Чтение онлайн

Я сделала ещё несколько шагов в почти полную темноту. Сердце колотилось, но это был гнев, а не страх. Гнев от осознания колоссальной, дурацкой несправедливости.

Внезапно, прямо передо мной, из ничего сгустилась и материализовалась стена. Не каменная. Теневая. Плотная, непроницаемая, холодная. Я чуть не врезалась в неё носом.

За моей спиной раздались медленные, чёткие шаги.

— Подожди, — сказал Морван.

Я обернулась. Он стоял в нескольких шагах, и теперь его лицо было освещено только снизу, мерцающим светом грибов. Оно казалось вырезанным из самого мрака — строгое, загадочное, прекрасное.

— Твой план, — начал он, и слова давались ему будто с трудом. — Этот… экспорт. Ты говоришь о торговле с верхним миром. — Он сделал паузу, и в этой паузе повисло что-то важное. — А кто, собственно, будет с ними… торговаться? Лично? Перевозить грузы? Вести переговоры с теми, кто видит в тебе лишь очередную поглощённую душу? Или с теми, кто захочет эту душу… и всё остальное… просто отнять?

Его вопрос повис в воздухе, холодный и острый, как сталактит. Это был не отказ. Это был вызов. И в нём сквозила первая, едва уловимая тень… заинтересованности.

Я медленно подняла голову и встретилась с его взглядом.

— А разве у Повелителя Теней, — сказала я тихо, — нет для таких дел… своего представителя? Хотя бы одного?

Уголок его губ дрогнул. Не улыбка. Ещё нет. Но трещина в монолите.

Глава 3 Трон из паутины и другие катастрофы

— Интерьер убивает любой бизнес, — заявила я на следующее утро, или что здесь сходило за утро — по мерцанию грибов. Я снимала пластами пыль и паутину с массивного канделябра, стоявшего в углу. — Здесь нужен ребрендинг. Клиенту должно быть приятно находиться в офисе. Да и вам, наверное, надоело смотреть на этот… вековой саван.

Морван, сидевший за столом и с видом глубокого скепсиса изучавший мои вчерашние каракули на дощечке, лишь поднял бровь.

— «Офис», — повторил он, растягивая слово, будто пробуя на вкус нечто экзотическое и несъедобное. — И кто, простите, будет нашим «клиентом»? Призраки с хорошим вкусом? Троглодиты-эстеты?

— Для начала — я, — парировала я, отряхивая руки. Пыль легла серебристым слоем на пол. — Я ваш первый и самый важный клиент. Инвестор, если хотите. И моё первое впечатление — оно ниже плинтуса. Вернее, ниже этого каменного пола, который тоже не мешало бы вымыть.

Я оглядела главный зал, который Морван с горькой иронией называл «Залом Вечной Неспешности». Высокие своды, прекрасные сияющие грибы на стенах… и полный бардак. Книги лежали грудами, странные артефакты пылились на полках, паутина висела не только в углах, но и между спинками стульев, словно пытаясь скрепить всю эту безмятежную запущенность в единое целое. И в центре всего этого, на невысоком каменном возвышении, стоял Трон.

Он был вырезан из цельного куска чёрного, похожего на обсидиан камня, но не глянцевого, а матового, будто вобравшего в себя весь свет. Спинка его была высокой и ажурной, напоминающей сплетённые корни древних деревьев или застывшие струи дыма. На нём не было ни пыли, ни паутины. Он просто был — холодный, немой и абсолютно доминирующий. Символ власти, которую предпочитали не использовать.

— Это вот, — указала я на трон, — отправляет не те сигналы. Слишком… грозно. Отталкивает. Надо бы его как-то… смягчить.

— Ты сейчас предлагаешь «смягчить» древний артефакт, пропитанный магией сотен поколений Повелителей Теней? — спросил Морван с плохо скрываемым сарказмом. Но он отложил дощечку и наблюдал за мной с возрастающим, похожим на научный, интересом. Как за редким видом гриба, который внезапно начал двигаться и высказывать идеи.

— Не смягчить магию, а добавить элементу комфорта, — поправила я, подходя ближе. — Может, подушку? Или плед из того самого призрачного шёлка? Чтобы вы, когда сидите, думали не только о вечном мраке, но и о… тактильных удовольствиях.

Он фыркнул. Звук был коротким, сухим и неожиданно… человеческим.

— Сижу я на нём примерно раз в пятьдесят лет. Для формальности. Так что мои «тактильные удовольствия» вполне удовлетворяет этот стул. — Он похлопал по деревянной спинке своего обычного стула.

— То-то и оно! Трон пустует! Это неэффективное использование центрального элемента! — Воодушевившись, я взобралась на каменное возвышение. Камень под босыми ногами был ледяным. — Смотрите, отсюда отличный обзор. Здесь мог бы быть ваш рабочий кабинет. Или мы могли бы поставить сюда стол для переговоров…

Я обернулась, представляя себе картину, и мой взгляд упал на высокую, узкую амфору из тёмного стекла, стоявшую у подножия трона. В ней, судя по мерцанию, тоже росли какие-то грибы, но более хрупкие, с длинными нитевидными ножками. Они красиво подсвечивали изнутри чёрное стекло.

— А это что за сорт? — спросила я, наклоняясь, чтобы рассмотреть поближе. Мой балахон неловко зацепился за выступ в резном подножии трона.

— Не трогай, — мгновенно отозвался Морван, и в его голосе впервые зазвучала лёгкая тревога. — Это Хрупкие Сновидения. Их споры…

Но было уже поздно. Я потянулась, чтобы освободить ткань, мой вес сместился, каблук (точнее, пятка босой ноги) соскользнул с мокрого от конденсата камня. Я неуклюже взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, и одной рукой инстинктивно схватилась за ближайшую опору — за ажурную боковину трона.

Раздался тихий, но отчётливый звук.

Трррах .

Не громкий. Не катастрофичный. Похожий на звук ломающегося сталактита где-то вдали. Но он прозвучал как выстрел.

Я замерла, всё ещё держась за трон. Под моими пальцами, в месте, где изящный каменный завиток соединялся с основной массой, зияла трещина. Небольшая, но глубокая. И от неё, как паутина, расходились ещё тонкие, едва заметные линии. По камню пробежала слабая, тёмная вспышка, будто угасающий импульс. Воздух в зале… изменился. Стал тяжелее. Тишина, воцарившаяся вслед за этим, была леденящей, абсолютной и куда более грозной, чем вся предыдущая мрачная атмосфера.

Я медленно, очень медленно, отняла руку и обернулась.

Морван уже стоял. Он не двигался, но казалось, что вокруг него сгустилось всё пространство. Его лицо было не просто бледным — оно стало каменным, бесстрастным маской. Только глаза горели. Не усталым огнём скуки, а холодным, бездонным пламенем настоящей, древней силы. Силы, которую я, своим дурацким движением, только что оскорбила в самом её символе.

— Я… — начала я, и голос мой предательски дрогнул. — Я не хотела…

— Молчи.

Одно слово. Произнесённое тихо, но с такой неоспоримой властью, что мои губы сомкнулись сами собой. Страх, настоящий, животный, наконец добрался до меня, сковал горло ледяным обручем. Я стояла на возвышении, как настоящая жертва на алтаре, и чувствовала, как дрожат колени.

Он сделал шаг. Потом ещё один. Неспешно поднялся на платформу. Мы оказались совсем рядом. Я задирала голову, чтобы видеть его лицо. Он парил надо мной, воплощение той самой тьмы, которой я так легкомысленно пренебрегала.