Чтение онлайн

– Полагаю, имеет, - важно заметил профессор.
– Коль скоро больной произнес это словечко сразу после автокатастрофы, видимо, оно было связано с тем, о чем больной думал перед самой катастрофой. Разумеется, это не более чем предположение и я не стал бы утверждать так со всей категоричностью, однако в качестве рабочей гипотезы можно принять. Вероятно, тот самый.., как его... Хлюп.., вы сказали, проше пани, он был близким другом нашего пациента? Так вот, возможно, пациент думал о своем друге в дороге, беспокоился о нем, или еще по какой-то причине тот занимал мысли нашего пациента.., так или иначе, был важной персоной. Не к нему ли торопился наш пациент?

– Нет, не к нему, - с расстановкой ответила Кристина, опять чувствуя, как заколотилось сердце.
– Но вот думать о нем перед аварией вполне мог.

– Вы полагаете?
– подхватил врач, довольный, что его наблюдение пригодилось.

– Вполне, вполне возможно, - рассуждал профессор.
– Предположим, с Северином Хлюпом были связаны какие-то сильные переживания нашего пациента. Предположим, во время пути Карпинский думал только о нем. И тогда вполне логично допустить, что Хлюп оказался последним, о ком думал Карпинский перед катастрофой. Затем сознание оборвалось. Амнезия, знаете ли, очень странная вещь и еще недостаточно изучена. Закрепившееся в сознании слово могло рефлекторно вырваться у больного, хотя тот сам уже не осознавал, что говорит. Не исключаю, не исключаю... Тут нам могла бы помочь очаровательная супруга нашего пациента. Возможно, незадолго до катастрофы что-то случилось с другом вашего мужа, Северином Хлюпом?

Кристина отрицательно покачала головой, изо всех сил пытаясь изобразить, что тоже глубоко раздумывает. Присутствовавший при описанной выше беседе сам Карпинский сидел с отрешенным видом, однако благожелательно улыбался.

Продолжением этой научной дискуссии явился разговор уже дома, с участием Эльжбеты.

– Не знаешь, амнезия заразна?
– спросила девушка Кристину.
– Как мы могли о таком забыть? Ведь обе же слышали.

– О! Ты тоже!

– Ну да! Не придала значения, тут же вылетело из головы, потому что отец принялся зайчиков считать. А ведь Хлюп сказал что-то вроде "все в безопасности". Тогда я и внимания не обратила на эти слова, а вот теперь думаю - не просто так сказал.

– Точно.

– Теперь я уверена - отец схватил портфель и помчался к Хлюпу. И скоро вернулся. Наверняка отдал другу на хранение! Портфель в доме Хлюпа, оттуда его и заберем!

– Как ты себе это представляешь?
– возразила Кристина.
– Знаешь же Хлюпиху...

– Подумать надо.

– А я Хлюповой не знаю, - подключился к разговору Хенрик.
– Мы собирались нанести ей визит. И еще я помню - она Крысю не любит.

– Она никого не любит, но пойти к ней придется.

– И меня не любит?
– удивился Карпинский.

– Тебя она всегда считала недоразвитым придурком, - безжалостно резанула правду-матку в глаза Кристина.
– Должность у тебя маленькая, сам жить не умеешь и другим не помогаешь, никакой пользы от тебя.

– Это она так думает?
– не поверил Хенрик.
– А ты откуда знаешь?

– Так ты же сам мне говорил. До того. А узнал от Хлюпа. Вы с ним ничего не скрывали друг от друга, а от супруги ему приходилось скрывать встречи с тобой. И ты звонил ему под именем несуществующего Яцека, если к телефону подходила Хлюпиха.

– Сложно все это, но раз мы так с Хлюпом дружили, я мог отдать ему деньги. Не уверен, что отдал, но мог.

Эльжбета пыталась, прихлебывая чай, рассуждать логично:

– Времени у отца было в обрез. Клепа свалился нам как снег на голову. На следующий день вы с отцом разъезжались в разные стороны, оставался всего один вечер. Портфель тяжеленный, мужчина, правда, поднимет, но далеко не унесет...

– До машины дотащит, - подхватила Кристина.
– А я вспоминаю, твой отец в тот вечер куда-то ездил...

– Наверняка к Хлюпу!

– Да мог поехать в любое другое место.

– И чего ты так за эти места ухватилась? Сама же первая заговорила о Хлюпе, все логично.

– И я считаю - логично, но как подумаю о Хлюпихе...

– Думаешь, Хлюпова тоже знает о деньгах?
– спросил Карпинский, наливая себе еще один стакан чая.
– Какая красивая штука!
– добавил он, снова водружая на чайник стеганый капор из китайской ткани.

– О боже! Сам же привез его из Дании.

– Значит, соображал. Так вот, что касается Хлюповой. Мне кажется, что она не была допущена к тайне. Это я суммирую сведения о наших взаимоотношениях с Хлюпом, от вас же полученные.

– Правильно суммируешь, - похвалила мужа Кристина.
– Наверняка вредную бабу не допустили к мужской тайне. И если ты действительно отдал портфель Северину на сохранение, а в этом я почти не сомневаюсь, то так же верно и то, что Северин жене об этом не сообщил. И даже постарался скрыть от нее.

– Выходит, она не знает, - заключил Хенрик.
– Баба, как ты утверждаешь, вредная. Судя по всему, нам не поможет?

– "Поможет"!
– фыркнула Кристина.
– Да она все сделает, чтобы помешать! Уж и ума не приложу, как быть.

– Тадик!
– сказала Эльжбета.

– При чем тут Тадик?

– Если ему сказать... Он ведь с Хлюпихой на ножах. Может, станет нашим союзником?

– Нужно очень хорошо все обдумать, прежде чем на что-то решиться, рассудил Карпинский.
– Не можем же мы отправиться к человеку и утверждать, что у него имеется нечто, если этого у человека не имеется...

– Что-что, а характер у отца остался прежним, - проворчала Эльжбета. Вечно рассусоливает и колеблется, а уж решительным и энергичным его никак не назовешь. Вряд ли предложит нам что путное. Поэтому считаю, что нужно рассказать обо всем Тадику, он вхож в дом Хлюпов, пусть проверит, не лежит ли где у них портфель с золотом и долларами или еще с чем. Я просто уверена лежит. И в том, что Тадик - человек порядочный, тоже не сомневаюсь.

– Ты же его совсем не знаешь.

– Ну и пусть, все равно ни капельки не сомневаюсь. И еще - в гости к Хлюпихе надо пойти обязательно.

***

В гости решили отправиться втроем: Карпинский, Эльжбета и жулик Клепа. Тот звонил чуть ли не ежедневно и радостно поддержал проект, благодаря которому мог пожить у бывшего родича хотя бы два денька. Кристину решили не брать. А с Тадиком разработали такой план: он самостоятельно прибудет в дом Хлюпа вскоре после прихода туда Карпинских.

Поджидая Клепу, Карпинские спешно разрабатывали детали операции. До сих пор никому из них не приходилось наносить соболезнующие визиты. Наверняка мужчины в черных костюмах, это ясно, Эльжбете Кристина даст свое черное платье. А что еще? Если просто идут в гости - приносят торт, коробку шоколада, даже бутылку хорошего вина, а в этом случае? Не идти же с венком на могилку. А цветы?

И еще проблема - надо ли предупредить о визите хозяйку дома? Напроситься.., невежливо. А вдруг откажется принять? Брать внезапностью? Тоже как-то.., неловко.