Вторая жена господина Нордена
Шрифт:
— Наверное, я должна уметь шить… или вязать, — начала я и повертела в руках стакан с водой. — Или ездить верхом… Но незадолго до свадьбы я, гуляя по лесу, случайно забрела на болота и потеряла память. И теперь не помню, как и чем жила раньше.
— Ах, моя дорогая, мы слышали об этом от Ронни и Яника. — Иния подалась ко мне и сжала мои ладони в своих — крепких, тёплых и слегка шершавых. — Ужасное, чудовищное происшествие. Впрочем, нынче тёмное целительство шагнуло далеко вперёд. Думаю, вы обязательно поправитесь, уж Адриэн-то об этом позаботится.
Я внутренне поёжилась, а Иния отпустила мои руки. Я сложила их на коленях. Как же тоскливо от мыслей обо всех этих тёмных целителях! Скорее бы уже вернулся Адриэн: тогда женщины точно оставят меня в покое.
— Что же до больниц, я… боюсь вида крови, — тихо прибавила я.
— Ничего, моя дорогая, не волнуйтесь. Вас никто ни к чему не принуждает. Клубы по интересам — не пансион, где вас заставят сдавать экзамены. Наши дамы собираются, скорее, чтобы пообщаться, обменяться новостями, перемыть косточки слугам и мужьям. — Иния весело сверкнула глазами. — Ну и между делом помочь несчастным. Мы устраиваем благотворительные базары, концерты, даже скачки, и все средства отправляем тем, кому они нужны. Поэтому мужчины не запрещают нам иногда примерять на себя их роли.
— Как только почувствуете себя готовой, просто скажите. Мы будем брать вас с собой, — поддержала Мэдейлин.
Вроде бы мне стоит радоваться, что могу найти занятие по душе, но почему-то стало ещё тоскливее. Местные женщины, кроме детей и хозяйства, живут только сплетнями. Похоже, что все их клубы по интересам тоже существуют для того, чтобы они могли вдоволь обсудить всех и вся. Но показывать этого нельзя. Уж лучше ходить в клубы и привыкать сплетничать, чем просто сидеть дома и жалеть себя.
— Спасибо, буду рада.
— А зачем ждать, когда будете готовы? — Иния вскинула брови. — Вот в следующую субботу собирается театральный кружок: готовим к осени небольшой спектакль. Вы вполне можете посмотреть нашу репетицию, заодно познакомитесь с дамами. Пусть видят, какую умницу и красавицу нашёл себе Адриэн, и перестанут уже чесать языками на его счёт.
— Иния, не нужно. — Мэдейлин предупреждающе глянула на подругу.
— А что, моя дорогая Мэди, разве я не права? Некоторым нашим дамам не помешало бы думать, прежде чем говорить.
Я еле удержалась, чтобы не хмыкнуть, и заметила, как Мэдейлин мимолётно опустила голову. Похоже, мы с ней мыслим схоже.
— Так как, Лиа, мы договорились?
— Наверное, надо спросить у моего супруга, — пробормотала я: признаться честно, знакомиться с местными сплетницами страшновато. Может, Адриэн мне запретит? Было бы хорошо.
— Да что вы, моя дорогая, мужья обычно не возражают против посещения жёнами кружков. Более того, им даже удобнее: могут спокойно собираться в своих… мужских клубах, пока женщины при деле. — И глаза Инии снова блеснули.
— У мужчин тоже есть клубы? — спросила я и снова заметила предупреждающий взгляд Мэдейлин, брошенный ей на Инию.
— Ах, моя дорогая, ну конечно, есть. А где же им, бедненьким, играть в азартные игры, выпивать и обсуждать достоинства борде… Простите, — Иния с притворным ужасом ударила себя по губам. — Достоинства жён, разумеется. Вот они и собираются в своих клубах.
Мэдейлин хмыкнула, но ничего не сказала.
— И… Адриэн тоже? — спросила я, не сумев сдержать любопытство.
— Нет, что вы, моя дорогая. Вы, полагаю, наслушались всякого про своего супруга, однако с тех пор как… — Иния запнулась. — С тех пор как он потерял семью, вообще мало где появляется.
— Думаю, если бы не упорство Яника и Рониэля, он бы и с ними порвал всякую связь, — прибавила Мэдейлин. — Но они, конечно, никогда не бросили бы друга в беде.
— Я вас всех в то время не знала, но и не сомневалась, что Ронни и Яник прекрасные друзья, — улыбнулась Иния. — И вообще я давно говорю, что хватит уже Адриэну тосковать по погибшей семье. В конце концов, скорбью никого не вернёшь.
— Ох, Иния, тише, прошу вас. — Мэдейлин оглянулась по сторонам, будто боясь, что у стен в прямом смысле есть уши. — Пусть Адриэн и женился, но это ещё не значит, что можно говорить нечто подобное.
— Моя дорогая, — Иния и не думала сбавлять громкость, — неужели вы думаете, что я настолько бестактна? Но помяните моё слово, с молодой женой наш любезный друг быстро придёт в себя. Умерших, конечно, нельзя забывать, но и жить прошлым — не выход. Хотя я знаю такой тип мужчин, они по большей части несколько… фанатичны в своих привязанностях.
Я прикусила губу, стараясь успокоиться. Может, конечно, я просто слишком много общалась с Адриэном за эту неделю, и он успел несколько раз отчитать меня за бестактность, но слова Инии покоробили. И ведь не она одна озвучивает подобные мысли… Конечно, она в чём-то права, однако каждый человек имеет право носить траур столько, сколько нужно по его мнению.
— А по-моему, то, что Адриэн до сих пор не может отпустить семью, говорит о нём, как о надёжном человеке, — всё-таки выпалила я. — Не каждый сумеет столько лет хранить в душе любовь к покойной жене.
Иния вскинула брови и, как мне показалось, улыбнулась слегка снисходительно.
— Моя дорогая, ваше желание вступиться за супруга очень трогательно. И вам, пожалуй, простительна такая… наивность. Вы ещё очень молоды, но поверьте моему опыту: чем дольше живёте на свете, тем больше начинаете ценить каждый миг. И тратить драгоценную жизнь на тоску по тем, кого всё равно не вернуть, глупо.
— Но и заставить себя вдруг забыть и начать радоваться жизни тоже невозможно, — возразила я. — Вы не можете просто щёлкнуть пальцами и вычеркнуть из жизни трагедию. Тем более, такую.
— Да разве же я утверждала обратное? — Иния снова глянула на меня, как на малолетнюю дурочку. — И, конечно, это прекрасно, что он столько лет был верен памяти покойной… забыла, как её звали…
— Линара, — суховато ответила Мэдейлин и поджала губы. — Но давайте всё же…
— Да-да, Линара, точно. Так вот, прекрасно, что он был верен ей до сих пор, однако это ведь не жизнь. Я тоже носила траур и знаю, каково это. Конечно, глупо сравнивать…
— И правильно, не сравнивайте, — перебила Мэдейлин. — И хоть Лиа очень молода, она совершенно права. Мы с вами, да и никто другой, не имеем права судить, кто и сколько должен горевать по умершим. Лина была прекрасным человеком, и я бы никому не пожелала пережить всё то, что довелось Адриэну. И, прошу вас, давайте всё же поговорим о чём-нибудь другом. Верх неприличия обсуждать хозяина дома прямо в его гостиной.
— Пожалуй, вы правы, Мэди, я веду себя не лучше кумушек из клубов, которым только дай перемыть кому-нибудь косточки. — Иния, кажется, вообще не смутилась отповеди младшей подруги. — Но я просто ужасно рада за нашего Адриэна, вот и несу первое, что в голову взбредёт.