Выйти замуж за злодея
Шрифт:
Комнаты Юй Линси и Юй Синьи находились рядом, и она боялась, что если ночью потеряет контроль, то разбудит старшую сестру. Тогда Синьи увидит её в этом жалком состоянии, и Линси не могла этого допустить.
Павильон подготовили быстро.
Как только солнце скрылось за горизонтом, Юй Линси сняла верхнюю одежду и легла на низкое ложе.
Тикающие капли часов отмеряли время.
Она чувствовала, как внутри что-то накапливается, как тёмная волна, готовая прорваться в любую секунду.
Прошёл час. Сна не было. Всё тело жгло изнутри.
Не в силах терпеть, Юй Линси встала, подошла к окнам и распахнула их. Ночной воздух хлынул внутрь, врываясь холодными потоками. Его было слишком мало.
— Госпожа, вы просили приготовить успокаивающий отвар, он готов.
За дверью раздался голос Хутao.
Юй Линси скрестила руки, сжалась от холода, но голос её остался ровным:
— Поставь у двери. Сегодня меня не нужно обслуживать.
— Да, госпожа.
Служанка оставила поднос и ушла в боковую комнату.
Юй Линси приоткрыла дверь, подняла ещё тёпкий отвар и, не раздумывая, выпила до последней капли.
Просто заснуть. Просто проспать это. Если она заснёт, то ничего не почувствует.
Так она убеждала себя.
Вернувшись в постель, она свернулась калачиком и опустила ресницы. И вскоре…
Линси увидела сон.
В её сне перед ней раскинулся величественная спальня регента. Всё пространство, залитое тёплым светом, казалось затянутым тонким туманом. Мягкие отблески свечей, свет фонарей, сплетение цветочных узоров на тканях — всё это создавало иллюзию изысканной роскоши. Полупрозрачные занавеси, алые шёлковые покрывала, размытые, причудливые силуэты…
Она шла босиком по мягкому персидскому ковру, осторожно приближаясь к ложу, где мужчина вальяжно откинулся, погрузившись в чтение.
С каждым шагом сердце билось всё сильнее. Когда она подошла ближе, её тонкие пальцы медленно развязали пояс ночной одежды, и она скользнула в прохладные объятия покрывал.
Шёлковые простыни мгновенно вобрали её тепло. Она терпеливо ждала, пока ткань согреется, а затем тихо подвинулась в сторону, освобождая для него согретое место.
Маленькая ладонь девушки неуверенно потянулась к его одежде, слабо сжав край мягкого одеяния.
— Ваше высочество… — её голос был лёгким, почти неуловимым.
Он поднял глаза. Красивые, чуть прищуренные. Один только взгляд заставил её замереть.
Пальцы мужчины лениво коснулись края покрывала. Лёгкое движение — и в следующее мгновение она оказалась обнажённой под холодным воздухом.
Юй Линси взрогнула. Только что согретая постель стала холодной, но его это, кажется, совершенно не заботит.
Он медленно разглядывает её полуприкрытыми глазами.
От головы до ног.
Точно осматривает свою территорию.
Юй Линси изо всех сил пытается удержать контроль, но челюсть непроизвольно дрожит. Где-то на грани её сознания мелькает вопрос о том, если она не выдержит, то будет ли он доволен или разочарован?
Однако прежде чем её тело окончательно замёрзло, сверху опускается другая горячая кожа, плотно прижимаясь к её…
Юй Линси резко проснулась.
Тяжёлое дыхание.
Ноги…
Она прижимала их друг к другу, сжимая между бёдрами мягкую ткань покрывала.
Горячий, мучительный стыд обжёг её изнутри. Этот сон… а теперь — это… Это выглядело, как жалкая имитация, жалкая попытка утолить жажду, но ничего не изменилось.
Жар только усилился.
Отвар… должен был успокоить. Должен был подавить желания.
Но теперь…
Теперь он сделал всё хуже.
Вместо того чтобы утихомирить огонь, он превратился в масло, разлившееся по телу и разгоревшееся вдвое сильнее.
Жар пробежал по венам, делая конечности слабыми, будто разваренная лапша.
Всё… Это началось. Последний, третий приступ яда. Ни раньше, ни позже — именно сегодня.
Сознание поплыло. Юй Линси не понимала, спит она или бодрствует. Её тело сотрясалось от дрожи, каждая клеточка требовала чего-то, кричала в агонии.
Руки сжали покрывало, разминая дорогую вышивку в безобразные складки. Бесполезно.
Её тело продолжало трепетать. Имя всплыло в её голове.
Нин Инь.
Почему… почему сейчас она так хотела видеть его? Почему, словно в бреду, она так жаждала повторить безумие сна?
Попытка сдержаться вызвала всплеск ещё более сильной боли. Казалось, будто тело вот-вот лопнет от сдерживания.
Юй Линси потянулась к посуде с холодным чаем и разбила чашу. Всё пролилось.
Она разодрала себе ладонь ногтями, пытаясь хоть так заглушить жар.
Девушка прикусила угол покрывала и заметалась в лихорадке.
А потом… она не выдержала.
Юй Линси пошатнулась, поднялась и открыла дверь.
Глава 39. Напоить лекарством.
Ночь была глубокой. Хутао и ночная нянька крепко спали в соседней боковой комнате, посапывая во сне.
Юй Линси даже не вспомнила об обуви — её тонкие белоснежные носки бесшумно скользили по деревянному коридору.
Сильнодействующий успокаивающий отвар ничуть не подавил яд. В голове кружилось, тело горело, словно её подбросило на облака, а затем швырнуло вниз. Она спотыкалась, теряя ориентацию, и двигалась вперёд, полагаясь лишь на инстинкты.
Обычный путь, который в другое время занимал не больше половины чашки чая (то есть всего несколько минут), теперь казался бесконечным.
Ноги подкосились. Юй Линси, опершись о лунные ворота, сползла на землю. Темнота, подобно приливной волне, накрыла её со всех сторон, засасывая в бездну, словно водоворот.
Она ненавидела это чувство, но тело её не слушалось.
Издалека доносились чёткие шаги патрульных стражников. Свет их фонарей то появлялся, то исчезал, приближаясь в её сторону.
У неё не было сил подняться. Она слишком выделялась в ночной темноте в своей белоснежной ночной одежде.
Линси до крови впилась ногтями в ладонь, но в какой-то момент почти отчаялась: всё равно… хоть кто-нибудь… лишь бы вытащил её из этого кошмара…
В замутнённом взгляде вдруг мелькнули знакомые кожаные сапоги.