Выйти замуж за злодея
Шрифт:
Однако стрелы уже были на тетиве. Теперь оставалось только одно — убить всех, кто видел их лица.
Раздался свист стрел, рассекших воздух. Юй Линси инстинктивно бросилась вперёд, прижимая к полу кареты оцепеневшую от страха Су Гуань.
Тут же резкая боль пронзила её левую руку, и горячая кровь мгновенно пропитала лёгкий розовый плащ.
— Суэй Суэй!
Су Гуань резко распахнула глаза, а в её голосе прозвучали сдавленные рыдания:
— Ты ранена!
— Просто задело, ничего страшного.
Юй Линси стиснула зубы, не давая боли захлестнуть сознание. Глаза её оставались ясными и сосредоточенными.
— Не бойся, Су Гуань, — тихо сказала она, мягко сжимая её руку.
Перед ней была не просто невестка. Она была счастьем, которого её брат в прошлой жизни так и не дождался. Линси не позволит никому разрушить его.
— Увести госпожу и младшую госпожу!
Цин Сяо сражался, отбивая натиск, но нападавшие продолжали появляться со всех сторон.
Кучер рванул поводья, но тут же послышался резкий свист — стрела поразила лошадь. Раненое животное взбесилось. С треском лопнула оглобля, и повозка с девушками опрокинулась.
От удара все предметы внутри полетели в стороны. Юй Линси изо всех сил прижала Су Гуань, смягчая падение, и обе покатились по каменному настилу.
Су Гуань быстро подхватили оставшиеся стражники дома Юй, но Юй Линси, ослабевшая от боли в руке, не смогла удержаться.
Она сорвалась с края моста — и рухнула вниз, в водный канал.
— Суэй Суэй!
— Вторая сестрица!
Мгновение застыло, как расколотый янтарь.
В толпе, среди людей, отчаянно пытающихся сбежать, Сюэ Цэнь рванулся вперёд.
Он протянул руку, пытаясь поймать её, но расстояние было слишком велико.
Он мог только смотреть, как её силуэт, словно бабочка с обломанными крыльями, исчезает в ледяных брызгах воды. На мгновение Сюэ Цэнь оцепенел, а затем, не думая о последствиях, бросился к краю набережной.
Однако в последний момент его удержали.
— Господин, нельзя!
Слуга вцепился в него, обхватив за плечи, крича от отчаяния:
— Вы не умеете плавать, вы же помните?!
— Отпусти!
Сюэ Цэнь, всегда сдержанный и благородный, с невероятной силой оттолкнул его и прыгнул в воду.
Холодная гладь сомкнулась над ним. Тело сковал страх, привычный, почти забытый — страх воды. Несмотря на это, он стиснул зубы, разлепил глаза и двинулся вперёд.
— Господин… Господин, откройте глаза! — раздался приглушённый крик где-то сверху.
Но он не слышал.
Перед ним была только она.
Юй Линси.
Слуга тут же бросился за ним, схватил Сюэ Цэня за рукав белоснежного халата и отчаянно воскликнул:
— Господин, не надо! Вторую госпожу уже спасли!
Сюэ Цэнь резко распахнул глаза.
Прямо перед ним, в воде, появился юноша в чёрном — он прыгнул с моста и вытащил Юй Линси.
Он появился так вовремя.
И не раздумывал ни секунды.
В лучах закатного солнца Юй Линси, насквозь промокшая, бессильно опиралась на его плечо. Доверчиво, как будто за спиной у неё не было недавнего покушения, а впереди — смертельной угрозы.
Они выглядели… как две мандариновые утки*, пережившие вместе холод и бурю.
Сюэ Цэнь застыл в воде. Его светлый шёлковый халат мягко покачивался на поверхности, расплываясь, как туман.
Он знал Юй Линси десять лет, но, кажется, всегда опаздывал на шаг.
— Господин? — слуга осторожно дотронулся до его руки.
Сюэ Цэнь слегка шевельнул губами.
— Уходим, — глухо выдавил он.
Юноша сделал шаг, ухватился за край набережной — и тут же поскользнулся, упав обратно в воду.
Его руки ослабли. Даже выбраться он не мог.
Внезапно сверху послышался едва слышный свист.
Те, кто прятались за карнизами крыш, готовясь к выстрелу, не успели нажать на спуск. В следующее мгновение три тела с приглушённым глухим звуком рухнули вниз.
Они уже не двигались.
Нин Инь вынес Юй Линси на берег и осторожно прислонил её к стволу ивы. Её тонкие одежды, промокшие насквозь, облепили тело, делая кожу почти прозрачной, словно лепесток белого лотоса.
Она была в ужасном состоянии, но в её глазах был смех. Будто бы пока он рядом, она не боится ни меча, ни стрел, ни смерти.
Нин Инь молча смотрел в эти сияющие глаза, потом снял верхнюю одежду и набросил ей на плечи.
— Почему не поплыла?
Его голос был мягким. А мягкий голос у него всегда значил одно — он был зол.
— Я… я забыла…
Юй Линси крепче прижала к груди деревянную коробку. Внутри лежал нефрит, который она выбрала для него.
Во время атаки её выбросило из кареты, но она в панике инстинктивно схватилась именно за эту коробку.
— А ещё… виноградный мусс…
Она вспомнила, как он пролился вместе с опрокинутым сосудом. В её голосе послышалась настоящая печаль.
Рука девушки ослабла, и коробка выскользнула, покатившись по земле.
Юй Линси попыталась наклониться, но в глазах потемнело, и она покачнулась.
Нин Инь молниеносно подхватил её. Его брови нахмурились.
Он резко дёрнул воротник её одежды и стянул её с раненой руки Линси. Ткань упала, обнажив глубокую рану. Густая, темновато-фиолетовая кровь текла по руке хрупкой девушки.
— Откуда эта рана?
Его голос стал глухим, словно пробитый металлом.
— Стрела задела… — прошептала Юй Линси.
Юй Линси не успела договорить, как Нин Инь без лишних слов разорвал ткань на её рукаве и крепко затянул повязку выше раны, чтобы остановить кровотечение. Затем он наклонился, и его бледные губы коснулись её раны.
Кожа вокруг разреза была обжигающе горячей, а его губы — ледяными.
Она не успела даже удивиться, как острая боль пронзила руку. Нин Инь высасывал яд и сплёвывал густую, темно-пурпурную кровь.
У Юй Линси перехватило дыхание. Яд. Она поняла всё по его лицу — слишком холодному, слишком сосредоточенному.
Однако Нин Инь не остановился. Вторая порция ядовитой крови брызнула на землю.
Третья…
Чёрный нефрит, выпавший из её рук, окрасился алыми разводами.
Юй Линси вспомнила слухи.