Чтение онлайн

— Не сама. — Признала красавица. Задумавшись, она закрыла мне рот указательным пальцем, физически не позволяя прервать молчание.

— Знаешь, — произнесла она после затянувшейся паузы, — ты какой-то не такой.

— Некоторые ситуации меняют людей.

Положив левую руку на талию не ожидавшей подвоха тюремщице, правой я ловко выхватил балтавшийся в поясных ножнах кинжал.

— Когда мы познакомились, я ощущал себя юношей, например. А потом будто целая жизнь перед глазами промчалась. Даже не одна. И оп, дед-дедом. А ты не дергайся, — пригрозил я попытавшейся отстраниться девушке, — мало ли. Вдруг возьму, да и попорчу тебе шкурку, солнышко.

— Мудак. — Выдавила ведьма, словно это ее похитили и приковали к непонятному саркофагу. — Что теперь?

— Теперь? — Возвращая пленнице ядовитую улыбку, я неспешно разрезал спутывающие ноги веревки. Очень хотелось продолжить движение и вогнать остро заточенное лезвие куда-нибудь в филейные части мерзавки. Жалких полсантиметра хватило бы заставить ту верещать соловьем и исполнить любые требование. Впрочем, благовоспитанным эолам не пристало пытать соотечественниц ради удовольствия. Пусть означенные и были настроены максимально враждебно.

— Теперь, — повторил я, устраиваясь поудобнее, — поговорим. Не насиловать же тебя.

— Это еще почему?

Казалось, отсутствие похоти раздосадовало красотку сильнее ножа у горла. Хотя, почему казалось? Незадачливая пленительница явно привыкла купаться в мужском внимании и не до конца понимала смертельную опасность. Надеялась на союзников или собственную неотразимость — не важно. В ее сердце еще не поселился настоящий страх, а значит, мне предстояла неприятная часть работы.

Спрыгнув с холодной каменной плиты, я подал девушке руку и помог спуститься.

— А ты не растерял приличий. — Зарделась она, но в следующее мгновение полетела на грязный пол, получив увесистую пощечину тыльной стороной ладони.

— Солнышко, — передразнил я ее манеру обращения, — ты не осознаешь ситуацию. Я — не герой из легенд. Не защищу тебя от сфинкса, не пересеку пустыню в поисках вечной жизни, не отдам жизнь ради любви. А вот забить насмерть могу. Если не получу ответов. Ясно?

— Яснее некуда. — Мигом уловив изменения атмосферы, стерва злобно зыркнула голубыми глазами. Вытерев кровь с рассеченных губ, она оперлась на саркофаг и с трудом вернула телу вертикальную позицию. — Только ответы тебе не помогут.

— А это — не твои проблемы. Итак, вопрос первый: как скоро припрется голиаф?

— Откуда ты… — начала было пленница, но вовремя спохватилась, — мне не сообщали. Сказали только сторожить и ждать.

— Грустно. — Признал я. Время появления здоровяка здорово упростило бы жизнь. Хорошая засада — лучшее подспорье против самых опасных чудовищ. А кто может быть опаснее существа с человеческим сознанием и нечеловеческими возможностями? Разве что…

Зубы заскрипели от одной мысли о стоящим за всеми злоключениями кукловоде.

— А ваш хозяин?

— Кто? — Не поняла девушка, и мне пришлось пояснять:

— Рубиноокий.

— Рубиноокий? — Переспросила блондинка. На симпатичной мордашке появилась смесь весьма искреннего удивления и испуга. — А он тут при чем?

— При всем. — Вздохнул я. Похитительница ухитрилась вляпаться в настоящую лужу дерьма и не учуять мерзкого запаха. — Ты хоть понимаешь, что после ритуала тебя пустят в расход?

— Как в расход? Зачем? — В уголках голубых глаз проступили первые признаки намечающихся рыданий. Ожидаемое дурехой подкрепление мало того что не спешило на поле боя, так еще и внезапно обернулось таким же неприятелем, как держащий за горло мужик.

— Зачем им убивать меня? — Повысила девица голос. — Какой к черту расход? Какой Рубиноокий? Объясни нормально, урод!

— Рубиноокий — организовал мое несостоявшееся жертвоприношение. — Спокойно произнес я, пропуская оскорбление мимо ушей. — Он дергает за ниточки, а вы с Коллекционером пляшете под его дудку. Как настоящие марионетки.

— Коллекционером? — Красотка отбросила стремления сохранить невозмутимость и ударилась в откровенные рыдания. Размазывая слезы и густые чернила туши по щекам, она пыталась совладать с собой, но слова таяли в плаче. На мгновение мне стало ее даже жалко. Не настолько, чтоб отпустить или успокоить, но повторная пощечина получилась куда мягче, чем требовала обстановка.

— Спасибо. — Оценила блондинка проявленную сдержанность, и мы продолжили:

— Как вы спутались с тем чмом, которое придумало тащить меня сюда?

— Мы союзники.

— И в чем цель вашего союза?

— В мести! — Гордо вскинув голову, девушка встретилась со мной взглядом. — Он хотел отомстить твоему отцу, а я — тебе. И у него был план…

— Курица, — прервал я пламенную речь, — ты работала с серийным убийцей и его подельниками. За его плечами десятка три трупов.

— Убийцей? — Губы стервы вновь задрожали. — Нет же! Твой отец без суда и следствия объявил его контрабандистом и он просто…

— Это не во власти стратега. Объявить гражданина преступником может исключительно суд. — Устало пояснил я. — С этим разобрались? Тогда следующее: за что мстить мне?

— За смерть папы!

— Чего? — Красавица все-таки ухитрилась удивить.

— Того!

Наверное, в загашнике у вспыхнувшей девицы имелась по-настоящему душещипательная история. Может даже не одна. К несчастью, рассказу о нелегкой судьбе симпатичных дурочек не суждено было случиться. Ветхая дверь негромко скрипнула, и внутрь ввалился неприметный хмырь. Кто-нибудь другой лишь мазнул бы по нему взглядом и тут же выбросил из памяти, но не я. Я хорошо помнил человека, отдавшего мне копис вместе с жизнью. Прихвостня убийцы. Мразь, помогавшую отправлять на тот свет мирных жителей Сиеры.

Дьявол, с каким же удовольствием я вспорол ему брюхо во второй раз! Рывком сократив расстояние и не дав ни единого шанса сориентироваться, я четырежды ударил парня в живот трофейным кинжалом. А после, выхватив хорошо знакомый меч, бросился на улицу.

— Господа. — Поприветствовал я ошарашенных бандитов. Сердце скакало в груди словно необъезженная лошадь, в ушах гудело точно в центре бури, руки тряслись от возбуждения. Несколько месяцев напряженных поисков все-таки привели меня прямиком к врагу.

— Восхитительная ночь, не находите?

Они не находили. Зато не сговариваясь выстроились полукольцом, центр которого перекрыл скалящийся голиаф. Седой главарь (видимо Коллекционер собственной персоной) сместился вправо, по левую руку замер мужик абсолютно разбойничьей наружности. Кажется, именно его я отвлек в прошлую встречу и прикончил без сопротивления. Сейчас ситуация складывалась иначе. С одной стороны, их было трое. Даже не трое: два плюс чудовище. С другой — вместо плясок в крошечной комнатушке вокруг саркофага нам предстояла битва на улице. Больше врагов, больше пространства для маневра…