокляла всё на свете: жёсткость земли, сырость воздуха, звон комаров… Но сейчас, шагая по извилистой тропе в компании трёх демонов, я впервые начала постигать дикую красоту леса. Пробивавшиеся сквозь листву солнечные лучи мелькали по траве и кустам, словно гоняясь друг за другом. А воздух… Этой свежести мне точно будет не хватать в моём мире…
– Чему ты улыбаешься?- донёсся до меня голос Дэйки.
– Не знаю… Погоде? Там, где жила последний год, солнце светило редко.
– Здесь скоро не будешь знать, куда от него деваться. Но всегда можно найти речку или озеро. И не думай, что в этот раз останусь на берегу!- но тут вдруг смутился, бросил опасливый взгляд на спину ёкая и кашлянул:
– То есть… хотел сказать, в воде может быть опасно…
Я рассмеялась, прикорнувший в моих руках камаитати недовольно заворочался.
– Видишь, из-за тебя его напугала!- шикнула я.
Лис захрюкал от смеха. Так, перекидываясь шутками, мы продвигались дальше в лесную чащу. Сделали небольшой привал, во время которого Дэйки, поддавшись на мои уговоры, ненадолго исчез в лесу и вернулся с полдюжиной птичьих яиц.
– Камикадзе и я тебе очень благодарны!- улыбнулась я, раскалывая одно для зверька.
– Сочтёмся!- хитро подмигнул лис и снова настороженно покосился на ёкая.
Но опасения Дэйки были напрасны: Иошинори-сама игнорировал нас больше, чем когда-либо. Правда, теперь и я платила ему тем же. Подумать только, что раньше пыталась относиться к нему, как к одушевлённому существу! На самом деле я всего лишь разрушила сковывавшее демона заклятие. Но никому и никогда не удастся по-настоящему вывести его из состояния камня.
Лес между тем начинал редеть. День клонился к вечеру, и лучи предзакатного солнца щедро заливали всё чаще попадавшиеся прогалины.
– Куда мы вообще идём?- спросила я Дэйки.
Он хитро прищурился.
– Увидишь!
– Есть причина, почему не хочешь мне сказать?
– Есть. Хочу посмотреть на твою реакцию!
Намёк лиса на очередное "приключение" заинтриговал меня ненадолго. Непривычная к длительным переходам, я всё больше поддавалась усталости. Камикадзе спал в моих руках всю дорогу, и я начинала ему завидовать. Когда ёкай замедлил шаг, едва удержалась, чтобы тут же не шлёпнуться на траву.
– Не может быть! Иошинори-сама? Это действительно ты?
Я подпрыгнула от неожиданности, мгновенно забыв об усталости, и огляделась.
– К-то это сказал?
Голос был совершенно незнакомым и прозвучал из ниоткуда. Лис прыснул от смеха.
– А это кто?- продолжал невидимый собеседник.- Человек?! Рядом с тобой, Иошинори-сама?..
– Она под моей защитой,- равнодушно отозвался ёкай.
Я продолжала ошарашенно оглядываться. Большая поляна, густая трава, деревья…
– Куда ты всё время смотришь?- голос раздался над самым ухом, и я, взизгнув, отскочила.
Проснувшийся камаитати тотчас взъерошил шёрстку и зашипел. А я во все глаза смотрела на… лицо, таращившееся на меня с ветки уродливого дерева в нескольких шагах от нас. И это "лицо" было не единственным. Розоватые и щекастые, они выглядывали из густой листвы, улыбались и подмигивали. И, кажется, волосы на моей голове зашевелились, когда то, которое находилось ко мне ближе остальных, вдруг завопило:
– О милосердная Каннон[3]! Что у тебя с глазами, одзё-сан?
Ветка изогнулась, висевшее на ней "лицо" склонилось к моему… и вдруг камаитати, издав воинственный визг, вцепился в него зубами. "Лицо" завопило, остальные подхватили клич. Тонкая, похожая на щупальце веточка обвилась вокруг зверька и, оторвав его от "лица", бросила обратно мне в руки. Камикадзе яростно заверещал, я тут же прижала его к груди. Неужели он защищал меня?..
– Моим единственным намерением было рассмотреть!- теперь уже другое "лицо" говорило тем же голосом.- Зачем сразу нападать? Не каждый день встретишь… такое!
Веточка чуть не шлёпнула меня по голове, но я увернулась и бросилась за спину Дэйки. Только сейчас заметила, что лис буквально задыхается от сдерживаемого смеха.
– Теперь, надеюсь, твоё любопытатство удовлетворено?- раздался холодный голос ёкая.- Потому что я пришёл сюда именно с этой целью.
Я остолбенела. Сарказм из уст этой движущейся статуи ошеломил ничуть не меньше, чем говорящее дерево. Не думала, что он способен на подобное…
– Не гневайся, Иошинори-сама!- запричитали все "лица" одновременно.- Какая непростительная грубость с моей стороны! Что я могу для тебя сделать? Только скажи!
– Что это за тварь?- шепнула я продолжавшему давиться от смеха Дэйки.- Может, успокоишься? Не так уж это и смешно!
– Конечно, смешно! Видела бы ты своё лицо!
– Своё не видела, зато видела кучу других – растущих на дереве! Это какая-нибудь… Гремучая ива[4]? Или Чардрево[5]?
– Какое ещё чардрево?- лис даже перестал смеяться.- Хотя, может, их так называют в твоём мире. Это – Дзюбокко, дерево выросшее на месте многих сражений и привыкшее питаться…
Вскрикнув от неожиданности, я схватилась за шею, успев заметить метнувшуюся прочь веточку. Камикадзе снова зашипел, а я, отняв от шеи руку, с удивлением смотрела на пальцы, испачканные…
– …кровью,- закончил фразу Дэйки.
– И эта мне очень по вкусу!- подхватило одно из "лиц".- Хотя кровь молодых девушек – такая редкость в этих местах! Может, все они так же восхитительны, как…
Глаза ёкая вдруг вспыхнули ярко-синим светом, как во время битвы с Рюива, и веточка, оцарапавшая мою кожу, разлетелась на части от удара его когтей. "Лица" пронзительно заверещали, ветви истерично закачались, будто пытаясь их прикрыть.
– Ты знаешь, это не поможет,- бросил ёкай.
– Прости, Иошинори-сама! Это больше не повторится! Клянусь многоликой Каннон!
– У меня нет намерения здесь задерживаться,- в голосе ёкая послышались металлические нотки.
– Конечно, разумеется,- завопили "лица".- Тебе нужно дерево для рукояти и ножен. Ведь именно моя плоть одела лезвие Карателя, великого меча твоего досточтимого отца! Выбери любую ветку, Иошинори-сама! Выбери несколько, только не причиняй мне вреда!
– Дерево-вампир…- ошеломлённо пробормотала я, рассеянно поглаживая фыркающего Камикадзе.- С говорящими лицами…