Всё кроме тебя
Шрифт:
Шона прочищает горло и натягивает улыбку: — Хорошо. Друзья. — Она протягивает руку для рукопожатия, и я перехватываю её, благодарный за то облегчение, которое приносит нам это соглашение.
Она здесь. Этого я и хотел, так что тот факт, что я теперь колеблюсь, говорит о том, что нам ещё многое нужно выяснить. И если я не буду погружаться в нее, чтобы скрыть наш беспорядок, возможно, я смогу ясно мыслить.
Ага, удачи с этим, пока она будет разгуливать рядом в этих чертовски узких джинсах следующие шесть недель.
— Отлично. Значит, договорились.
Шона пятится назад к Фарби, отвязывает поводья и готовится снова сесть в седло. Когда она устраивается на лошади, то смотрит на меня сверху вниз, где я всё ещё стою на земле.
— Должна тебя предупредить, Форрест. То, что мы теперь «друзья», не значит, что я позволю тебе обогнать меня по дороге обратно. Я терпеть не могу проигрывать. Ты ведь помнишь?
Я снова забираюсь на Карму и смотрю через плечо на свою школьную любовь:
— О, я это отлично помню, Шона. Но ты помнишь, что я на самом деле не проигрываю, когда еду за тобой и любуюсь твоей задницей в седле?
Её смех заполняет воздух, прежде чем она срывается с места.
— Ты совсем не изменился, Форрест Гибсон.
Может, она права. Во многом я всё тот же парень. И она — единственная женщина, которую я когда-либо любил.
И вот тогда до меня доходит: если не она — то никто. Но я не переживу ещё одного такого разбитого сердца.
Так что либо мы разберёмся во всём и найдём путь обратно друг к другу, либо мне придётся смириться с тем, что моя великая любовь случилась, когда мне было шестнадцать, — и это всё, что мне отведено.
Будем надеяться, что нам удастся разобраться. Вместе.
Глава восьмая
Шона
— Я не уверена в этом, — говорю я маме Гиб по телефону.
— Глупости. Ты так же, как и все, имеешь право на нормальный зал, и Elite Gym — лучший.
— А если Форрест меня увидит и снова взбесится?
— У тебя такое же право быть там, как и у него. Это общественное место. И если этот мальчик будет тебе мешать — скажи мне, я быстро приведу его в чувство.
Я тяжело выдыхаю. — Ладно.
— А теперь иди и получи удовольствие от тренировки. Увидимся завтра.
— До завтра.
Я убираю телефон в сумочку и поднимаю глаза на здание Elite Gym, уговаривая себя войти.
Когда я упомянула на днях маме Джи, что ищу, где бы позаниматься, она сразу посоветовала это место — и сразу же сообщила, что именно сюда ходит Форрест. Более того, она “случайно” знала его расписание и намекнула, что я могу “невзначай” пересечься с ним. Тогда эта идея мне даже понравилась… но это было до того, как я припарковалась у входа.
После вчерашней верховой прогулки я уже не уверена, стоит ли пересекаться с ним так скоро. Но у меня ограниченное время. Я не могу просто сидеть и надеяться, что он вдруг решит впустить меня обратно в свою жизнь. Этот мужчина упрям, как бык, поэтому мне придётся бороться самой. Если не сделаю всё возможное, буду жалеть.
Собрав всю смелость, я глубоко вдыхаю и захожу в спортзал. Меня тут же накрывает запах резины, металла и пота.
— Здравствуйте, чем могу помочь? — приветливо спрашивает администратор на ресепшене.
— Я хотела бы оформить абонемент.
— Отлично. У нас есть недельный пробный или можете сразу оформить помесячно.
Не желая торопить события, я выбираю пробный. Подписываю бумаги и иду в раздевалку. После того как прячу вещи в шкафчик, беру бутылку воды и направляюсь к степперу — нужно сжечь хоть немного нервного напряжения.
Выбрав нужную программу, начинаю шагать, оглядываясь по сторонам.
Зал большой: тренажёры, гантели у зеркал, в задних комнатах идут групповые занятия. Спереди — ринг и ММА-клетка.
Внутри как раз дерутся двое, и, приглядевшись, я узнаю одного из них.
Форрест.
Боже, он великолепен.
Мышцы на руках напрягаются, когда он наносит удары и блокирует атаки. На нём майка — к счастью. Если бы я видела его торс, точно бы растеклась по этому степперу лужицей.
Поединок заканчивается, парни обмениваются перчатками, и Форрест спрыгивает с платформы, идя в мою сторону.
Я замираю. Он замечает меня сразу.
— Шона?
— Привет, Форрест. — Я машу рукой, как полная идиотка, и снова утыкаюсь в дисплей тренажёра.
— Что ты здесь делаешь?
— А на что похоже? Занимаюсь.
Он прищуривается: — Моя мама сказала тебе, что я хожу сюда?
— Насколько я знаю, зал открыт для всех.
Он закатывает глаза:
— Я понимаю, я имею в виду…
— Я пришла, чтобы потренироваться, Форрест. Как и ты. Это полезно для психики, — говорю я, поправляя спортивный топ, привлекая его взгляд к груди.
Сработало.
Форрест буквально прожигает взглядом мой наряд. Я специально выбрала этот комплект — бирюзовый топ и шорты — чтобы он увидел, чего ему не хватает, раз уж мы “друзья”. Судя по тому, как сжалась его челюсть, всё идёт по плану.
— Ты всегда в этом тренируешься? — рычит он.
— Проблема?
Он сжимает переносицу:
— Нет.
Тихо празднуя свою победу, я продолжаю тренировку. Через 15 минут он выходит из раздевалки, уже переодетый, и сразу ищет меня глазами. Когда находит, я чувствую, как волна жара поднимается внутри меня — и не от упражнений.
Он подходит ко мне, пока я стою перед зеркалом с гантелями. — День рук?
— Ага.
— Хочешь совет по технике?
Я разворачиваюсь к нему:
— Конечно.
Это хорошо, Шона. Он говорит с тобой. Критикует технику — но это лучше, чем игнорировать. Он пытается быть твоим другом, как вы и договорились, верно?
— Нужно наклониться пониже, — говорит он, кладя руку мне на талию и наклоняя вперёд. Соски моментально твердеют.
Он кашляет:
— Сгибайся в тазу, а грудь выводи вперёд — так упражнение будет эффективнее.
— Вот так? — я делаю несколько повторений, ожидая его одобрения.
— Да, вот так... — Его голос становится более хриплым, пока он наблюдает за мной, но в какой-то момент он осознаёт это и тут же отрезвляется. — Мне пора.