Чтение онлайн

Вудж посмотрел мимо Гримсби на лестницу, ведущую в крепость, и содрогнулся.

— Полукровка-колдун погибнет, пытаясь помочь людям. Пытаясь помочь Вуджу.

Гримсби пожал плечами.

— Возможно. Но, возможно, это не самый худший вариант.

— Они все самые ужасные.

Гримсби не был уверен, что Вудж имел в виду, но он привык к загадочным словам существа.

— Итак, ты можешь помочь мне пройти через парадную дверь?

Вудж закатил глаза под своим шлемом-луковицей.

— Входная дверь, самая плохая дверь. Твари следят за ней. Ждут, как пауки. Туда заходит Полу-ведьма, и он не проживет достаточно долго, чтобы помочь Вуджу.

— Хорошо, тогда какой путь ты бы предложил?

Вудж ухмыльнулся.

— Между путями.

Гримсби последовал за Вуджем вдоль стен крепости и удалился от нее.

— Вудж, мы уходим все дальше.

Вудж раздраженно махнул рукой и шикнул на него, вытянув шею набок, как будто прислушиваясь.

Гримсби ничего не оставалось, как довериться инстинктам своего друга, когда крошечное существо повело его по темной улице.

Наконец, они остановились в центре дороги над чем-то похожим на крышку канализационного люка, только она была сделана из витиеватых резных концентрических колес, которые вращались друг вокруг друга судорожными движениями, похожими на тиканье часов.

Это напомнило Гримсби об искажении времени в Другом Месте.

Он взглянул на свои часы, дешевый заводной механизм, поскольку электроника в Другом Месте не работала. Прошло уже больше часа. Ему нужно было вернуться до начала седьмого часа пребывания в Другом Месте. В противном случае, к моменту его возвращения в реальном мире прошла бы неделя.

Он предположил, что это разрушило бы график Кина.

И, вероятно, Гримсби был бы уволен в придачу.

— Вудж — сказал он, осматривая крышку люка — У нас не весь день в запасе. Ты уверен, что это правильно?

Вудж закатил глаза.

— Как насчет того, чтобы наполовину колдун доверился Вуджу в своих делах, а наполовину колдун Вуджу в своих делах?

Гримсби пожал плечами.

— Вполне справедливо.

— Сейчас — Вудж указал длинным, обтянутым ватой пальцем на люк — Откройся.

Гримсби удержался от резкого ответа и вместо этого опустился на колени, чтобы нащупать опору за краем крышки, но она оказалась слишком плотно прилегающей.

— Палки и камни — пробормотал он, выругавшись, прежде чем призвать на помощь свой Импульс. Он почувствовал, как ему стало тепло, словно в животе у него было полно углей. Он протянул правую руку, свою здоровую руку, и прижал большой палец к поверхности обложки. После недолгого сосредоточения кончик его большого пальца засветился голубым, и, когда он поднял его, на поверхности камня осталась маленькая руна. Затем он повторил этот процесс в нескольких футах от крышки.

Закрепив обе половинки веревки на месте, он поднял руку и крикнул:

—Свяжи.

Голубая нить света появилась между двумя рунами. Камень коротко заскрежетал, но не сдвинулся с места. Он нахмурился, вложил в заклинание больше силы и снова позвал.

— Свяжи!

Трос стал толще и натянулся сильнее, и на этот раз крышка в форме диска сорвалась, громко хрустнув о булыжную мостовую.

На её месте образовалась темная яма без видимого дна.

Гримсби нервно посмотрел на нее, прежде чем повернуться к Вуджу.

— Я не уверен насчет...

Прежде чем он успел договорить, мимо него пробежал Вудж и, без колебаний нырнув в темноту, исчез внизу.

Гримсби глубоко вздохнул.

— Да. Это подтверждается.

Он подошел, сел на край ямы и опустил в нее ногу, пытаясь нащупать дно. До него было не дотянуться. Он оперся на локти и соскользнул еще ниже, пока его ноги не оказались внизу.

Дна по-прежнему не было.

Он покачал головой.

— Доверься Вуджу в том, что касается Вуджа — пробормотал он себе под нос.

Затем он позволил себе упасть.

Спускаясь, он едва сдерживался, чтобы не закричать. Единственным источником света был быстро уменьшающийся красный круг над головой, за которым виднелось небо в другом месте.

Через несколько мгновений он стал слишком мал, чтобы его можно было разглядеть.

И все же Гримсби падал.

У него мелькнула мысль, что, возможно, Вудж все-таки не простил его. А может, он просто решил обмануть Гримсби, заставить его прыгнуть в бездонную пропасть и падать вечно.

Или, возможно, она не была бездонной, и земля внизу вскоре должна была стать полотном, на котором Гримсби изобразил первую и последнюю попытку импрессионизма.

И как раз в этот момент он почувствовал, что его спина скользит по твердому, гладкому камню.

Затем камень начал смещаться, постепенно снижаясь, пока не подхватил его. Он почувствовал, что инерция его падения начала уменьшаться, становясь все менее и менее вертикальной и все более горизонтальной. Внезапно ему показалось, что он катится вниз по каменной осыпи в кромешной тьме.

Наконец, он начал замедляться. Как раз в тот момент, когда он собирался остановиться, скольжение сменилось лестницей, и он почувствовал, что скатывается вниз примерно на дюжину ступенек, прежде чем ему удалось остановиться, весь в синяках и ссадинах.

Это было лучше, чем быть размазанным по земле, хотя и ненамного.

— Гаджи, это отстой — простонал он в темноту.

— Полудурки, отстой! — последовал ответ Вуджа.

Гримсби посмотрел в сторону источника голоса.

— Какой у тебя острый язык — пробормотал он. Он попытался сесть, все еще ничего не видя. Он полез в карман за чем-то, надеясь, что не потерял это из-за падения.

К счастью, он обнаружил, что в кармане у него все еще полно мелочи.

Он достал два пенни, или, по крайней мере, на ощупь они казались монетками и держал их перед собой, по одному в каждой руке. Он чувствовал на своей коже мягкое тепло от их поверхности, как от пламени невидимой свечи.

Он поднес монетки близко друг к другу и призвал частичку Энергии, вдавливая её в каждое из заклинаний, которые он вырезал на гранях монеток.

— Свяжи — прошептал он.

Внезапно между ними появилась светящаяся голубая нить света, проскользнув сквозь его пальцы, соединила обе руны и мягко потянула за каждую из них. Сил едва хватило, чтобы он заметил.