Выйти замуж за злодея
Шрифт:
Главарь убийц прищурился, поднимая руку в знак готовности стрелкам с арбалетами, но когда человек оказался в пределах досягаемости, он понял, что это вовсе не люди семьи Юй, сопровождающие важного свидетеля.
Перед ними был всего лишь юноша в чёрном, чьё лицо терялось в полумраке.
Рука убийцы замерла в воздухе, а холодный пот скатился по виску, впитываясь в ткань маски.
Тем временем юноша остановился. В тумане ночи его силуэт, спокойно стоящий со скрещёнными за спиной руками, казался зловеще спокойным.
Через мгновение он слегка повернул голову, и его ледяные глаза прорезали темноту, точно ловко брошенный кинжал, пронзая взглядом главаря убийц.
— Оставить двоих в живых, —
На губах юноши мелькнула беззаботная улыбка.
— Остальных — уничтожить.
Блеск мечей сверкнул в темноте, ввысь взметнулись перепуганные птицы. Кровь брызнула на кусты, мгновенно окрашивая их в густой, почти чёрный цвет. Ни один из убийц не успел даже крикнуть перед смертью. В живых остался только главарь.
Он уставился глазами, налитыми кровью, на приближающегося юношу.
Какой там гуляка среди ночи! Это был сам Владыка подземного мира, явившийся за их жизнями. Главное — убить их командира!
Стиснув меч, главарь рванулся из засады, нанося прямой удар. Такова судьба смертников Восточного дворца — не отступать, пока не наступит смерть!
Но…
Раздался сухой хруст ломаемой кости. Оружие выпало из ослабевших пальцев, а сам убийца был поднят за горло, как жалкая тряпичная кукла.
Судорожно хватаясь за железную хватку, он нащупал что-то гладкое и лёгкое — тонкую, кремово-белую ленту, обмотанную вокруг запястья юноши.
Порыв ветра сорвал её и закружил в воздухе. Прежде чем лента успела улететь, юноша молниеносно перехватил её зубами и зажал между губ.
Последнее, что увидел главарь убийц, — это холодный, до неестественной красоты лик, обрамлённый развевающимися чёрными волосами. Невозмутимая, почти божественная внешность, и жестокость истинного демона.
Безжизненное тело убийцы швырнули на землю, и вокруг него быстро расплылась лужа тёмно-фиолетовой крови. Нин Инь медленно вытер руки, взглянул на окровавленную ладонь, которой тот касался его ленты, и с лёгким отвращением нахмурился.
Он бесцеремонно наступил на мёртвую кисть. Нин Инь надавил силой, и раздался влажный хруст. Он перемалывал кость до тех пор, пока от неё не осталось кровавое месиво.
Лишь тогда, зажав конец ленты зубами, он снова обмотал её вокруг предплечья и завязал узлом.
— Забрать оставшихся в живых, остальное зачистить.
Из тени сразу же выскочили его люди.
Тела мгновенно исчезли в глубине леса.
Облака рассеялись, и полная луна отразилась в запёкшейся луже крови.
Этой ночью в столице было спокойно.
На следующее утро стражники, отправленные Юй Линси, успешно встретили Юй Синьи.
Захваченные предатели и перехваченные послания были переданы в ведомство Дали (верховный суд), и все улики указывали на наследного принца.
Двор сотрясла буря.
Речь шла не просто о зерне для голодающих, ведь три десятка тысяч шэнов могли бы содержать армию, способную поднять мятеж.
Юный наследник уже плёл заговоры, а для старого, подозрительного Императора это было непозволительной дерзостью.
Наследного принца заточили в Восточном дворце, а Императрица с распущенными волосами и босыми ногами провела весь день на коленях перед дверьми Чэндэ-хуаляня (императорского зала).
Политическая ситуация в столице уже не занимала Юй Линси.
Слишком уж гладко прошла эта операция по сбору доказательств. Если это не невероятное везение, значит, кто-то помогал из тени. И среди всех возможных кандидатов в её голове возникло лишь одно имя.
Было начало лета, стрекочущие цикады наполняли воздух нескончаемым шумом.
Юй Линси была одета в лёгкое летнее платье, но даже так ей казалось душно. Этот жар отличался от обычного зноя – он шёл изнутри, наполняя тело странной, тревожной лихорадкой.
Просто сидя в комнате, она чувствовала, как щеки вспыхивают жаром. В последние дни она жила в постоянном напряжении. Из-за того, что с запасами провианта для голодающих возникли проблемы, она не могла думать ни о чём другом.
Теперь, когда всё закончилось, организм вдруг напомнил о себе.
Она прикинула в уме даты.
До третьего приступа отравления оставалось всего два дня. Юй Линси застыла, не зная, что делать.
Подчиниться, как в прошлый раз? Тогда… кто для неё Нин Инь? А она – кто в его глазах?
— Госпожа, что у вас с лицом?
Хутao внесла чай и с беспокойством рассматривала раскрасневшиеся щёки своей хозяйки.
— Ничего.
Юй Линси похлопала себя по лицу, пытаясь прогнать головокружение, а затем поднялась и сказала:
— В комнате душно. Пройдусь во дворе.
Ночной воздух, наконец, принёс долгожданную прохладу.
— Госпожа в последнее время особенно полюбила задний двор, — заметила Хутao, освещая ей путь фонарём.
Юй Линси очнулась от мыслей и поняла, что снова, сама того не замечая, пришла в сторону хозяйственного крыла.
То ли из-за действия яда, то ли по какой-то другой причине, но мысли о Нин Ине в последнее время появлялись всё чаще.
И что самое опасное — они начали проникать в её дела, граница между личным и общим размывалась. Это нехороший знак.
Сжав губы, она развернулась, собираясь выбрать другую дорогу. Однако в этот момент позади раздался скрип открывающейся двери.
Будто зная о её колебаниях, Нин Инь приподнял голову из темноты и негромко позвал:
— Госпожа.
Его голос был низким и прохладным. Почему-то, когда Линси услышала его, её ноги словно приросли к месту.
Она закрыла глаза, глубоко вдохнула и, наконец, сдалась. Отослав служанку, молодая госпожа обернулась и смотрела, как юноша в чёрном медленно спускается по ступеням.
— Сегодня полнолуние, — мягко сказала она. — Прогуляйся со мной, Вэй Ци.
Цветение белой магнолии давно прошло, её редкие тени пересекали лунный свет, создавая мозаичные узоры.