Чтение онлайн

Дорненцвергъ взвалилъ на меня окончаніе вс?хъ старыхъ д?лъ и отчетовъ, но при этомъ не далъ мн? въ помощь ни одного писца, даже не отвелъ м?ста для занятій. Я при головоломной и запутанной работ?, продолжавшейся нер?дко шестнадцать часовъ въ сутки, не им?лъ ни отд?льной комнаты, ни стула. Стоя на ногахъ у низкой конторки, въ темномъ углу мрачной конуры, оглашавшейся говоромъ и шумомъ суетящагося люда, я долженъ былъ ежеминутно нагибаться до пола, и поднимать десятки тяжелыхъ, безграмотныхъ, безсмысленныхъ книгъ, составлявшихъ основу моей египетской работы.

Я безропотно переносилъ все въ продолженіи н?сколькихъ м?сяцевъ, пока привелъ въ порядокъ д?ла. Зат?мъ, почувствовавъ свое значеніе и полезность, я явился къ откупщику и см?л?е обыкновеннаго заговорилъ.

— Прошу васъ сказать ма? прямо, довольны ли вы мною? спросилъ я — ожидаете ли вы пользы отъ моего труда?

— Вы просьбу какую-нибудь им?ете ко мн?? спросилъ въ свою очередь принципалъ уклончиво-ласково.

— Вы угадали.

— Если вы хотите хлопотать о прибавк? жалованья, то знайте, что хотя вы и св?дущи въ своемъ д?л?, но еще ничего такого не сд?лали, чтобы им?ть право…

— Я прибавки просить не нам?ренъ.

— Въ такомъ случа?… да, я вами очень доволенъ, польстилъ меня откупщикъ.

— Если такъ, то избавьте меня отъ вліянія Дорненцверга; я его обращенія переносить не могу. Я знаю, моя просьба слишкомъ см?ла. Если она не можетъ быть удовлетворена, то прикажите уволить меня.

Къ удивленію, см?лость моя понравилась. Откупщикъ распросилъ меня, въ чемъ д?ло, я ему откровенно разсказалъ все.

— Я переговорю съ Дорненцвергомъ. Пришлите его сюда!

Между откупщикомъ и его уполномоченнымъ произошла бурная сцена. Возвратившись чрезъ часъ къ себ?, Дорненцвергъ былъ бл?дн?е обыкновеннаго, губы его были покрыты синевой, голосъ дрожалъ отъ кип?вшей въ груди ярости. Онъ ядовито посмотр?лъ на меня, но ничего не сказалъ.

На другое утро сб?жались вс? эскулапы города къ забол?вшему извергу. Тота день былъ великимъ праздникомъ въ Плутоновомъ царств?: запахло сырымъ, челов?ческимъ мясомъ…

Благодаря вниманію принципала, мн? дали и помощниковъ и канцелярскихъ, отвели сносное пом?щеніе и не см?ли систематически мучить, какъ прежде. Я ввелъ челов?ческіе порядки въ моемъ отд?леніи. Съ семи часовъ утра закипала работа; трудились, не разгибая спины, до трехъ часовъ по полудни; зат?мъ канцелярія запиралась и труженики распускались до другаго дня. Возставалъ, протестовалъ Дорненцвергъ противъ моего неслыханнаго самоволія, но ему ничто не помогало.

Съ трехъ часовъ, за исключеніемъ экстренныхъ случаевъ, я былъ свободенъ и независимъ въ то время, какъ другіе мои сослуживцы продолжали сид?ть по ночамъ, дожидаясь разр?шенія Дорненцверга на отпускъ домой. У меня оставалось много свободнаго времени, чтобы пользоваться жизнью. Прошу однакожъ не понимать этого выраженія въ его прямомъ смысл?. Жить, что называется, было не начто. Чтобы дожить длинный м?сяцъ до конца, приходилось нер?дко отправлять свою единственную полдюжину серебрянныхъ ложекъ къ ростовщику, на временное пребываніе. Считая чужія сотни тысячь, я у себя не могъ насчитать запасныхъ коп?екъ. Но все-таки я жилъ съ сознаніемъ н?которой свободы, я не работалъ какъ животное для одного только корма. Въ это свободное время я много читалъ и работалъ для собственнаго саморазвитія. Я освоился съ н?мецкимъ языкомъ, его беллетристической и популярно-научной литературой и утопалъ въ блаженств?, окунувшись въ этотъ живительный источникъ мысли. Я сошелся съ старикомъ полякомъ, другомъ великаго Ленинскаго, посвятившимъ всю свою пеструю, романическую жизнь любви и музык?. Онъ полюбилъ меня какъ роднаго, и безвозмездно занялся моимъ музыкальнымъ образованіемъ.

Съ перваго дня службы у сына, я сд?лался почти общимъ другомъ моихъ многочисленныхъ сослуживцевъ. Во мн? признали характеръ, силу воли и степень образованія, которую б?дные, забитые люди чрезъ чуръ преувеличивали. Особенное удивленіе и изумленіе возбудилъ я къ себ?, выйдя поб?дителемъ изъ неравной борьбы съ мнимымъ Голіа?омъ, Дорненцвергомъ. Вокругъ меня сплотилась партія униженныхъ и оскорбленныхъ. Ко мн? приб?гали за сов?томъ. Я часто ходатайствовалъ у откупщика за другихъ и р?дко получалъ отказъ. Часто, по вечерамъ, собирались ко мн? пріятели и, за чашкою бл?днаго чая, или за горшкомъ варенаго картофеля, мы бес?довали далеко за полночь.

Горожане евреи, считая меня еретикомъ и вольнодумцемъ, не мен?е того уважали. Я никому никогда не отказывалъ въ услуг?, въ безплатномъ написаніи прошеyія по титул? и безъ титула, ходатайствовалъ въ полиціи (гд? им?лъ н?которое значеніе, благодаря откупу) за евреевъ, ст?сняемыхъ произволомъ мелкой власти. Еврейскіе купцы, им?вшіе д?ла съ откупомъ, обращались ко мн? съ слезными молепіями спасти ихъ отъ придирокъ и грабительскихъ начетовъ Дорненцверга. Я старался быть имъ полезнымъ насколько хватало силы и вліянія.

Меня вс? почти хвалили и уважали, пока я б?дствовалъ и нищенствовалъ, но впосл?дствіи, какъ только мн? повезло н?сколько въ жизни, на меня накинулась ц?лая свора негодяевъ, безбожно меня обиравшихъ, но въ тоже время осуждавшихъ, порицавшихъ и копавшихъ яму подъ моими ногами. Враги выростами кругомъ меня какъ грибы, и преимущественно изъ т?хъ, которымъ я оказалъ бол?е или мен?е важныя услуги…

Однажды, является ко мн? на домъ знакомый купецъ еврей.

— Помогите мн? спастись отъ несчастія и банкрутства.

— Въ чемъ д?ло?

— Я поставлялъ въ… большую партію спирта, на своихъ фурахъ. Это было прошлою осенью. Грязь была невылазная, соломы и с?на, по случаю неурожая, по дорог? не оказывалось, или продавалось на в?съ серебра. Волы передохли. Бочки со спиртомъ лежали разбросанныя по дорогамъ, въ различныхъ пунктахъ, долгое время. Я собралъ посл?днее, что у меня было, вл?зъ въ неоплатные долги, но окончилъ поставку. Въ бочкахъ оказались большія недостачи; н?которыя совс?мъ лопнули. Д?ло дошло наконецъ до расчета. Я долженъ получить н?сколько тысячь руб., но Дорненцвергъ не только не платитъ, но еще съ меня требуетъ какихъ то пятнадцать тысячъ руб., угрожая искомъ.

— На какомъ же это основаніи?

— За неявку спирта, онъ считаетъ не по стоимости продукта, а по т?мъ ц?намъ, по которымъ продаютъ его въ откуп?. Вы знаете в?дь, какія это ц?ны. И это бы еще не б?да: Дорненцвергъ насчиталъ на меня штрафы и неустойки, за несвоевременную доставку спирта на м?сто, какъ будто я виноватъ въ томъ, что Богу угодно было наслать на насъ голодъ и слякоть.

— А въ контракт? что сказано?

— Разв? я знаю, что они тамъ въ контракт? написали? — я почти безграмотенъ. Им?я д?ла съ своимъ братомъ-евреемъ, могъ-ли я допустить, что меня захотятъ ограбить?

— Попробую, но об?щать не могу…

— Побойтесь Бога, помогите, я вамъ уже пару серебрянныхъ подсв?чниковъ…

Взятка была въ ходу и въ откупной сфер?.

— Къ моему убогому хозяйству, какъ видите, серебрянные подсв?чники будутъ не совс?мъ кстати. Оставьте ихъ у себя. Постараюсь за словесное «спасибо».

Я отыскалъ контрактъ и счеты этого несчастнаго поставщика. Миновавъ Дорненцверга, я обратился прямо къ принципалу.

— Необходимо покончить эти счеты, чтобы занести ихъ въ гроссбухъ, доложилъ я.