Чтение онлайн

Анализ – не дело поэта. Его призвание – воспроизводить, а не расчленять.

Больше всего публика превозносит того, кто является одновременно объектом восхищения, уважения и сострадания.

Большой ум, как и большая гора, первыми ловят и отражают утреннее солнце.

В любом веке самые гнусные образчики человеческой натуры можно найти среди демагогов.

В любую эпоху самых злостных представителей рода человеческого следует искать среди народных вождей.

В наше время многие политики имеют обыкновение с апломбом рассуждать о том, будто народ не заслуживает свободы до тех пор, пока не научится ею пользоваться. Это умозаключение сделало бы честь дураку из старой сказки, который решил не идти в воду, пока не научится плавать.

Вежливость – это благожелательность в мелочах.

Верный признак общего упадка искусства – это не часто встречаемое безобразие, а неуместная красота. В общем, трагедия испорчена витийством, комедия – острословием.

Вознаграждению и наказанию подвластно всё в этом мире. Всё, кроме сердца.

Всякое правительство, которое пытается достичь большего, добьется меньшего.

Долг хорошего правительства – защищать личность и собственность. Главная же опасность, угрожающая личности и собственности, – это невежество народных масс. Поэтому для того, чтобы хорошо править, необходимо распространять просвещение в народе.

Должное почтение к предкам, разумное и мужественное, мы отдаем не тогда, когда суеверно следуем тому, что они делали при других обстоятельствах, а тогда, когда поступаем так, как они поступили бы на нашем месте.

Древняя философия была мельницей, а не дорогой. Она состояла из вопросов, которые вращались в круге, из противоречий, которые всегда начинались сначала. В ней проявлялось огромное напряжение и совсем не было прогресса.

Еврей – это то, что мы сделали из него.

Если бы мне предложили все богатство мира и лишили бы меня чтения, я предпочел бы быть бедняком и жить на чердаке, лишь бы читать книги.

Если рабы будут ждать свободы до тех пор, пока они не поумнеют, ждать придется долго.

Закон напрасно существует для тех, у кого нет ни мужества, ни средств защищать его.

Знания достигаются не быстрым бегом, а медленной ходьбой.

Изуверы не пропускают случая отстаивать гонения, указывая на пороки, вызванные их же гонениями.

История делает человека мудрым, поэзия – разносторонним, математика – проницательным, естествознание – глубоким, мораль – серьезным, логика и риторика – способным защищаться.

К тем, кому мы изменяем, мы испытываем то особое чувство злобы, которое во все времена было присуще отступникам.

Крошечный добрый поступок лучше, чем самые торжественные обещания сделать невозможное.

Кто, вращаясь в образованном и литературном обществе, стремится сделаться большим поэтом, должен сначала обратиться в маленького ребенка. Он должен расчленить всю ткань своей души. Он должен забыть многое из того, что, быть может, было для него основой его превосходства. Его собственные таланты будут препятствием для него.

Кто хорошо осведомлен о прошлом, никогда не станет отчаиваться по поводу настоящего.

Лучше иметь нереформированные законы, применяемые в реформенном духе, чем реформированные законы, применяемые в духе, враждебном всякой реформе.

Любовь толпы похожа на любовь той сладострастной волшебницы из арабских сказок, которая не только бросала своих любовников, когда проходили сорок дней ее нежности, но еще заставляла их посредством самых ужасных кар и превращений искупать свою вину и расплачиваться за то, что когда-то они слишком нравились ей.

Люди обыкновенно выражают сочувствие несчастьям отдельных лиц, но крайне безжалостны к партиям, потерпевшим поражение.

Люди, у которых нет гордости от благородных свершений своих отдаленных предков, никогда не достигнут чего-либо стоящего, чтобы их с гордостью вспоминали отдаленные потомки.

Малейшее благо в настоящем лучше, чем самые роскошные посулы в будущем.

Многие политики имеют привычку выдвигать как очевидное утверждение, что людям не следует быть свободными, пока они не способны воспользоваться своей свободой. Эта сентенция напоминает о дураке из старой истории, который решил не входить в воду, пока не научится плавать.

Могила – храм тишины и смирения.

Мы скорбим о крайностях, сопровождающих революции; но чем больше эти крайности, тем более мы чувствуем, что революция была необходима.

Наиболее сложные и глубокие стороны человеческой природы могут быть выражены только посредством слов.

Насилие – суть войны.

Непонятность и аффектация – два крупнейших недостатка стиля.

Нет ничего более благодатного для народа, чем свобода торговли, – и ничего более непопулярного.

Нет силы более разрушительной, чем умение представлять людей в смешном виде.

Общая судьба сект такова, что они приобретают великую славу святости, пока угнетаемы, и теряют ее, лишь только достигают могущества.

Оценка нами кого-либо во многом зависит от того, как это лицо относится к нашим интересам и страстям. Нам трудно хорошо думать о тех, кто умаляет или угнетает нас, но мы охотно прощаем пороки тем, кто нам полезен или приятен.

Партии по природе своей крепче держатся за свою основную неприязнь, чем за свои принципы.

Половина логических доводов плохого правления кроется в следующей софистической дилемме: если народ неспокоен, то он не созрел для свободы; если же спокоен, то не желает свободы.

Правильно решить проблему наилучшим образом можно только тогда, когда люди в состоянии свободно обсудить ее.

Правители должны не обвинять людей в отсутствии патриотизма, а сделать все от себя зависящее, чтобы они стали патриотами.

Правосудие мало-помалу превратилось в изворотливое знание, которого не может обнять ни один человеческий ум без усилий и долгой подготовки.

При деспотическом правлении люди вынуждены искать у своей партии той защиты, какую они по идее должны были получать от государства, а потому нет ничего удивительного в том, что любовь к родине они переносят на любовь к партии.