Чтение онлайн

Но все-таки - полукровная родня, батюшка, можно сказать, общий.

Лифт остановился, Гриша вышел на лестничную площадку, нашел дверь под цифрой 46 и нажал на звонок. В глубине квартиры послышались быстрые шаги, двери распахнулись и на пороге появилась миниатюрная девушка с копной черных волос, в черном трико, на высоких каблуках. Из-за спины её ударила громкая музыка.

– Вы к кому?
– с веселым удивлением спросила она.

– Я Нестеров... Кира?

– А! Нет, я не Кира!
– девушка повернулась в коридор и прокричала. Кира Дмитриевна это к вам! Вы заходите.

Гриша ступил в большую прихожую и увидел, как издали, из кухни, со сковородой в руках вышла высокая женщина в неряшливом халате, небрежная в одежде, растрепанная, откровеннно усталая и лишь с большим трудом натянувшая на серое лицо вежливую улыбку.

– Григорий?

– Да.

– Идите за мной.

Красотка в тугом трико хмыкнула и нырнула в другие двери, именно из-за которых, сотрясая стены, грохотала музыка и доносились веселые голоса.

Кира ввела Гришу в маленькую комнату, тесно, словно на мебельном складе, заставленного кроватями, шкафами, тумбочками - в углу спал младенец.

Здесь не жили, здесь только ночевали, болезненнно подумал Гриша, не зная, куда даже свою шляпу положить.

– Раздевайтесь, Григорий.
– Кира поставила сковороду на стол.
– На музыку и прочее не обращаейте внимания. Это соседи у нас молодые обормоты, им не запретишь.

– Соседи?
– потерялся Нестеров.
– Мать писала, что отец получил... Генеральскую квартиру в Москве.

Кира неприязненно покривила пухлые губы.

– Получил. Это она и есть. Четыре комнаты. Но теперь, чтобы выжить, три комнаты мы сдаем, как видите.

– Сдаете?

– Да. Тем и живем. Ничего большего ваш братец заработать не может.

Кира заведомо была враждебна как к нему, а к брату Геннадию относилась однозначно презрительно. И даже не скрывала этого. Но все же, видимо, поняла, что груба излишне. Она поравила волосы, сверкнула яркими, выразительными глазами - единственным, что выделялось на её сером лице, и сказала чуть мягче.

– Простите, что я такое говорю, что начала с мерзостей, но все происходит именно так.

– Как?
– спросил Гриша, удерживая в руках куртку и шляпу.

– А вот так!
– с вызовом ответила олна.
– Братец ваш умеет только трепаться! Все люди вокруг зарабатывают, открывают банки, фирмы, крутят дела с иностранцами, а от Геночки я вижу только болтовню третий год! Промотал, продул в карты все отцовское наследство! Практически потеряли квартиру, да ещё вот этого спиногрыза мне заделал!

При последних словах она указала на детскую кроватку, взяла из рук Гришиа шляпу с курткой и повесила на гвоздь за шкаф.

– Но у него есть работа, зарплата?
– неловко спросил Гриша.

– Работа, дорогой кузен, это сейчас абстрактное понятие.
– насмешливо ответила Кира, быстро взглянула на него и попыталась улыбнуться.
– Ах, да. Вы же десять лет.... Ясно, что многое вам непонятно, извините. Есть хотите, или подождем Геннадия? Он звонил, сейчас будет.

– Подождем, - всполошился Гриша, вспомнив, что приехал с подарками, полез в свою сумку и подал Кире два пакета.

– Здесь я кое-что купил. Для встречи.

Она тут же вывернула пакеты на стол - Гриша купил бутылку коньяка, небольшой торт и половину семги с хвостом.

Кира глянула на конькяк и сказала сухо.

– Такие вещи мы теперь пьем только по большим праздникам.

Музыка за стеной грохнула уже с нечеловеческой силой, Кира метнулась в коридор и Нестеров услышал, как она визгливо прокричала.

– Ребята, имейте же совесть! У меня Вовка только заснул!

Ей не ответили, но музыка немного притихла.

Кира вернулась в комнату, не глядя на Несетерова прошла к ребенку, кинула через плечо.

– Присаживайтесь на любое место, не церемоньтесь, мы родня в конце концов.

– А вы сейчас тоже не работаете?

– Нет. Раньше служила в театре, а теперь и он погорел.

– Вы актриса?
– встрепенулся Гриша.

– Да. Но теперь мы никому не нужны.

Она не смотрела Грише в лицо, все время куда-то ускользала, даже не пыталась изобразить хотя бы формальную приветливость и Гриша вздохнул.

– Кира... Вы, пожалуйста, не думайте, что я приехал вам сесть на шею. Я понимаю, что человек лишний. Не надо на меня злиться...

– Я не злюсь.
– сдержанно сказала она.
– Я просто устала. Но если позволите быть откровенной...

– Конечно!
– заторопился он.

– Ваш брат неудачник. Болтун и неудачник. Если бы ни эта квартира, просто неизвестно, на что бы мы жили. Он может наобещать вам райские кущи. Посулит работу, миллионы и не сделает ничего.

– Да мне ничего и не надо!
– перебил её Гриша - Я устроюсь, я вам мешать не буду и если повезет, то помогу, чем смогу.

Кира слабо улыбнулась.

– Хоть от кого-то слышишь человеческие слова. Вы ещё их того мира, где люди помогали друг другу... Дай Бог вам счастья... А вот и Геннадий!

Как она услышала сквозь музыку шаги в коридоре, осталось неизвестным, но через секунду дверь распахнулась и поначалу через порог перекатилась сумка на колесиках, а потом появился и Генка - все такой же темнорыжий, остроносый, в джинсовом костюме и такой же куртке. Между сводными братьями не было ничего общего - Привет, братан!
– весело крикнул он, ногой откинул сумку в сторону, шагнул в комнату и они обнялись. Геннадий отскочил, пытливо взглянул Грише в лицо и спросил игриво.

– Ну что? Как твое здоровьишко? Крыша медленно скользит, черепицею шуршит? Здоровым тебя, надеюсь, выпустили?

Веселье его было неприятным и Гриша поморщился.

– Все нормально.

Кира дернулась к сумке на колесиках, распахнула её и спросила с удивленной настороженностью.

– Гена, откуда это?

– Купил!
– с вызовом ответил Геннадий.
– Должен же я братана встретить по первому разряду?!

– Но на какие шиши, Генка?!

– Молчи, женщина! Нашел деньги!

Она болезненно смотрела ему в лицо, потом скользнула глазами по всей фигуре и вдруг закричала со слезой.

– Ты продал свои швейцарские часы?! Мои часы, которые я тебе подарила на свадьбу?!