Чтение онлайн

Я опустила глаза.

Никого не было.

— Может… просто ещё рано? — прошептала я, но голос дрожал.

Марта хмыкнула, но не злобно. Подошла, похлопала меня по плечу — осторожно, почти по-матерински.

— Ладно, девка. Зато еще ни одного сыкуна не было! Уже хорошо!

Она усмехнулась.

Я кивнула.

И впервые за эту ночь почувствовала: даже если мир не видит тебя — ты можешь сделать так, чтобы он обязательно увидел.

Просто нужно шагнуть за угол.

И поставить стрелку.

Только почему не сработало?

Я откровенно не понимала, в чём дело. Откуда-то появились силы. Не извне — изнутри. Как будто моё тело наконец вспомнило: ты — фармацевт. Ты знаешь, как лечить. Даже если мир вокруг лечит молитвами и примочками из лягушачьих лапок.

Трудоголизм, оказывается, укрепляет организм. Или, может, просто не даёт думать о том, как сильно болит душа.

Я уже вымыла полы, протёрла полки, разложила травы по ящикам с этикетками («полынь — 1 унция», «мята — свежая, не сушеная!»).

И тут — динь-дон!

Звон колокольчика у двери.

В аптеку ввалился мужик — высокий, в поношенной куртке, с лицом, будто его только что вытащили из бочки с квасом. Осмотрелся, почесал затылок, будто не знал, зачем пришёл.

— Это у вас тут аптека что ли? — спросил он, оглядывая банки с подозрительными жидкостями.

Я уже открыла рот, чтобы вежливо ответить: «Да, чем могу помочь?», — но меня опередила Марта.

— Нет, милок, — бросила она, не отрываясь от пересчёта монет, — это салон гаданий «Угадаю, что болит!».

— У меня проблема, — начал мужик, нервничая, словно на экзамене, прокашлялся он в руку, словно намекая, что не очень хочет объявлять о проблеме вслух. — Я… я не могу о ней сказать… Вы понимаете…

— О! Это по нашей части! — закивала Марта, усмехнувшись. — Оммм… Сейчас духи мне скажут, что у тебя болит, погоди… Сейчас войду в транс! О, духи его предков! Скажите мне… Когда вы ждете его у себя? Скоро или нет?

Она действительно вела себя как гадалка на сеансе.

— Тс… Духи отвечают, — загадочным шёпотом произнесла Марта. — Я слышу их слабые голоса, которые прорываются из мира мёртвых. Они говорят, что они уже приготовились тебя встречать… Если ты не скажешь, что у тебя болит нормальным языком!

И совсем другим голосом добавила:

— Итак, что принёс? Где подцепил?

Мужчина замялся, будто пытался собрать мысли в кучу.

— Мне… — начал он, оборвав попытку на полуслове.

Но тут колокольчик звякнул снова.

В дверях стояла целая семья: отец в чистом, но простом сюртуке, мать с красивой старой шалью на плечах и двое детей — мальчик лет пяти и девочка помладше, оба с красными щеками и влажными глазами. Семья оглядывалась с любопытством, будто впервые видела аптеку.

— У меня… — снова начал мужик, уже тише, склоняясь к нам за прилавком. — В одном месте… Скажем так — кровоточит. И болит. И сидеть — дискомфортно. Вы давали мне в прошлый раз лекарство… Оно помогло…

Марта кивнула, как будто хранила величайший секрет королевства.

— Так, лекарство от шишек в попе у нас на третьей полке! — объявила она на всю аптеку. — Эгла! Неси! Два флакона! Там один уже не справляется, видимо!

Я чуть не поперхнулась.

Мужик покраснел так, что, казалось, сейчас вспыхнет. Он превратился в микроба, готового провалиться сквозь пол. А семья? Семья с интересом уставилась на него. Отец даже кивнул с уважением: «Молодец, держишься!».

— Нет, — подумала я, — это определённо надо пресекать.

Мужик сунул деньги на прилавок и выскочил на улицу, будто за ним гнался сам дьявол с предложением об операции.

Семья подошла ближе к прилавку.

— У нас сын кашляет, — тихо сказала мать, с тревогой глядя на ребенка. — Уже неделю. Ночами не спит.

Я посмотрела на мальчика и протянула зелье от кашля. Бледный. Глаза блестят. Лёгкий хрип при дыхании.

Не просто кашель. Возможно, начинающаяся пневмония. Или, хуже того — коклюш.

Девочка, которую мать держала за руку, чихнула.

В моей голове мелькнуло слово «витамины»! Вряд ли кто-то додумался делать витамины для детей и взрослых! Но они недорогие, их можно сделать как конфеты! Или зелье… Так, теперь главное — не забыть!

Для детей. Из шиповника, мёда, лимона — если найду. Или хотя бы из местных трав с высоким содержанием… чего-то полезного. В этом мире, наверное, ещё не знают про аскорбинку, но это не значит, что её нельзя сделать.

А ещё…

Я огляделась. Теперь мне понятен был робкий взгляд женщины. Я посмотрела на ее чистое платье, а потом на грязную старую аптеку.

Они ушли. А из подсобки вышла Марта. И вид у нее был ужасно недовольный! Она смотрела на меня так, словно я сделала что-то ужасное!

— Ну и чего ты им дала? «Зелье от кашля»? Оно ж слабое!

И тут же, не глядя на меня, достала из ящика маленький пузырёк:

— Вот. «Сироп из шиповника». В следующий раз, когда они придут, дай им. Скажи — бесплатно. Пусть девчонка не чихает, как кузнечный мех.

— Но у нас же денег… — начала я.

— У них ещё меньше! — оборвала Марта. — И не вздумай говорить, что это от меня. Скажи — от аптеки. А то ещё подумают, что я смягчилась!

Я снова обвела взглядом аптеку.

Полки в пыли. На окнах — жирные пятна. А фартук Марты… Боже, он выглядел так, будто в нём прятали труп, варили яд и мыли полы после чумы.

— Марта, — сказала я шёпотом, когда дверь за клиентами закрылась, — а что, если… выкрасить аптеку в белый?

— В белый? — переспросила она, будто я предложила украсить потолок золотом. — Зачем? Чтобы видно было, как быстро грязь налипает?

— Белый — символ чистоты, — ответила я. — Люди доверяют чистоте. Если мы хотим работать с аристократами, то мы должны показать, что у нас тут почти стерильно!

— Ага! Только убирать будешь сама! — хмыкнула Марта. — У меня спина не сгибается!

— Буду! — усмехнулась я, глядя на неё с вызовом. — А если мы сделаем два фартука — один для лаборатории, другой для общения с клиентами — это будет… профессионально. Чтобы видели, что у нас тут чисто! В вопросах здоровья чистота очень важна!