За гранью вечности
Шрифт:
Отряды Безмолвных построились в несколько шеренг у носа корабля. Все ждали своего лидера – Верховного Судью. Слутгельмир словно специально тянул время, не спускаясь с палубы. Только через несколько минут его довольное лицо показалось из-под большого балахона мантии, когда он в окружении четырёх стражников вышел на край корабля. Судья гордо спустился по трапу и встал ровно между строями Безмолвных. Его как всегда сощуренные острые глаза мельком оглядели воинов, а затем он громко и предельно сурово заговорил:
– Друзья мои! Мы с Вами прибыли сюда ради одной цели – спасения Асмодеи! Те, кого мы называли лидерами, ввергли нашу великую расу в кризис, утопив её в вине и крови! Они дали себе горделивые имена и стали управлять нами, свободными людьми! Всё, чего добилась Асмодея за последние сотни лет – это заслуга наша с вами и только наша: Храма Правосудия! Это мы наводили порядок во власти, устраняя недостойных. Это мы карали виновных и помогали невинным. Это мы доблестно бились на просторах и Асмодеи, и Балаурии, и Бездны сотню раз! А потом ещё сотню раз! Это на нас держится Пандемониум! Все согласны со мной?
В ответ донеслось дружное и воодушевлённое: «Да!»
– Так вот, дорогие мои! Наше бремя – защищать Асмодею от всех напастей. И у нас не остаётся другого выхода, как выполнить священный долг, возложенный на нас самим Асфелем! Мы покончим с несправедливостью, уничтожим врагов и принесёт мир в Асмодею! Кто со мной?
Округу вновь озарил громкий возглас одобрения.
– А теперь я обращаюсь к тем, кто ещё сомневается в праведности наших дел, – продолжил Слутгельмир, нахмурив брови и сменив тон. – Если кто-то из вас, призванников Асфеля и избранных самим Богом, считает, что я говорю неправду, что лгу вам и пытаюсь совершить недостойный поступок, пусть садится обратно на корабль и улетает прочь, пока не поздно… Ведь я найду его и казню на глазах у остальных, ибо это будет настоящее предательство!
Никто из воинов даже не шелохнулся. Судья довольно улыбнулся и произнёс:
– То-то же. Я счастлив, что знаком с вами, Тени Безмолвия! За Асмодею! За Асфеля! – он поднял вверх меч и громко закричал. Так же поступили и его бойцы. Боевой клич расстелился по равнине заброшенного порта.
Слутгельмир побежал вперёд к первым рядам и встал во главе, развернувшись к войску.
– Друзья и братья мои! Выдвигаемся на юг. За мной!
Взмахнув рукой, Верховный Судья повёл легион за собой. Путь пролегал прямо по ледяному плато. На горизонте виднелись заснеженные вершины высоких холмов, а по сторонам за пеленой морозного тумана сияла зеркальная гладь склона отвесной скалы, которая когда-то была оврагом.
Несколько часов отряд Безмолвных двигался по белоснежной пустыне, сопротивляясь сильным равнинным ветрам северного Белуслана. Наконец, воины добрались по подножия холмов. Между склонами пролегала широкая протоптанная дорога, причём следы были довольно свежими – метель не успела замести отпечатки больших сапог.
– Скоро прибудем! – напевал Слутгельмир, улыбаясь в сторону поднимавшегося из-за вершины высокого холма дымка.
И он не соврал – за очередным поворотом в бескрайней низине возникло крупное селение – навскидку на тысяч тридцать-тридцать пять жителей.
– И как этот городок сразу не заметили?.. – один из офицеров Безмолвных снял шлем и с любопытством уставился на узкие ряды домиков, тянущихся почти до горизонта, где пейзаж сменялся такими же холмами.
– Это селение беженцев, – к воину подошёл Верховный Судья и встал рядом. – Здесь нашли свой дом все неугодные Пандемониуму семьи.
– А что это? – боец указал пальцем на маршировавшие вдалеке отряды.
– Наши друзья… – Слутгельмир растянул улыбку и чуть не мурлыкнул. – Отныне у нас есть своя армия.
Воин присмотрелся – на таком расстоянии было видно плохо, но цвет экипировки он различить смог.
– Это… тридцатые легионы?
– И тридцатые там тоже есть, – сощурившись, кивнул Судья. – Ладно, хватит передышек, – крикнул он легиону. – Вперёд!
Колонна Безмолвных вошла в селение. Жители, занимавшиеся во дворах своими делами, словно не обращали внимание на незваных гостей. Они продолжали колоть дрова, топить воду, носить доски в дом.
– Видит Маркутан, они привыкли, – говорил Слутгельмир, оглядываясь по сторонам, пока Тени продвигались вглубь деревни.
– Так! – Судья велел войску остановиться практически у центра селения. – Разбредаемся по хижинам справа. По пятнадцать человек на дом! Увижу какой-нибудь домик, где вас будет меньше пятнадцати, четвертую, потом пожарю куски на костре и слопаю без соли, без перца!
Безмолвные не стали дожидаться других приказов и разбежались по сторонам, бренча чёрными доспехами. Слутгельмир глубоко вдохнул морозный воздух и вразвалку направился к тренировочному лагерю, напевая весёлую песенку себе под нос.
Когда дома стали редеть, а потом и вовсе остались где-то позади, асмодианин добрался до места, которое называли «плацем» – очищенной от снега широкой поляны. По бокам ровными шеренгами стояли центурии тридцать первого и сорок восьмого легионов. В центре, словно на ринге, дрались двое бессмертных – их легаты. Слутгельмир гордым шагом вошёл на поляну и кашлянул несколько раз, чтобы обратить на себя внимание. Бой остановился. Противники посмотрели на Судью, но их глаза не сияли, как обычно. Казалось, они были, словно стекло, и устремлены куда-то вдаль, сквозь мужчину. Это немного испугало его – довольная улыбка сменилась на недоумение и строгость на лице.
Вдруг кто-то дотронулся до его плеча – Слутгельмир дёрнулся и обернулся. Позади него стоял легат третьего легиона – Исагир.
– Эй, что с тобой? – Даэв искренне удивился странному выражению лица Судьи.
– Н-ничего, всё в порядке, – отговорился он. – Как продвигается подготовка?
– Всё по плану, – Исагир вышел вперёд и предложил мужчине пройтись. – Посмотри на тех двух бессмертных, – он кивнул в сторону сражавшихся бойцов. – Их рассудок под влиянием идгеля. Они будут слушаться твоих приказов, даже если понадобится умереть.
Слутгельмир искоса посмотрел на них и пробормотал что-то невнятное. Когда Даэв переспросил, он ответил, но уже без прежнего задора:
– Как ты это сделал?
– Это не я… – нахмурился Исагир. – Это заслуга повстанцев Ривара. Они давно ставят эксперименты над людьми и над Даэвами.
– Ты хочешь сказать, что риваровцы на нашей стороне? – Судья произнёс этот вопрос так, словно от ответа на него зависла судьба Атреи.
– Я ввёл их вождей в курс дела, и, Маркутан не даст соврать, им понравилось, что мы собираем армию против Видара.