Чтение онлайн

Медный корпус скрипел, будто старый корабль в море, хотя волн не было. В лицо бил ветер. Или просто волосы трепало назад? Я щурился, если пытался смотреть вперёд. Пришлось отвести взгляд.

Рядом тяжело дышал Торв. Браск сидел, вцепившись в борт так, будто боялся выпасть наружу. Стур, наоборот, с интересом щурился по сторонам.

А вот Грим просто смотрел вперёд.

Только сейчас я понял, что в лодке кроме нас кто-то есть. Сначала мне показалось, что это груда плащей и мешков. Потом — что это несколько существ. Потом — что это вообще караван, уходящий куда-то вдаль по лодке.

А потом оно повернулось.

И оказалось одним существом.

Или богом.

Скальнир сидел, шёл и стоял сразу в нескольких местах. Это первое, что приходило в голову.

Часть его тела расположилась у носа лодки. Часть — возле странного медного устройства с десятками вращающихся колец. А ещё один Скальнир спокойно шагал где-то далеко по воздуху рядом с лодкой, разговаривая сам с собой. При этом всё это был один и тот же бог. Его выдавал одинаковый дорожный посох. Простая палка.

Лицо у него постоянно немного менялось. Молодой. Старый. Бритый. Бородатый. Женщина. Дварф. Человек. Кто-то с вытянутой шеей и глазами как у козла.

Но взгляд оставался одним и тем же. Спокойным и устремлённым вдаль. Будто он одновременно смотрел не на нас, а на тысячу дорог сразу.

На плечах у него сидели странные существа. Одно напоминало длинноногую птицу без головы. Второе — ком шерсти с человеческими руками. Третье вообще выглядело как тень, но казалось плотнее и тяжелее остальных.

Вся лодка была завалена вещами. Колёсами. Пустыми клетками. Связками бронзовых труб. Камнями с рунами. Мешками, внутри некоторых, кажется, кто-то шевелился. И дверями.

Очень много дверей.

Некоторые стояли просто так, ничем не закреплённые. Одна из них была приоткрыта, и за ней виднелось море. За другой — лес. За третьей я успел заметить гигантский глаз размером с дом, после чего дверь сама захлопнулась.

Скальнир наконец заметил нас.

Точнее… часть Скальнира.

Остальные продолжили заниматься своими делами.

— Любопытно, — сказал он.

Голос тоже был странным. Не громким. Но казалось, будто слова произносились сразу рядом с ухом и где-то очень далеко впереди.

— Обычно меня осмеливаются беспокоить почти мёртвые. Или очень глупые. Но всегда отчаявшиеся. Вы, похоже, всё сразу.

Торв немедленно расправил плечи.

— Я Торв Белозуб из Медного Горна! Отмеченный Кхар-Гхримом!

— Да-да, — рассеянно кивнул Скальнир. — Вижу. Очень яркий. Почти светится. Не люблю таких. От них потом долго болят дороги.

Он прошёл мимо Торва. Вернее, одна его часть прошла мимо. Другая всё ещё сидела у носа лодки.Скальнир остановился возле меня. Потом возле Грима. Короче, сразу возле нас обоих.

— А ты интересный, — сказал он мне. — Неправильный. Сквозняк между местами.

Он ткнул пальцем мне в лоб. Я вдруг увидел сотни дорог. Каменные тоннели. Мосты. Лестницы. Тропы. Морские пути. Чьи-то жизни. А потом всё исчезло. Я едва удержался, чтобы не блевануть за борт.

— Скьель, — осторожно позвал Грим.

— Я здесь, — прохрипел я.

— Пока да, — согласился Скальнир.

Он уже потерял к нам интерес. Подошёл к одной из дверей. Заглянул туда. Поморщился.

— Нет. Опять война.

Захлопнул.

— Господин Скальнир, — осторожно начал Грим. — Мы оказались заперты рядом с гнездом Старого Врага. Нам нужна помощь.

— Всем нужна помощь, — отмахнулся бог.

Он уже копался в каком-то сундуке, вытаскивая оттуда связку сушёных рыб, каждая из которых была покрыта крупными чешуйками. Чешуя гремела металлическим звоном.

— Один народ просит дождь. Другой — чтобы дождь прекратился. Кто-то хочет спасти детей. Кто-то убить чужих детей. А я просто помог найти дорогу домой. Кто-то вообще требует вернуть ему жену, хотя я совершенно отчётливо предупреждал его не жениться.

Он вытащил особенно длинную рыбу, осмотрел её и остался доволен.

— Мир очень шумный. Потому я путешествую.

— Нас могут убить, — упрямо сказал Грим.

Скальнир пожал плечами.

— Всех могут убить.

— Но ты бог дорог и путей! — не выдержал Браск. — Помоги нам выбраться!

Скальнир наконец посмотрел на него. По-настоящему посмотрел. И вдруг я понял, что глаза у него находятся не на лице. Они были… между местами. Будто пространство само на миг посмотрело на Браска. И оно было равнодушно. Взгляд кота, мать его, Шрёдингера.

— Вы дварфы, — спокойно сказал он. — В вас нет ничего от меня.

Он ткнул пальцем вниз.

— Вот у животных, на которых ездят люди степей, есть. У птиц есть. У ветра есть. Даже у рек есть. А вы... вы копаете.

Он подумал.

— Очень глубоко копаете.

Торв начал медленно наливаться раздражением. Я прямо почувствовал исходящий от него жар.

Но Скальнир уже отвернулся.

— Хотя… — пробормотал он. — Грим Хирдоводец.

Грим поднял голову.

— Я обращаю на тебя взор.

Некоторое время ничего не происходило. Потом Скальнир кивнул сам себе, будто подтвердил какую-то мысль.

— Да. Ты умеешь идти вперёд, когда все дороги ведут назад. Это редкое качество.

Грим молчал.

— В следующий раз приходи ко мне в храм, — сказал он.

— В Семидесятидвухвратной? — уточнил Грим.

Ну… слово “храм” обычно относилось к отдельным залам со статуями богов в Семидесятидвухвратной. Но иногда так называли и такие места, как Эйдскиль.

Скальнир раздражённо поморщился.

— Там шестьдесят четыре врат. Восемь на восемь. Остальное — просто норы, которые потом вы нарыли.

Он махнул рукой.

— Я никогда не любил Подземье. Много путей но нет простора. Спутанный клубок. Лабиринт.

Потом посмотрел на нас. И совершенно буднично сказал: