Я помяну тебя иль ты меня,но смерть не вынет памяти твоейиз этих строк, в забвенье хоронявсе до единой чёрточки моей.Ты будешь к вечной жизни приобщён,а я навек отправлюсь в мир теней,в простом гробу вкушая смертный сон, —а люди твой увидят мавзолей.Мои стихи в грядущем перечтут,твоё надгробье обнаружат в них;тебя восславить не сочтут за труди перед смертью голоса живых.Одушевлён моим живым пером,ты оживёшь в дыхании людском.
LXXXII
Ты не вступал с моею Музой в браки без стыда поэтому привыксмотреть на посвящения писак,кому ты служишь украшеньем книг.Учёности и внешности твоейя похвалами положил предел,поэтому искусство новых днейты в оттисках увидеть захотел.Да будет так! Когда же отомрётриторики фальшивая труха,под стать себе прими правдивый плодпо-дружески правдивого стиха.Правдивой красоте твоей претитбескровный блеск накрашенных ланит.
LXXXIII
Я на тебе не видывал румяни не румянил сам твоих щедрот;я думал, ты не угодишь в капкандежурных поэтических красот.Тебя хвалить мне было не с руки,поскольку показать ты в силах сам,что все твои заслуги не близкиновейшим, но тупым карандашам.Ты мне простить не можешь немоты,хотя мой слог, что временно усоп,твоей не опозорил красоты,которой прочат жизнь, а дарят гроб.Восславить блеск твоих живых очейтебе и двух не хватит рифмачей.
LXXXIV
Кто выскажется ярче? И комузатмить хвалу, что ты есть только ты?то, что себе ты равен самому, —где взять пример такой же правоты?Бесплодно то перо, что не придаствеличия предмету грёз своих,но кто тебя с тобой сравнить горазд,тот вечной славой свой покроет стих.Чтоб получить, как в жизни, результат,пускай тебя скопирует поэти за такой прекрасный дубликатсвой дух увековечит и сонет.Хвалясь своей хвалёной красотой,ты от похвал утратишь разум свой.
LXXXV
Моя Камена держится молчком,а прочие шлифуют пышный слогтому, кто позолоченным перомтебе слагает тьму хвалебных строк.Я мысль ценю, слова отдав другим;на всякий гимн, что воплотился в стих,отделанный пером нерядовым,кричу «Аминь», как недоучка-мних.Когда хвалы я слышу в адрес твой,твержу: «Всё так!» — и кое-что не вслух,хоть у меня от слов любви немойпорою перехватывает дух.Дыхание словес люби в другом,а силу скрытых дум — во мне самом.
LXXXVI
Не тех ли славных виршей гордый флот,кому, как приз, любовь твоя нужна,сразив мой мозг и размышлений плод,в могилу превратил их ложесна?Не тот ли гений, что, плетенью словобучен духами, сгубил меня?Нет, не смутил ни он моих стихов,ни в помощь ему данная родня.Ни он, ни персональный дух его,что гения морочит в час ночной,не одолели дара моего —не болен я пугливой немотой!Но если веришь ты чужим стихам,я всё теряю и теряюсь сам.
LXXXVII
Прощай! Ты слишком драгоценный клад.Известна и тебе твоя цена.Ты вправе быть свободным без доплатпо закладной, что мной прекращена.Как сохранить мне этот бриллиант?И чем я заслужил с него процент?Но если я даров твоих гарант,тебе я возвращаю свой патент.Своей цены ты не включил в контрактили во мне самом нашёл дефект,но твой подарок, не внесённый в акт,к тебе вернувшись, лучший даст эффект.Я льстил себе во сне, что я — король,а пробудясь, — вхожу в иную роль.
LXXXVIII
Когда меня презреньем встретишь ты,мои заслуги ядом обольёшь,я в бой с собою ради правотытвоей вступлю, оболган ни за грош.О всех своих пороках на судескажу я, помня их наперечёт,и, если бросишь ты меня в беде,то обретёшь неслыханный почёт.А я тем самым получу кредит,стремясь к тебе влюблённою душой:мои обиды — это твой профит,переходящий в мой профит двойной.Из-за твоих неоспоримых правна всё пойду, права свои поправ.
LXXXIX
Скажи, что ты вменяешь мне в винуразрыв наш, — не обижусь я ничуть;скажи, что я хромой, — хромать начну,твоим резонам открывая путь.Придав измене блеск, ты меньше золмне причинил, чем я себе обид:узнав твоё желанье, я б ушёл,а встретив, делал вид, что ты забыт.Исчезну я, язык заставлю свойрасстаться с дивным именем твоим,пока тебя не оскорбил молвой,что мною был ты некогда любим.Мои с собою споры непросты:что делать с тем, кого не любишь ты?
XC
Не любишь — уходи, но в эти дни,когда мне крестной мукою грозят;меня, с фортуной сговорясь, казни,не будь последней из моих утрат.Когда во мне печаль моя уснёт,не окружай меня кольцом беды,и грозовая ночь былых невзгодне перейдёт в ненастный день вражды.Уйдёшь — уйди, но не в конце концов,когда тоска в тиски меня возьмёт,но чтобы испытать я был готовмогущество фортуны наперёд.Не то беда, что горше всех обид,а то, что нам расстаться предстоит.
XCI
Кто славится гербом, кто — мастерством,кто — силою телесной, кто — дворцом,кто — новомодным, но дрянным плащом,кто — соколом, кто — псом или конём.Стремятся все избрать на свой манерзанятие, найдя усладу в нём,но образцы мне эти не пример,когда обрёл я лучшее в одном.Твоя любовь славнее всех гербов,ценней дворцов, роскошнее плащей,дороже соколов, коней и псов,а я с тобой счастливей всех людей.Но если ты уходишь насовсем,из всех один я остаюсь ни с чем.