Чтение онлайн

В последнее время уже сама заговорила о том, что собирается держать экзамен в институт. Но отнюдь не медицинский. И вовсе не потому, что медицина — не нужна. Смешно, глупо было бы так думать. Просто — это не ее призвание. Она будет инженером-механиком. Вот это — по ней! И учиться она намерена без отрыва от работы, в вечернее время.

Мне очень хотелось поговорить с рабочим, обучавшим Валю И. еще тогда, когда она была школьницей. Он и сейчас как бы шефствует над Валей, и хотя она работает в другом цехе, но советоваться ходит именно к нему, к Ивану Ивановичу.

Рабочий-фрезеровщик говорит:

— Валя вышла на трудовое поприще. Она уже знает, на чем хлеб растет…

Он имеет при этом в виду не только хлеб, но и машины, всё, что создают и делают умные руки рабочего, человека…

Еще недавно школьникам говорили, что для них открыты все дороги, широкие дороги, — выбирай любую.

И кое-кому ворота, через которые проходят на завод, казались и чересчур узкими и темными. Что за ними, этого школьники не знали.

А Валя в эти ворота вошла спокойно, с хорошей уверенностью. И здесь, на заводе, открылись перед ней большие просторы — жизни, труда, учения…

Как хорошо, что дорога в эту большую жизнь открылась для нее еще в школе.

5. АВТОРЕМОНТНИК…

Первого сентября, в первый день занятий, к директору школы обратился с просьбой ученик девятого класса.

Он добивался, чтобы его перевели в другой девятый класс, параллельный, обозначенный другой буквой алфавита.

Там учились его товарищи по школе, в которой он» учился в прошлом учебном году.

— Ты кто? — спросил у девятиклассника директор школы.

— Авторемонтник, — ответил тот… — И они тоже — авторемонтники…

Это уже — новое!

Ученик называет не только класс. Он называет профессию, специальность, дело, которым он занимается, в котором будет совершенствоваться.

Его объединяет с товарищами не только школа, но и завод, мастерская.

— А язык какой ты изучаешь? — спросил директор.

— Английский…

— Они?

— Тоже…

Итак, не только авторемонтное дело, но и иностранный язык.

Школа и завод. Класс и цех. Труд и русский язык, литература, физика, математика, химия… Рядом с товарищами по школе — товарищи по заводу, молодые рабочие. Так возникнут новые отношения, появится новая, более обширная, более богатая среда.

Не сразу всё это скажется, но скажется обязательно.

За простыми фактами стоят большие события в школьной жизни, большие и глубокие изменения в психологии школьника.

Перестройка школы, в сущности, только еще началась. Это дело не одного года. Накапливается опыт. Накапливается и проверяется. Проще говоря, проблем и вопросов всё еще очень и очень много. Иначе и не может быть в таком большом и сложном деле, касающемся судеб поколений, будущего страны. Новое здание школы еще в строительных лесах. И здесь также приходится опасаться недоделок, любителей украшательств, тех, кто спешит забежать вперед, спешит рапортовать о выполнении и перевыполнении…

Но это уже разговор о другом…

Читая A. C.Мaкapенкo

ПРОЕКТИРОВКА ЛИЧНОСТИ

А. С. Макаренко удивительно точно формулировал педагогические свои выводы, выделяя главное, заостряя мысль.

Вот, к примеру, он определил воспитание как проектировку человеческой личности.

В ожидании ребенка родители должны хорошо продумать, каким человеком они хотят его воспитать. И, конечно, какими путями они будут идти к поставленной цели.

Необходимость заранее составленной программы построения человеческой личности, казалось, должна быть очевидна для каждого отца, каждой матери. В самом деле, никто из них не взялся бы построить дом, самый небольшой дом, без проекта, без чертежа. Даже тогда, когда в деревне переносят избу с места на место, разобрав ее предварительно на брёвна, эти брёвна метят, чтобы не перепутать, уложить их в известном порядке. Для того чтобы выточить небольшую деталь, необходим чертеж, на котором были бы даны профили детали, ее размеры. Для того чтобы сделать какую-нибудь вещь, ее нужно сперва построить в своем воображении, представить ее себе. Иначе ничего не получится. А к воспитанию ребенка очень часто приступают без всякой программы, не имея никакого плана, не думая о методах. Но ведь воспитать ребенка, построить человека — это не дом построить. Это несоизмеримо сложнее и куда ответственнее!

Так разве можно к такому поистине великому делу приступать без плана, без программы?

Всё дело в том, что легче — не задумываться.

Ребенок уже родился, он живет, он растет, он развивается. Возникает ложная уверенность, что всё образуется и так, само по себе! Как-нибудь!..

— Вы о нас не беспокойтесь, — говорят некоторые родители, — мы уж как-нибудь воспитаем и без педагогики…

— Нас воспитали, и мы воспитаем…

О необходимости заранее составленной программы писали и до А. С. Макаренко. Об этом говорит педагогика с первого дня зарождения этой науки. Только очень и очень наивных людей может испугать мысль о проектировке личности, о программе воспитания. Увы. такие наивные люди встречаются. Они полагают, что Антон Семенович и все. кто с ним соглашается, допускают ошибку, чуть ли не предлагают втиснуть живую душу ребенка в некую заранее составленную.

Как, мол, так — проектируешь человеческую личность, а еще ничего не знаешь о самом ребенке. Не знаешь даже, кто родится — мальчик или девочка. А уже проектируешь! Забываешь, что программа воспитания определяется в какой-то степени — и не малой — самим воспитанником, его характерными особенностями, его индивидуальностью!

Нет, Макаренко этого не забывает. Антон Семенович враг схемы. В своих книгах он глубоко и точно раскрывает диалектический характер воспитания — процесса сложного, требующего постоянного думания, творчества, а не готовых — на все случаи — решений, «рецептов».

Но Макаренко враг стихийности, бездумья, случайности. Воспитатель должен знать, чего он добивается, кого, какого человека и какими средствами собирается воспитать.

Значит, речь идет о педагогических убеждениях, о педагогической позиции, о понимании природы человека, о понимании общих задач воспитания. Действительно, чего стоят такие родители, которые в ожидании ребенка думают о — кроватке для него, о коляске, о распашонках, но не задумываются о целях и задачах воспитания, о формировании человеческой личности?!

Между общим и единичным, между программой воспитания и индивидуальным подходом к ребенку существует глубокая диалектическая связь. Программа воспитания никак не связана с шаблоном, схемой. Наоборот, — она по-настоящему открывает простор для педагогического творчества, является обязательным условием для творчества.

У Макаренко в его формуле о проектировке человеческой личности наиболее кратко и выпукло выражена общая и убедительная мысль: воспитывать «как-нибудь» нельзя!

Традиции семейного воспитания, на которые опираются родители («Нас воспитали, и мы воспитаем!»), могут подвести. Ведь время — новое, требования к человеку другие, не те, что в прошлом. Есть хорошие традиции, хороший опыт прошлого, — о нем не следует забывать. Но нужно смотреть вперед и брать из старых традиций, из старого опыта только то, что годится и для будущего. Вернее так: весь прошлый и нынешний опыт воспитания должен быть рассмотрен и учтен исключительно в интересах будущего. В нем должно остаться только то, что не вступает в противоречие с новым нашим мировоззрением, с духом нашего времени, времени строительства нового мира — мира коммунистического. Это мир новых, более благородных отношений между людьми, мир материального изобилия, духовного богатства. И требования к человеку в этом новом мире не снизятся, а возрастут. Материальное изобилие не мыслится нами без духовного богатства.