Чтение онлайн

– О нет, Крузеракс, вовсе нет. Просто мне поставили определённую задачу – способствовать падению Княжеств. Устраивать войну мне никто не велел, но если вдруг…

– Ха-ха-ха-ха, а я-то уже подумал, что вы изменились, мой друг. О, смотрите, – дракон указал пальцем вперёд, – кажется, к нам направляется некая делегация. Они всё же решились на переговоры.

Как сложно, оказывается, договориться с тем, кто хочет тебя ограбить. Ну или получить больше того, что готов отдать ты сам. Собственно, верно и обратное: если хочешь кого-нибудь заставить поступиться чем-то, то определённо следует ожидать сопротивления.

Примерно так и проходили наши переговоры с анкрадцами. Те хотели чуть больше, чем жалкую полоску земли шириной в четыре десятка километров, которую мы готовы были им предложить. На ней не было ни крупных городов, ни богатых месторождений, ни плодородных пашен. В принципе, во всех бывших Княжествах с этим было не очень богато, иначе бы они уже давно потеряли свою независимость. Выгода перевесила бы возможные проблемы.

Единственное хорошее в сложившейся ситуации – никто даже не думал говорить о самостоятельности Княжеств, речь шла исключительно о границе между двумя королевствами. Мы, как обладающие большей армией и подконтрольной территорией, смещали её вниз, а анкрадцы, чувствуя свою слабость в данный момент, лишь пытались не позволить нам слишком уж наглеть. Так и вели переговоры. Мы сдвинем границу на пару десятков километров, они её отыграют назад на пятнадцать, после чего всё по новой. И так будет продолжаться, пока мы не упрёмся в минимально допустимую для Анкрадии линию.

Снаружи же шатра с переговорщиками замерли две армии, готовые в любой момент начать колоть друг друга копьями, резать мечами и обрушивать на противника ураган магии, что добавляло в обсуждение некоторую щепотку остроты. Любое крепкое или же чересчур громко сказанное слово могло тут же обернуться сечей.

Я же от переговоров самоустранился, предоставив всё Крузераксу, а сам находился в лагере армии, готовый в случае чего начать сражение. Пусть особой тяги к этому и не испытывал, но за прошедшее время я смог хорошо понять одну вещь – переговоры с прочими государствами почти ничем не отличаются от таковых между группами городских бандитов, делящих между собой «рыбные» места. Тот, кто сильнее, диктует свои условия, а слабейший их принимает или же, если чувствует за собой хоть какую-то силу, пытается отыграть в свою пользу часть или же всё.

Два дня шла дипломатическая возня. За это время и к нам, и к анкрадцам подошло подкрепление. Не очень большое, но то, что это произошло практически одновременно, избавило нас всех от проблем. Иначе кто-то, а возможно, что и я сам, мог бы решить воспользоваться внезапно полученным преимуществом и напасть первым. Но не дошло до этого дело, не дошло.

По итогу всё же договорились – нам отходили западные Княжества целиком, прилегающие к южной границе земли и часть востока. Юг доставался Анкрадии. Вот только всё это было лишь переговоры между двумя королевствами. Сами князья отдельных территорий вовсе не собирались следовать результатам договорённостей, а потому предстояла долгая работа по подавлению сопротивления. Разумеется, и у нас, и у южных отныне соседей были свои люди практически везде, но из-за скорости изменения обстановки не всегда получилось подготовить должным образом почву.

Целый месяц ушёл на подавление тех Княжеств, что решили биться за свою независимость. Можно было их за это уважать, вот только шансов не было на победу изначально – Анкрадия, готовая ранее оказать помощь, сама теперь занималась тем же, что и мы, а прочие государства не рискнули лезть в происходящее без поддержки на местах, а потому сопротивление отдельных князей заранее было обречено на провал.

Город за городом и провинцию за провинцией мы стремительно подчиняли бывшие земли Приграничных Княжеств власти Героев. Где получалось подкупить часть войск противника, а где приходилось действовать силой, но всё свелось к одному результату – более между королевством, Анкрадией и дварфами не было заслона из мелких дворянских земель. Точнее, между республикой, Анкрадией и дварфами. Всё никак не могу привыкнуть за столь короткий срок к изменениям.

За время нашего задания в Княжествах Герои объявили о полном низложении королевской власти. Формально, после казни короля за пособничество демонам, престол принадлежал одному из его младших сыновей, над которым установил регентство Владимир Ильич. Формально, потому что всем в королевстве было ясно истинное положение вещей. Но видимо, Герои почему-то не спешили провозглашать свою личную власть над Срединными землями. Возможно, из-за слишком малого времени, прошедшего с момента отстранения короля и дворян от власти, а может, по каким-то иным причинам. Меня произошедшее совершенно не тронуло. Как для одного из тех, кто принял прямое участие в самом настоящем мятеже, власть короля была для меня пустым звуком, равно как и чьи-то там права на престол. Республика? Пускай будет республика. Вроде как там было ещё какое-то слово в названии, но подобная мелочь вылетела почти сразу из памяти, так как все вокруг просто использовали для обозначения бывшего королевства одно и то же слово, прекрасно друг друга понимая при этом. Со временем привыкнем, а сейчас и иные дела есть.

После установления формальной власти над бывшими Княжествами пришлось озаботиться тем, чтобы она стала настоящей и нерушимой. Законы, единая монета, таможни – всё это и много чего другого требовалось привести к общему республиканскому образцу, благо что уже не в первый раз этим занимался. Хотя и имелась разница по сравнению с горцами. Там, среди довольно тёмного населения, моё слово было почти обязательным к исполнению. Военные победы, Крузеракс, явившийся горцам словно из сказки, и некроманты заложили под власть республики крепкую основу. Здесь же такого не было – мы опирались только на тонкую прослойку купечества и горожан, зависимых от них. Да, были военные победы. Взятие Нильштадта за одну ночь так и вообще чуть ли не в состояние паники привело отдельных князей. Вот только крестьянам и прочим жителям этих земель было всё равно. Их интересовали более приземлённые вещи вроде размера оброка, свободы перемещения, доступности товаров и цен на выращиваемое зерно.

И вот здесь уже можно было развернуться по полной. Снесённые таможни, единая монета и товары, в изобилии приходящие с севера, очень быстро расположили к нам городское население. Крестьяне же, более не пригибаемые к земле поборами бывших дворян, тоже вздохнули посвободнее, но по своей извечной привычке не спешили радоваться: а ну как нынешние господа, называющие сами себя «товарищами» опять вернут всё вспять? Ну да вода камень точит. Как горцы, так и местные пахари примут власть отныне республики и через короткое время будут готовы сами, без понуканий кнутом, встать на её защиту. Только распробуют разницу в оброке и количество земель, выданных в пользование общинам, ведь вместе с нашей властью пришло и изъятие пашен у дворян и Церкви. Я даже сделал ставку на то количество времени, которое понадобится, чтобы установить на новых южных землях твёрдую республиканскую власть. Крузеракс ответил, и теперь надо подождать полгода, чтобы потребовать свой выигрыш. В то, что на наведение порядка потребуется год, как предположил дракон, я не верил, так как видел своими глазами скорость изменения написанного в предоставляемых докладах. Там, где пару месяцев назад республиканских писарей встречали с вилами и мотыгами, теперь ожидали с хлебом и солью, ведь не дай Господь обидятся и не прирежут общине земли. Вот горе-то будет. Так что свою работу спустя четыре месяца после отбытия из столицы я считал целиком исполненной. Враг разбит, контроль установлен, а на дипломатическом поле царит пусть и напряжённая, но тишина. Можно возвращаться в столицу.

***

– Вот скажите мне, Герман, как вы думаете, чем занимаются Герои?

Мы сидели в карете, медленно бредущей до ближайшего города с имеющимся в нём порталом. Будучи практически одни, если не считать небольшой охраны, можно было позволить себе быстрое перемещение. Дракон, паскудник такой, наотрез отказался лететь своим ходом. На замечание о том, как один раз мы уже добирались таким образом до столицы, последовала отповедь, столь длинная и нудная, что проще было добраться до Орелары пешком, чем её выслушивать в надежде на дальнейший перелёт.

– Правят республикой? Повышают свои магические знания и силы? Планируют отражение Прорыва? Да всё что угодно, на самом деле.

– Вы так думаете? А мне вот кажется, что есть ещё что-то.

– Например? – в интуицию древнего дракона я верил. Пусть и однозначных доказательств её наличия ещё не получал.

– Не знаю… словно… готовятся они к чему-то.

– Я уже сказал ведь…

– Нет-нет, тут что-то иное. Не Прорыв…

– Тогда ничего не могу сказать.

– Просто, видите ли… – Крузеракс огляделся, будто ожидал увидеть в небольшой карете чьих-то доносчиков. – Посещая резиденцию Героев, я ловил себя на мысли, что под ногами есть что-то… крайне могучее.

– В каком это смысле? – я немедленно напрягся.

– Вы ведь чувствуете магию, так? Ману?

– Ну… только очень сильную и крайне слабо, несмотря на то, что являюсь достаточно могучим чародеем. Наши, человеческие чувства, к такому не очень хорошо приспособлены. Вот эльфы – те да. Говорят, именно из-за этого они и столь умелы, а не только лишь по причине большего срока жизни.