Чтение онлайн

— Было бы неплохо, — пробормотал он.

— Будет, — заверил я, на секунду задумался, покосился на воина и неожиданно добавил: — Кстати, можно рассчитывать не только на зачарованную броню, но и на то, что в морской пучен не утонет.

Прозвучало непонятно, но что-то уловив Сорен насторожился.

— О чем вы?

— О силе, выносливости и ловкости, разумеется.

На мгновение воин недоуменно нахмурился, затем его лицо выразило скепсис.

— Разгоняющие характеристики алхимические эликсиры? Они действуют короткий промежуток времени. Иногда использовать их можно, но я слышал, что некоторые потом оставляют негативный пост-эффект, вплоть до потери прежних физических кондиций. Если этой дрянью злоупотреблять, то можно превратиться в калеку.

— Ну во-первых, есть качественные зелья, которые не дают негативных эффектов. А во-вторых, некоторые эликсиры после длительного применения закрепляют изменения навсегда. Но я не об этом.

— А о чем? — Сорен нахмурился, кажется, догадываясь что услышит в ответ.

Я усмехнулся.

— О магических ритуалах, конечно. Есть ритуалы, специально направленные на укрепление физической оболочки. Это трудный и затратный процесс, но результат того стоит, — заверил я, собрался продолжить, но был прерван появившимся матросом, тащившим на квартердек деревянный поднос с обещанной жаренной рыбой.

15.

— Живей!

— Взяли!

— Выше!

— Вместе!

— Правей!

— Осторожней, бездна вас побери!

— Эй, смотри куда дергаешь!

— Да уберите уже эти корзины с верхней палубы!

— Ящик, сначала ящик! На подходе еще несколько!

Шла погрузка припасов, «Упрямый Грешник» напоминал встревоженный муравейник, матросы суетились, поднимая с подошедших шлюпок мешки, ящики, бочонки и корзины.

Некоторые ящики дергались и издавали хрюканье. Через прутья парочки закрытых сверху корзин тянулись гусиные шеи, возмущенно гогоча из-за бесцеремонного обращения с собственной персоной.

— Зажаренный на вертеле поросенок под вином и с золотистой корочкой — просто сказка, — мечтательно протянул Сорен, разглядывая издававшие хрюканье и визг плотно сколоченные продолговатые ящички, и признался: — Не думал, что капитан возьмет такие припасы. Когда он говорил о пополнении продовольствия, я ожидал чего-то другого, более простого и удобного в перевозке, особенно во время плавания.

Я равнодушно пожал плечами.

— Просто, капитан понимает, насколько опасным может оказаться путешествие и решил не отказывать себе в удовольствиях. Южный Бисер, пираты, Дикое море, которое не зря называют «диким» — все это заставляет относится к предстоящему походу с определенной долей опаски. Он это знает и не хочет давиться надоевшей солониной в последние дни жизни, если вдруг что-то пойдет не так.

Необычный подход заставил рыцаря на мгновение задуматься, взглянув на ситуацию с другой стороны. Последовала долгая пауза, затем по лицу воина скользнула усмешка.

— Может вы и правы, я бы тоже не хотел, чтобы последнее, что я ел в жизни, оказалась дрянь из провонявшей рыбой и солью бочки.

— Полагаю этого никто не хочет, — рассеяно откликнулся я, разглядывая лежащий за бортом город.

Опускались вечерние сумерки и многие здания уже обзавелись огоньками, издалека напоминая рассыпь углей. «Упрямый Грешник» не стал подходить к причалу, встав на рейде в заливе, поэтому погрузка осуществлялась при помощи шлюпок, курсирующих между портом и кораблем уже пару-тройку часов. Пассажиры покинули борт еще раньше, сразу, как вольный торговец бросил якорь.

Капитан предупредил, что не планирует задерживаться и приказал начать погрузку припасов сразу, как освободился трюм. Затем команда получит короткую увольнительную, а с утренним отливом «Грешник» уходит дальше, и кто не успеет подняться на борт, останется здесь навсегда.

Лично меня полностью устраивал подобный план, я даже не стал сходить на берег и Сорену приказал этого не делать. Рыцарь остался недоволен, но подчинился, доверяя интуиции колдуна. А последняя и правда почему-то испытывала беспокойство, заставляя относится к вынужденной остановке в порту с настороженностью.

Понятия не имею, что меня напрягло, но лучше доверять встрепенувшемуся чутью и не отдохнуть лишний раз в трактире, чем потом суетиться, пытаясь выпутаться из внезапно свалившихся на голову проблем. Которые, как подсказывал опыт, обязательно приходят в самый неподходящий момент.

— Осторожней с бочонками! Внутри дорогое вино!

— Да не бросай ты их, а кати! Ты что кретин? Не видишь, что их можно перекатывать?!

Приемкой груза руководил кок, личность на борту любого корабля практически незаменимая. Простого матроса найти легко, а попробуй умелого повара, который согласится болтаться в море, да еще готовя из того, что «осталось». Умелых коков ценили, им больше платили, но ни один член команды против этого не возражал, отлично понимая, что часто в плаванье единственным развлечением становилась хорошо приготовленная еда.

— Нас ждет какой-то особенный ужин? — светским тоном осведомился я у подошедшего капитана.

Хафф на секунду задумался, быстрый взгляд скользнул по суматохе погрузки, отрицательно качнул головой.

— Если вы про свежую готовку, то нет, продукты лучше сберечь до лучших времен, — последовала короткая пауза, затем уточнение: — Но я приказал привезти с берега готовый ужин. Есть одна таверна, там потрясающе готовят гуся, и вино у них что надо, надеюсь вам понравится.

Я кивнул, признавая логичность решения. Пусть блюда будут остывшими, зато не придется тратить припасы корабля.

Как и мы, капитан собирался остаться на борту вместе с вахтенными, присмотреть за кораблем, и вообще проконтролировать, что все будет готово к отплытию. Так по крайней мере он объяснил. Не знаю, имелись ли другие причины не покидать «Упрямого Грешника», но они точно не были связано с нами, а скорее относились к городу, на который Хафф то и дело поглядывал с беспокойством.

Судя по всему, будь его воля, он бы и остальных членов команды никуда не отпускал, но тогда матросы могли взбунтоваться. Сход на берег в порту был священным правом, которое не мог нарушить даже капитан. Экипажи вольных торговцев формировались из определенной публики, здесь не было такой дисциплины, как на военных судах, где команду вполне могли запереть в трюме, не выпуская на сушу. Но с обычными моряками такой фокус не пройдет, так можно докомандоваться и до открытого бунта.

— Вас что-то беспокоит, капитан? — спросил я, заметив еще один тревожный взгляд, который Хафф бросил в направлении огоньков города.

Капитан «Упрямого Грешника» и по совместительству его полный владелец, покосился на тьму наброшенного на мою голову капюшона, скрывающего верхнюю половину лица, помедлил.

— Вы же маг, так? — спросил Хафф.

Он не был дураком и легко сложил два и два: разнесенную в хлам улицу перед отплытием и в последний миг заскочивших на борт припозднившихся пассажиров. К тому же видел, что несмотря на то, что договаривался о найме корабля плечистый рубака, в паре командовал его спутник, предпочитавший закрытый плащ.

— Верно, — неспешно проронил я, помедлил: — Это имеет значение?

Капитан «Грешника» пожал плечами.

— Я к тому, что у вас наверняка повышенная чувствительность или нечто подобное. Вы не замечаете, что с городом что-то не так? — он кивнул на россыпь огней на берегу. — Словно над ним сгустилось напряжение?

Еще одно предчувствие? Только теперь от просаленного морскими ветрами опытного моряка, по роду деятельности вынужденного ходить между жизнью и смертью? Как правило такие люди начинали чувствовать надвигающуюся угрозу.