Чтение онлайн

Я прищурился, сокращая расстояние между нами до опасного минимума. Моя тень полностью поглотила её, маленькую, но такую несломленную.

— А ты не думала, мой голос стал низким, вибрирующим от сдерживаемого напряжения, — что они, возможно, своих истинных учуяли? Что инстинкт воет внутри них, требуя забрать своё? Поэтому и зовут.

Я замолчал, жадно ловя её реакцию. Я вижу, как она тяжело сглотнула, как на мгновение дрогнули её губы — предательский знак того, что мои слова попали в цель. Но она быстро взяла себя в руки, и её ответ хлестнул меня не хуже крапивы.

— Если они учуяли их, то пусть и ведут себя как мужчины, она выделила это слово, словно сомневалась в нашей человечности.

— Пусть ухаживают как подобает, а не зовут девчонок под покровом ночи. Всем и так понятно, для чего это делается. Вы слишком долго были в лесах, Глава, кто знает, какие дикие мысли бродят в их головах и что вам вздумается сотворить.

Я зловеще, почти восхищенно усмехнулся. Эта женщина была невозможной. Любая другая на её месте уже сгорела бы от стыда, покраснела до корней волос от таких прямых намеков на мужские потребности.

Но она она смотрит мне прямо в глаза, называя вещи своими именами, и в этом было столько уверенности, что у меня внутри всё стянулось в тугой узел.

— Они тебя услышали, можешь не сомневаться, прорычал я, чувствуя, как мой волк внутри довольно скалится.

— Каждое твоё слово впечаталось им в память.

Она поморщиласьи снова дернула рукой.

— Уберите свою руку, Глава, потребовала она.

Я медленно разжал пальцы, сжимая свою челюсть.

Невозможная. Несгибаемая. Единственная женщина, с которой мне было настолько невыносимо сложно — и которую мне хотелось приручить больше всего на свете.

— Иди домой, и в следующий раз, наденься и думай, когда бежишь в логово зверя, бросил я ей, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, хотя в груди бушевал пожар.

— А со своими людьми я поговорю лично. Поверь, им мало не покажется.

Она вскинула голову, и её глаза, ставшие в лунном свете почти прозрачными, снова блеснули тем самым неукротимым огнем.

— Надеюсь, они поймут с первого раза, бросила она напоследок.

— И мне не придется приходить сюда снова, чтобы напоминать вам о правилах приличия.

С этими словами она резко развернулась. Она уходит — быстро, почти бегом, её силуэт тонул в тенях. Каждое её движение было пропитано гордостью и страхом, который она так отчаянно пыталась скрыть.

Мои кулаки сжались сами собой, кости хрустнули.

Развернувшись, я направился во двор. Каждый мой шаг буквально вколачивал гнев в землю, а в ушах всё еще звенел её дерзкий голос.

В груди ворочалось что-то тяжелое, темное — смесь уязвленной гордости и того странного, дикого возбуждения, которое она во мне пробудила. Отмахнулся от этих странных мыслей. В моей голове только одна, моя истинная.

Когда я ворвался во двор, воздух там, казалось, мгновенно сгустился. Моя стая подорвалась с мест как один. Звук отодвигаемых лавок и шорох одежды смолкли в ту же секунду. Они почуяли мой запах еще до того, как я переступил порог — запах ярости и чистой, концентрированной силы Альфы.

Майк стоял в центре, его лицо было непроницаемым. По одному его короткому кивку я понял: он уже всё им высказал.

Я медленно пошел вдоль строя, впиваясь взглядом в каждое лицо. В словах Мишель было слишком много правды, и эта правда жгла меня изнутри. Мои воины, моя элита, опустились до того, что их отчитывает девчонка?

— Слышали, что вам было сказано?! — мой голос был подобен первому раскату грома перед бурей.

Я перестал сдерживаться. Моя аура хлынула наружу невидимой, сокрушительной волной. Воздух задрожал, стал густым и едким. Мужчины, закаленные в боях, привыкшие смотреть смерти в лицо, синхронно склонили головы. Я вижу, как у самых молодых задрожали плечи под весом моей воли.

— Ждите своих истинных! — выкрикнул я, и этот звук отозвался в самых костях. Земля под моими сапогами, казалось, застонала, по ней пробежала едва заметная дрожь.

— Хватит пялиться на местных девчонок, будто вы голодное зверье, сорвавшееся с цепи! Вы воины или бродячие псы?! Поняли меня?!

Тишина была ответом, и она мне не понравилась.

— Не слышу! — взревел я, и в этот раз аура ударила по ним с такой силой, что некоторые пошатнулись. Это давление было почти физическим, оно выжимало воздух из легких, заставляя инстинкты вопить о подчинении.

— Да, Глава! — слаженным, хриплым хором отозвался двор.

— Не позорьте нашего главу, вклинился Майк, его голос звучал сурово, подкрепляя мои слова.

— Мишель права: девчонок не трогать. Каким бы сильным ни был зуд в крови, держите его при себе.

Я остановился, глядя на них сверху вниз, чувствуя, как внутри всё еще клокочет нерастраченная энергия.

— Кем мы будем выглядеть в глазах людей? — тише, но еще более зловеще продолжил я.

— Обычными захватчиками, которые не держат своего слова? Помните, кто вы. Помните, чья кровь течет в ваших жилах. Мы — стая, а не свора. Своих истинных встретите — сразу поймете, спутать невозможно. А до тех пор — держать себя в руках!

Я не стал дожидаться ответа. Последний раз, оглядев всех. Развернувшись, я широкими шагами вошел в дом, с грохотом захлопнув за собой тяжелую дверь.

Оказавшись в полумраке коридора, я привалился спиной к стене и закрыл глаза. Кулаки всё еще были сжаты до белизны в костяшках.

Перед глазами — то, как она смотрела на меня в лунном свете. Невозможная. Раздражающая. Слишком смелая. Ледышка чтоб тебя.

Мишель

Всё утро было пропитано привкусом вчерашней стычки. Каждое слово, каждый взгляд Вальтера, его горячее дыхание над моим лицом — всё это крутилось в голове так навязчиво.

Как они посмели? Как вообще додумались предложить такое, да еще и прикрываясь каким-то там инстинктом? Сглотнув ком в горле, я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

Я шла по тропинке, а перед глазами плыла пелена ярости и унижения. Рядом щебетала Аглая, её легкий голос звенел в ушах, но слова не доходили до сознания. Они превращались в бессмысленный шум. Мне было не до этого. Мне было не до чего, кроме этого кипящего котла внутри.