Чтение онлайн

Кончики губ рыцаря презрительно дрогнули.

— Еще бы, эти болваны так старательно шумели, делая вид, что ничего не боятся, что их притворство буквально бросалось в глаза. Думаю даже самый тупой понял, что это показуха.

— И тем не менее улицы пусты, — заметил я. — Значит какое-то влияние эта «показуха» оказала, иначе бродяги и отщепенцы прямо сейчас сбивались бы уже в шайки, готовясь к ночным «развлечениям».

— Дайте время, они еще успеют взять свое, — непонятно ответил Сорен и вдруг резко остановился.

Я выглянул из-за плеча воина, и не сдержавшись, ругнулся.

— Проклятье.

Похоже слова о прорыве в порт все же придется приводить в действие. Впереди на развилке дорог, аккурат между нескольких каменных зданий, выполненных в типично средневековом стиле из грубой кладки и с покатыми черепичными крышами, находилась самая настоящая баррикада, выстроенная из деревянных бочек и парочки вполне себе на вид крепких телег.

Сначала показалось, что это местные обитатели зачем-то соорудили преграду, перегородив путь, но затем стало понятно, что это работа самых что ни на есть настоящих представителей властей — за баррикадой мелькали кольчуги и шлемы городской стражи.

— Какого демона им тут надо? — не понял рыцарь.

Я неопределенно пожал плечами, действия стражников выглядели и правда странно. Район, по которому мы проходили, явно не то место, которое солдаты будут в первую очередь защищать. Не самые окраины, где живет беднота, но и не центр с зажиточными кварталами. Так, середнячок, где жители привыкли полагаться только на себя.

— Может местные сбросились и купили защиту? — предположил я. — Кто-то из офицеров вполне мог подзаработать и отправить пару отрядов, поделившись с начальством частью «добровольных пожертвований» от «благодарных горожан».

Рыцарь хмыкнул на такое витиеватое объяснение банального подкупа, заметил:

— В любом случае, нам здесь не пройти. Наверняка задержат и попытаются выяснить почему мы гуляем по безлюдным улицам, когда остальные сидят по домам.

— Полагаю не только мы сейчас шляемся по городу, просто нам повезло пока не встретить таких же, как мы, — заметил я, обдумывая ситуацию.

То, что к импровизированному блокпосту лучше не соваться понятно. Если бы вместо стражников там стояли уголовники, решившие пограбить случайных прохожих, можно было бы снести баррикаду, спокойно перебив всех за ней. Но начинать открытую войну с законными представителями властей откровенно не хотелось. По крайней мере не при таких обстоятельствах. Кто знает, вдруг в будущем нас вновь занесет в Халь-Стаад.

Похоже об этом же подумал Сорен, не имевший ничего против истребления криминалитета, но старавшийся без нужды не трогать официальные должностные лица, особенно из числа сил правопорядка. Конечно, если придется, рыцарь и стражников порубит в фарш, но если только ему не оставят другого выхода. До этого, столкновение лучше избегать.

Примерно в таком же ключе размышлял и я, прикидывая варианты. Затем махнул рукой.

— Бездна с ними, пусть живут, пошли поищем обход.

Устраивать кровавое побоище, если можно найти другой путь, неразумно. К тому же, кроме нескольких минут, мы ничего не выиграем. Вот если бы от этого зависела жизнь, то без колебаний положили бы всех с парочкой зданий в придачу.

Воин кивнул, и мы повернули направо, выходя на параллельную улицу. Однако причудливая застройка сыграла с нами злую шутку. Как мы не старились, вновь выйти на дорогу, ведущую к портовым районам, почему-то не получалось.

— Похоже ублюдки прекрасно знали об этом и не случайно встали именно на том перекрестке, перекрыв единственный путь в порт. Чтобы их обойти, придется возвращаться далеко назад и искать другую дорогу, — заметил Сорен спустя какое-то время.

Я кивнул и развил мысль дальше:

— И скорее всего там тоже будет такой же блокпост, и еще одна линия оцепления у пристаней. Власти не хотят, чтобы без их разрешения кто-то покидал город.

Все это напоминало большую ловушку. Вряд ли настроенную на нас, скорее всего связанную с местными разборками среди городской верхушки, но от этого не менее неудобную.

— Что будем делать? — рыцарь ожидающе уставился на меня, показывая, что готов поддержать любое решение.

Подумав, я пожал плечами.

— Как я и сказал ранее — будем прорываться в порт, даже если для этого придется положить несколько олухов из числа городской стражи.

Сорен кивнул, словно и не ожидал услышать от колдуна ничего другого. Рука рыцаря уверенно легла на рукоять меча. Не сговариваясь, мы развернулись и направились в сторону оставленного перекрестка, где находился перекрывающий дорогу к порту блокпост.

12.

— Что за… — слова рыцаря застряли в горле, глаза расширились, лицо приняло озадаченное выражение, щедро приправленное недоумением.

И я полностью разделял эти чувства, изумленно разглядывая разгромленный перекресток, где еще совсем недавно находился блокпост. Телеги перевернуты, бочки разбиты, обломки горят, повсюду разбросаны тела в доспехах городской стражи и другие — незнакомые, в типичных для наемников железной броне.

Над местом сражения в небо лениво поднимался сизый дымок. Слышался плач, женский голос умолял не трогать детей, второй — мужской вторил, что-то неразборчиво бормоча, кажется предлагая деньги, чтобы их отпустили.

— Справа, — указал внимательный Сорен, кивая за одну из опрокинутых телег, раньше выполнявших роль основы для баррикады.

Мой взгляд метнулся в указанном направлении и разглядел, как к сидящим на выложенной брусчатке мостовой людям, похожим на семью, подходят выжившие в стычке стражники. Их двое, на одном лычки сержанта, второй рядовой, лица обоих перекошены от злобы, руки сжимают мечи. В намерениях нет сомнений, собираются довершить начатое, либо выполняя приказ, либо мстя за погибших товарищей.

Сидящий на земле низенький толстячок богато одет, но совершенно не похож на воина, он растерян, в глазах страх, но стоит отдать должное — храбро выдвинулся вперед, пытаясь закрыть телом супругу. Дородная матрона крепко обнимает двух детей, плачет, что-то шепчет, одновременно обращается к подступающим убийцам, умоляя пощадить.

Слева слышится скрежет, рыцарь тянет из ножен меч, намереваясь помещать предстоящей расправе. Я делаю успокаивающий жест и тут же плавным жестом выбрасываю руку вперед.

Перед мысленным взором загорается Сумеречный Круг, символ «Пламени» вспыхивает и гаснет. С кончиком пальцев срывается сгусток энергии на лету превращаясь в шар колдовского огня. Призрачно-лилового, крутящегося и переливающегося, способного за доли секунды сжечь человека, облаченного в полный доспех.

Так и происходит. Бледное пламя охватывает фигуру с клинком, последний уже поднят и готов обрушиться на зажмурившегося толстяка. Но ситуация мгновенно меняется, из горла загоревшегося вырывается дикий вопль: