ЖАНРЫ

Записки одиноких сердец, или Дневник красной туфельки
Шрифт:

Клейтон усмехнулся, а потом произнес всё тем же тоном:

– Неужели это были нотки ревности в твоём голосе?

– Нет.

– Да.

– Нет!!!

– Да-да, Блейк.

– Да, - созналась она.
– Именно так. Я ревную.

Молчание в трубке стало ответом на её признание, но Миранда вопреки всему решила перестать бояться и сказать всё, что думает. Не скрываясь, как делала прежде. Не размениваясь по мелочам. Не гонясь за сомнительными ценностями.

– Тебе не кажется, что это не телефонный разговор?

Брент, как всегда, умудрился весь настрой девушке испортить. Она только открыла рот, чтобы рассказать ему о своих чувствах, а он даже слова произнести не дал.

– Я согласна с тобой, - произнесла она.
– Но боюсь, что, оказавшись лицом к лицу с тобой, я не смогу сказать всё, что хочу. Мне кажется, ты будешь надо мной смеяться. Или хуже того скажешь, что у нас ничего не может быть.

– Мисс Блейк, с каких пор ты стала ходячим комплексом?
– иронично поинтересовался Клейтон.

– Я всегда была такой.

– У тебя нет причин сомневаться в себе. Больше того, скажу тебе по секрету: ты для меня самая лучшая.

– Спасибо, - прошептала Миранда.

– Ты приедешь ко мне? Или мне приехать?

– Если тебе не трудно...

– Мне не трудно, - ответил Брент.
– Я готов мчаться за тобой на край света, если потребуется. А сейчас и этого не нужно. Ты намного ближе.

– Я буду ждать, - пообещала Блейк.

И, не имея возможности поцеловать Брента, прикоснулась губами к экрану мобильного телефона...

Брент появился на пороге её дома довольно быстро. Прошло чуть более получаса, но Миранде и этот промежуток времени показался вечностью. Они смотрели друг на друга всего несколько секунд. На губах Клейтона появилась улыбка, и Миранда, не думая о том, как сейчас будет выглядеть в его глазах, позволила себе сделать то, что уже давно хотела. Она решительно подошла к однокласснику, ухватила его за полы куртки, которую он так и не снял, притянула ближе к себе и прошептала тихо:

– Пока тебя не было рядом, я многое поняла. Это ужасно, - не иметь возможности видеть тебя и слышать твой голос. Я так привыкла к тому, что ты есть в моей жизни, что уже не представляю, как это - жить без тебя. Я капризная, я нерешительная, у меня множество тараканов в голове, я часто переживаю из-за своей внешности, я почти не умею готовить и иногда хожу по дому в пижаме. Ты и так это знаешь. Но видел всё это с позиции друга... Если ты станешь моим бой-френдом, твое отношение ко мне изменится, но только в какую сторону?

– Я буду любить тебя ещё больше, - ответил Клейтон.

– Не шутишь?

– Нет. Какие могут быть шутки?

– Я так боюсь...

– Чего ты боишься?

– Разрушить нашу дружбу, - призналась Миранда.
– Я боюсь, что однажды мы придем к выводу, что наш роман был ошибкой. А былую дружбу вернуть не сможем.

– Скажи честно, ты хочешь быть со мной?

– Да. А ты?

– Ты ещё спрашиваешь! Конечно, хочу. И, если мы оба этого хотим, у нас всё получится. Я уверен в этом. Ведь нет ничего невозможного. Я не отрицаю, что вначале может быть очень сложно, но мы же не опустим руки. Будем работать над отношениями?

– Будем, - улыбнулась Миранда.
– Знаешь, я хочу кое в чём признаться.

– В чём?

– Я ревновала тебя к Алексии.

– Меня? К Алексии?!

– Когда вы изображали пару, в начале учебного года.

– Но...

– Да, я этого не показывала, тем не менее, я, правда, ревновала. Вы очень хорошо играли свои роли. Я поверила...

– Но почему ты ничего не сказала?

– Я хотела, чтобы ты был счастлив.

– Господи, - произнес Брент обреченно.
– Мне кажется, или мы с тобой просто два идиота, которые стремились к одному, но делали совсем другое?

– Тебе не кажется, - усмехнулась Миранда.
– Мы, действительно, два идиота. Но мы же будем работать над ошибками?

– Будем.

– И начнем прямо сейчас. Ведь я так давно мечтаю повторить тот поцелуй. Помнишь?
– спросила Блейк.

– Помню, - тихо-тихо ответил Брент.

Миранда закрыла глаза и потому не видела лица одноклассника. Воротник его куртки она из рук не выпускала, будто боялась, что Клейтон сбежит. Пока она его держит, есть вероятность, что он будет рядом. И пусть это мгновение длится, как можно дольше. Пусть они всегда будут вдвоём...

Он поцеловал её. И окружающая действительность на время потеряла для Миранды значимость. Ничего не существовало, кроме Брента. Ничего и никого. Девушка всё же отпустила воротник куртки, обвила руками шею Клейтона, прижалась к нему, наслаждаясь тем, что он так близко. Настоящий герой её сказки, которого она долгое время не замечала. А, может, замечала, но боялась приблизиться к нему. Сократить дистанцию, как сейчас и позволить своей мечте осуществиться.

"Я всегда любила только его. Люблю. И буду любить. Пусть наши отношения станут самым настоящим новогодним чудом..."

Глава 13. Я объявляю вам войну.

– Хейворт, останься после урока. Нам нужно поговорить.

Слова прозвучали в тишине практически кабинета излишне громко. А Алексии показалось, что это даже не слова были, а пощечина. Настолько же оглушающе. Нельзя сказать, что неожиданно. Всю перемену Алексия места себе не находила, предчувствуя нечто подобное. Она понимала, что Кингстон не оставит всё так, как есть. Не сделает вид, будто на рождество ничего не произошло. Наверняка, оседлает любимого конька и начнет искать причины всех бед в Алексии, не оглядываясь на себя. Уж он-то найдёт, к чему придраться, и Хейворт не сможет возразить. Она всего-навсего ученица, и ей по статусу положено подчиняться учителю.

– Да, мистер Кингстон, - с трудом преодолев свой страх, ответила девушка.

Том сделал вид, что этого страха не заметил, хотя уголок рта дернулся в презрительной усмешке. Оторвавшись от созерцания бумаг, которые лежали на столе, Кингстон обвел класс придирчивым взглядом. Естественно, не смог отказать себе в удовольствии заглянуть в лицо Патрика. На несколько секунд их взгляды вновь схлестнулись в немом поединке. Уничтожающий взгляд Локруа без слов говорил: мальчишке всё известно. Для него не остались в тайне события сочельника. Наверняка, Алексия тогда сбежала к нему, и всё-всё рассказала в мельчайших деталях.

Вопреки ожиданиям Локруа отводить взгляд не торопился, глаза вниз не опускал. То есть, давал понять, что просто так не сдается. Он готов сражаться, если понадобится. И что-то подсказывало Кингстону, что соперник более чем достойный.

Локруа влюблён. Это было ясно любому, кто внимательнее присматривался к мальчишке. А уж Кингстону, наблюдавшему за Патриком ни день и ни два, подавно. Он научился без труда считывать эмоции ученика. И сейчас становилось понятно: Локруа в бешенстве. Желает уничтожить, но ничего не может предпринять. Его единственная спутница - бессильная злоба, ненависть, желание отомстить, уничтожить своего противника за то, что позволил прикоснуться к его девчонке.

Поделиться с друзьями: