Чтение онлайн

Верные товарищу Вощинкину милицейские генералы тоже сопротивлялись, как умели. Каждый день они проживали словно последний и потому, как правило, забывали о том, что творили и говорили накануне. У гром следующего дня заместитель начальника Главного управления внутренних дел по Ленинграду и Ленобласти генерал Александр Ми-хай тов не стал ждать, когда волшебные чары водки перестанут действовать на его немолодой организм, и в 10.00 по московскому времени позвонил по телефону заместителю председателя Ленсовета Игорю Кучеренко. Из того, что от членоразделилось в речи генерала Михайлова, господин Кучеренко услышал обещание вывести на улицу 15 тысяч милиционеров и блокировать работу Ленсовета. В 12 часов из следующего звонка. Александра Михайлова господину Кучеренко удалось разобрать только: «Выведу, б…дь, 25 тысяч милиционеров и всех вас там на х…».

Ситуация становилась опасной. Еще немного, и генерал в своих угрозах наказать депутатов утроил бы весь личный состав ГУВД. Чтобы не попустительствовать генеральским «болезням» и не усугублять их, пришлось ленсоветевцам экстренными телеграммами и звонками в Москву открыть руководству МВД глаза на истинный диагноз первых лиц городской милиции. Вечером в Петербурге появился новый начальник Главного управления внутренних дел.

Я видел диктора в погонах. Реально, сидело в кадре это животное и вешало на телевизионную аудиторию по бумажке. Выражение лица трусливо-затравленное, словно застали его за чем-то очень непристойным, неприличным. Животное было завезено на советских танках в телецентр литовской столицы в январе 1991 года и несколько месяцев жило и кормилось прямо в студии. Под видом новостей оно читало прокламации оккупационных властей и всякие агитки. Мне понравилось, как это существо интерпретировало Обращение питерского парламента (Ленсовета) в поддержку независимости Балтии: «Ленсоветас антисоветсках истерикас, Ленсоветас антикоммунистас шабашис!»

Не отставало и Центральное телевидение Советского Союза. Промывала мозги остальному населению империи: «Сегодня в Вильнюсе были избиты наши корреспонденты. Их били по национальным признакам».

Жаль только, не уточнил товарищ Фесуненко (комментатор программы «Время» на ЦТ), по каким же все-таки «национальным признакам» били его коллег — по первичным или по вторичным?

19 августа 1991 года

6 часов утра. Междугородный телефонный звонок. Голос из трубки: «Вас Иссык-Куль вызывает. Соединяю». Далее слышна речь взволнованной Сони Васильевой (петербургской журналистки, гостившей в тех краях с младшим сыном Митей):

— Русик, у нас тут объявили, что у вас там Горбачева свергли и на его место Янаева поставили. Все передачи по телеканалам отменены, балеты показывают…

Таким образом весть о ГКЧП достигла Петербурга.

— Маман, вставай, Горбачева сняли, готовь завтрак, в стране переворот!

— А чего так рано-то сняли? — недовольно ворчит мама и отправляется на кухню.

На основных телеканалах новостей еще никаких, радио крутит концерты классической музыки. Все разбуженные друзья недоумевают, им кажется это невероятным. Вместе с Маргаритой Доброхотовой из «Мемориала» и Эллой Поляковой (известной правозащитницей и создателем организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга») делим между собой на три части список из четырехсот депутатов Ленсовета (первого демократического парламента Санкт-Петербурга) и начинаем экстренный обзвон городских законодателей, информируем их о происходящих событиях и предлагаем незамедлительно прибыть в Мариинский дворец. К тому моменту по питерскому ТВ уже читает указы ГКЧП командующий Ленинградским военнькм округом генерал Самсонов. Ему плохо даются склонения и спряжения. Диктор Ольга Березкина пытается исправить ситуацию, выхватывает из генеральских рук листки с указами путчистов и дочитывает их сама, особо акцентируя внимание публики на запрете каких-либо собрании, митингов и концертов со спектаклями. Товарищу Самсонову остается дополнить, что депутатам Ленсовета тоже не следует проводить свои заседания.

Трехцветных бело-сине-красных флагов в Петербурге в те стародавние времена было немного. И старейший из них находился в моем распоряжении. Взяв его с собой, выхожу на Московский проспект возле метро «Электросила» и пешком направляюсь в сторону центра, к офису движения «Демократическая Россия» на Измайловском проспекте. Навстречу, к аэропорту Пулково, на бешеной скорости несутся невиданные доселе, диковинные дорогие автомобили, пассажиры которых сочувственно машут мне руками, но предпочитают не присоединяться к сопротивлению наступающей хунте, а лететь отсюда как можно быстрее и желательно подальше. Мой развевающийся на ветру флаг дает им надежду на возможное возвращение, но слабую, незначительную.

В «ДемРоссии» народ еще отсутствует, зато типография напротив уже оцеплена милицией (как того потребовало ГКЧП). На Исаакиевской площади перед Мариинским дворцом (резиденцией Ленсовета) публика пока отсутствует. Древко с трехцветным флагом замечательно стыкуется с флагштоком над входом в парламент, и спешащим сюда людям сразу становится очевидно, что здесь и есть центр сопротивления гэкачепистам, что Ленсовет не сдается и будет бороться.

В 10 утра удалось собрать кворумное заседание президиума городского парламента. Спикер Александр Беляев еще в пути (государственный переворот застал его далеко на даче, в лесах Карельского перешейка). Поэтому открывает работу президиума председатель комиссии по экологии Игорь Артемьев. На трибуну взгромоздился адмирал Храмцов (командующий Ленинградским военным округом Самсонов назначил его членом местного государственного комитета чрезвычайного положения — ГКЧП, и делегировал в Мариинский дворец предупредить депутатов об их «незаконности»). Орденоносный адмирал зачитывает какой-то приказ и требует от присутствующих разойтись. Пока Храмцов увлеченно повелевал «от имени и по поручению», депутат Ленсовета Виталий Сколбеда уверенно приблизился к посланнику ГКЧП, хорошо поставленным голосом объявил его организатором государственного переворота и, заявив, что тот арестован, дач кулаком Храмцову по физиономии. Адмирал отлетел очень далеко. Пожалуй, это был решающий и сокрушительный удар по ГКЧП в Санкт-Петербурге. Храмцов бежал из Мариинского дворца и больше нигде не засвечивался в противоправных действиях путчистов, сказавшись тяжелобольным.

К тому часу старейший триколор Санкт-Петербурга перекочевал от входа в Ленсовет к открытому окну кабинета зампреда Ленгорисполкома Анатолия Чубайса. С подоконника офиса Анатолия Борисовича, уже перед многотысячной аудиторией собравшейся на Исаакиевской площади, выступают лидеры общественного мнения, бывшие диссиденты, журналисты, писатели, политики-демократы.

Со всего города к Ленсовету подтягиваются защитники демократии. Например, звонит директор Завода турбинных лопаток:

— Мы хотим вам помочь и защитить свободу. Что от нас требуется?

— Трудно так сразу ответить, вы же турбинные лопатки производите…

— Да, но у нас есть противогазы по линии ГО и ЧС…

— А сколько их?

— Тысячи две или три.

— Присылайте прямо к входу в Мариинский дворец.

— Хорошо. Ящики загрузим, и «шаланда» приедет через два или три часа.

Из кафе «Старая деревня» (расположенного на улице Савушкина) трое суток подряд возят еду на Исаакиевскую площадь и бесплатно кормят вкуснейшими блинами десятки тысяч людей. Народ сооружает баррикады на ближних и дальних подступах. Две пожилые дамы притаскивают из сквера на Конногвардейском бульваре скамейку и ставят ее поперек проезжей части, возле Исаакиевского собора. Они садятся на скамейку, кладут на нее радиоприемник с прямой трансляцией радио «Балтика» и «Открытый город», достают клубки с нитками, спицы и вяжут свитера для молодежи, которая живой стеной перекрывает те участки возле Ленсовета, что наиболее уязвимы при нападении гэкачепистов.

Ближе к полудню 19 августа Петербург облетает информация о политической позиции городской милиции и ее руководства — они поддерживают демократию и подкрепляют намерение защищать граждан от вторжения войск и государственного переворота делом. Три дня в истории Санкт-Петербурга милиция держит сторону народа, находится вместе с народом и защищает народ. Патрульно-постовые машины ездят по улицам и через громкоговорители зачитывают обращения к гражданам президента Ельцина, призывы Мстислава Ростроповича и Олега Басилашвили… Сотрудники ГАИ из Ленобласти дают свежую информацию о перемещении в сторону Петербурга войск и местах временной дислокации армейских подразделений. Начальник ГУВД Аркадий Крамарев входит в ленсоветовский штаб по противодействию государственному перевороту вместе с известными демократами Александром Щелкановым, Александром Беляевым и Мариной Салье.