Запретное притяжение Альфы
Шрифт:
Я медленно вытащил меч. Металл зловеще лязгнул, блеснув в лучах заходящего солнца. Я коротким, резким движением размял шею, чувствуя, как мышцы превращаются в сталь.
— Показывай, скомандовал я, но договорить не успел.
Воздух вдруг взорвался. Страшный удар пришелся по соседнему дому — здание содрогнулось, и полыхнуло неестественным, зеленоватым пламенем.
Грохот взрыва оглушил, посыпались щепки, полетело битое стекло. Началась паника. Люди, еще мгновение назад мирно стоявшие рядом, с криками бросились врассыпную.
Но я был спокоен. Это было пугающее, ледяное спокойствие хищника. Хаос вокруг меня словно замедлился, становясь фоном.
— Следите, чтобы никто не пострадал! Защищайте каждого! — мой приказ разнесся над толпой, не терпя возражений.
— Уводите всех в укрытия!
Я двинулся навстречу опасности, не оборачиваясь. Майк шел рядом, он тоже разминал шею, и в его глазах я видел тот же азарт, что горел во мне.
— Давно такой заварухи не было, бросил он с кривой ухмылкой, в которой не было ни капли веселья — только жажда крови.
В этот момент земля снова содрогнулась под ногами. Новый удар магии прошел совсем рядом, взметнув фонтан земли и пыли. Мы пошатнулись, но удержались, лишь сильнее впиваясь пальцами в рукояти мечей.
Сквозь оседающую пыль я их увидел. Несколько фигур в темных одеждах, чьи лица были скрыты тенью капюшонов, а пальцы искрились нечистым светом. Ведуны и ведьмы. Они стояли на границе поселения, словно стервятники.
Я скривился, обнажая клыки в презрительном оскале. Жалкое, подлое отродье, привыкшее бить в спину.
Мой волк внутри больше не скулил. Он стоял на дыбах, скалясь в ответ врагу, требуя лишь одного — чтобы я позволил ему разорвать их на куски.
— Вы зря пришли на мою землю, — мой шепот утонул в яростном рыке, который вырвался из глоток моих воинов.
Один за другим они сбрасывали человеческую кожу, их тела ломались и укрупнялись, превращаясь в огромных, жаждущих крови волков.
Вихрем они метнулись вперед, вгрызаясь в ряды ведьмаков. Я же остался в человеческом обличье — мой меч требовал жатвы.
Сталь звенела, разрезая густой, отравленный магией воздух. Первый упал, захлебываясь собственной кровью, второй не успел даже вскрикнуть, когда мой клинок пронзил его грудь.
Я не считал их. В голове пульсировала лишь одна мысль: уничтожить.
Каждое движение было отточено веками, каждый выпад — смертелен. Я не чувствовал усталости, только раскаленную добела злость на тех, кто посмел нарушить мой покой, кто принес огонь в дома невинных.
Когда с пешками было покончено, а выжившие ведьмы бросились врассыпную, скрываясь в лесной тени, я сорвался с места.
— Уничтожить всех! Но одного оставить живым! Мне нужен язык! — рявкнул я своим людям.
Мои сапоги тяжело втаптывали мох в землю, я двигался быстро, как тень. Лес дышал опасностью, ветки хлестали по лицу, но я не замедлял шага.
Внезапно из-за массивного ствола старого дуба на меня кто-то вылетел. Удар был резким, я среагировал мгновенно, перехватывая нападавшего. Мои пальцы мертвой хваткой впились в плечи того, кто врезался в меня, я уже занес меч для решающего удара, и приложил к горлу.
Капюшон слетел с головы незнакомки.
— Ты?! — мои глаза округлились от шока.
Это была Мишель. Ее лицо, бледное в полумраке леса, ее испуганные, расширенные от ужаса глаза.
В груди что-то с силой ударило о ребра. Это не был гнев волка, это было странное, забытое чувство, от которого сердце зашлось в неровном, болезненном ритме.
Она рванулась, пытаясь вырваться, ее маленькие ладони уперлись в мою грудь, но я только сильнее сжал ее плечи, почти встряхивая.
— Ты что, твою мать, здесь делаешь?! Совсем страх потеряла?! — мой крик сорвался на рычание. Я был в ярости. Откуда она здесь? Почему подставляет себя под удар?
— Отвечай мне! — мой голос превратился в глухой, вибрирующий рык, который, казалось, шел из самой глубины груди.
Я почти не контролировал силу своих рук. Пальцы до боли впивались в ее хрупкие плечи, я чувствовал под ладонями мелкую дрожь ее тела, и это сводило меня с ума. Мишель вскинула голову, и наши взгляды столкнулись с такой силой, что в воздухе, казалось, снова посыпались искры, но на этот раз не магические.
Растерянность, дикий испуг и что-то еще, что-то, что заставляло мой гнев кипеть. Я видел каждую черточку ее лица: капельку пота на виске, дрожащие губы, расширенные зрачки, в которых отражался я —яростный зверь.
— Я услышала шум, прошептала она. Ее голос сорвался, он был едва слышен.
— Я просто хотела помочь.
Я сглотнул, чувствуя, как в горле встал комок. Этот шепот, этот невинный и в то же время безрассудный ответ ударил по моим нервам. Злость вспыхнула с новой, ослепляющей силой.
Помочь? Она хотела помочь?!
— Помочь?! — я выплюнул это слово ей в лицо, сокращая расстояние между нами до минимума.
— Ты понимаешь, что тебя могли стереть в порошок за долю секунды? Совсем глупая и ничего не соображаешь.
Мой взгляд невольно скользнул к ее губам, и я оскалился. Я ненавидел ее в этот момент.
Ненавидел за то, что она заставила меня почувствовать этот леденящий душу страх. Я — Альфа, я не должен бояться! Но мысль о том, что ее тело могло лежать здесь, безжизненное и холодное, вызвала внутри такой странный болезненный спазм, что я едва не взвыл.
— Ты — всего лишь человек, Мишель, прохрипел я, вкладывая в каждое слово всю свою горечь и ярость.
— Глупая, безрассудная девчонка. Ты понятия не имеешь, в какой мир ты попала. И я не собираюсь собирать твои кости по этому лесу только потому, что тебе стало любопытно!
В этот момент воздух за спиной загудел. Я почувствовал магический разряд прежде, чем услышал его.
— Вниз! — я дернул ее на себя, нагибаясь в ту самую секунду, когда магический шар прошил пространство над нашими головами.
Мощный взрыв отбросил нас в сторону. В полете я успел перегруппироваться, намертво прижимая Мишель к своей груди, закрывая её голову руками, пряча в кольце своих стальных мышц.
Мы рухнули на землю.
Я принял весь удар на спину, чувствуя, как хрустят под моим весом сухие ветки и как больно бьют по плечам падающие обломки дерева.