Чтение онлайн

Аларик склонил голову, и в его глазах блеснул озорной огонек.

— Ролевая модель, значит? Что ж, я постараюсь соответствовать стандартам вашей... педагогики.

Он подошел к кровати и мягко коснулся плеча сына.

— Вставай, воин. Елена Петровна говорит, что время наклеек пришло.

Леон открыл глаза, увидел нас обоих — стоящих рядом, без страха и ненависти — и на его лице расцвела такая улыбка, ради которой стоило не только ману тратить, но и миры менять.

В это утро за завтраком в столовой было непривычно шумно. Леон восторженно рассказывал отцу о том, как «черная каша» (так он называл мою магию) спасла его от «колючих молний». Аларик слушал, серьезно кивая, и — о чудо! — честно доел свою порцию овсянки с черникой.

Мистер Мортон, зашедший с отчетами, застыл на пороге, увидев эту идиллическую картину.

— Ваша Светлость... там прибыли поставщики из города... — начал он, но Аларик лишь коротко указал на меня.

— Все вопросы снабжения теперь решает моя супруга. Если она скажет, что нам нужно закупить тонну цветной бумаги и сто наборов наклеек с драконами — значит, так тому и быть.

Мортон поклонился так низко, что едва не задел полом нос, и быстро ретировался. Власть в замке сменилась окончательно и бесповоротно.

Я сидела, попивая травяной чай, и чувствовала, как мой внутренний «деготь» довольно урчит. Система работала. Сюжет трещал по швам, уступая место новой реальности.

Однако я знала: это была лишь первая битва. Впереди был императорский двор, светские интриги и тайна моего появления здесь, которая рано или поздно потребует ответов. Но сегодня... сегодня лед стаял.

— Елена Петровна! — Леон дернул меня за рукав, протягивая свой пустой стакан из-под молока. — А если я сегодня решу все задачи, мне полагается золотая наклейка?

Я посмотрела на Аларика. Он смотрел на меня. И в этом взгляде больше не было льда — только теплое, живое любопытство и что-то еще, чему я пока не решалась дать название.

— Полагается, Леон, — ответила я, улыбаясь. — Золотой дракон за исключительные успехи. И, думаю, твоему отцу тоже полагается одна... за волю к победе над овсянкой.

Аларик рассмеялся, и этот звук стал финальной точкой в главе о «Злой Мачехе». Начиналась совсем другая история. История семьи, которую я собиралась построить по всем правилам высшей педагогической категории.

И пусть весь мир подождет. У нас по расписанию — второй завтрак и чистка зубов. А против этого, как известно, не устоит ни один Темный Властелин.

Золотой дракон занял свое законное место в верхнем углу «Карты достижений» Леона, сияя на солнце, словно маленький маяк успеха. Мальчик прикоснулся к нему кончиком пальца, проверяя, не исчезнет ли чудо, а затем серьезно посмотрел на отца. Аларик, к моему искреннему удивлению, не просто формально кивнул, а позволил Леону приклеить вторую наклейку — ту самую, «за волю к победе над овсянкой», — прямо на обшлаг своего форменного мундира.

Вид сурового герцога Рида, командующего северными легионами, с ярко-желтым мультяшным ящером на рукаве был лучшим антидепрессантом, который я могла себе представить. Моя внутренняя «система» выдала уведомление: «Психологический климат в коллективе стабилизирован. Уровень доверия: 65 %. Рекомендуется переход к следующему этапу».

Однако идиллия была прервана резким звуком. В коридоре послышался перестук тяжелых сапог и лязг металла — не домашний, привычный шум охраны замка, а четкий, ритмичный шаг императорских курьеров.

Мистер Мортон вплыл в столовую, бледный как накрахмаленная скатерть. На серебряном подносе лежал конверт с тяжелой сургучной печатью, изображающей вставшего на дыбы грифона — символ правящего дома.

— Ваша Светлость, — голос мажордома слегка дрогнул. — Срочная депеша из Золотого Дворца. Его Императорское Величество требует вашего присутствия на Большом Осеннем Балу. Всей семьи.

Слово «всей» повисло в воздухе тяжелым свинцовым грузом. Аларик медленно отставил чашку. Его лицо мгновенно превратилось в ту самую непроницаемую маску, которую я видела в день его приезда. Ледяной фронт вернулся, вытесняя утреннее тепло.

— «Всей семьи», — повторил он, и в его голосе прорезался металл. — Император хочет посмотреть на «исцеление» наследника? Или на то, как его верный пес окончательно приручил свою... — он осекся, бросив короткий взгляд на меня, —...неспокойную супругу.

Я почувствовала, как внутри зашевелился мой «деготь». Магия Серафины всегда реагировала на угрозу, а это приглашение было не чем иным, как вызовом на допрос с пристрастием. Весь высший свет империи, который последние месяцы смаковал слухи о моем безумии, жестокости и последующем «чудесном преображении», теперь готовил свои ядовитые жала.

— Это не просто бал, — сказала я, поднимаясь и расправляя складки своего домашнего платья. — В терминах кризисного менеджмента это называется «внешний аудит». Нас собираются проверять на наличие системных ошибок. И если мы покажем хотя бы одну трещину — они разрушат все, что мы начали строить.

Леон, почувствовав смену атмосферы, притих и инстинктивно прижался к моему боку. Его мана, еще не до конца стабилизированная утренними упражнениями, начала опасно вибрировать, пуская мелкие искры по паркету.

— Мама? — тихо спросил он. — Нам нужно ехать к Главному Дракону?

Я присела перед ним, взяв его маленькие ладошки в свои. Мой «деготь» мягко потек по венам, создавая защитный контур, гася его тревогу.

— Мы едем в гости, Леон. Это будет похоже на сложный лабиринт из тех, что мы рисовали в «Малом кабинете». Только вместо стен там будут люди в красивых одеждах. Твоя задача — держать «интеллектуальный щит» и не забывать про дыхание. Помнишь? Вдох — свет, выдох — темнота.

— И я получу наклейку, если не взорву люстру? — в глазах ребенка мелькнул озорной, но все еще тревожный огонек.

— Ты получишь целый альбом, — пообещала я и перевела взгляд на мужа. — Аларик, мне нужно два дня на подготовку. Леон должен пройти инструктаж по социальному маневрированию. А мне... мне нужно снаряжение.

— Снаряжение? — Аларик приподнял бровь, и наклейка с драконом на его рукаве забавно сморщилась.

— Платье, которое будет работать как броня, и маска идеальной герцогини, которую не пробьет ни один имперский инквизитор. Мы не просто едем на бал. Мы едем закрывать гештальт.