Заставь меня согрешить
Шрифт:
Я до сих пор не простила их за это. Удивительно, но Джеймса это нисколько не задевает. Он принимает недостатки людей без осуждения, даже когда они сами осуждают его.
Брат тепло улыбается мне, и в уголках его карих глаз появляются морщинки.
— Я должен был посмотреть, как поживает пресловутый «бутик на заказ». Не могла упустить возможность утереть нос дорогой мамочке, верно?
Я закатываю глаза.
— Как будто дорогой мамочке есть до этого дело.
Брат поджимает губы и пожимает плечами.
— Ммм. Ей может быть не все равно. Если, конечно, ты попадешь на обложку «Вэнити Фэйр»3. А до тех пор, если она не сможет похвастаться этим в своем кругу, то оно того просто не стоит. Не принимай это на свой счет, дорогая, она ничего не может с собой поделать. Ее мать — представительница британской аристократии. Если это тебя не погубит, то я не знаю, что может.
Мы обмениваемся понимающими улыбками, и тут меня отвлекает пронзительный писк. Я понимаю, что клиент все еще на линии. Я показываю Джейми пальцем и подношу телефон к уху.
— Мистер Торнтон! Прошу прощения, пожалуйста, давайте повторим. — Я продолжаю принимать заказ, краем глаза наблюдая, как Джеймс ходит по магазину.
Он неторопливо обходит прилавок, то берет блокнот, то открывает папку с документами, быстро и эффективно оценивая все, что находится в поле его зрения. Я вижу, как брат мысленно анализирует всю работу, время от времени удовлетворенно кивая. Он ненадолго хмурится, увидев беспорядок вокруг кассы, где маленький сын моего последнего покупателя возился с карточками. Джейми быстро и бесшумно приводит все в порядок, и это выглядит лучше, чем раньше.
Брат всегда был таким. Любознательным. Точным. Непринужденно привносящим элегантность во все, к чему он прикасается. Не могу поверить, что какой-то счастливчик до сих пор не надел ему на палец кольцо.
Как только я заканчиваю разговор с мистером Торнтоном, Джейми замирает. Его губы приоткрываются, а глаза расширяются. Он завороженно смотрит на что-то позади меня, заглядывая через мое плечо, как будто в комнату только что вошел единорог.
Я бросаю взгляд в том направлении, куда он смотрит, ожидая увидеть какую-нибудь сексуальную юную модель в нижнем белье или что-то в этом роде. О, как же я ошиблась.
Эй Джей Эдвардс стоит перед моей стойкой, такой же широкий и внушительный, как Тор. Сегодня на нем выцветшие джинсы, заправленные в армейские ботинки без шнурков, потрепанная коричневая кожаная куртка-бомбер и очки-авиаторы, которые закрывают его глаза. Его длинные волосы собраны в небрежный пучок на затылке. Он, как обычно, небрит. Эй Джей дружелюбно кивает моему брату.
— Привет.
Джейми издает тихий звук, не то чтобы приветственный. Я вижу, что ему хочется начать обмахиваться веером.
Эй Джей переключает внимание на меня. Я не вижу его глаз из-за солнцезащитных очков, но мне кажется, что я чувствую на себе его пристальный взгляд. С чуть меньшей язвительностью, чем обычно, он говорит: — Мне нужно сделать заказ.
Моя центральная нервная система решает, что это цирк. Акробаты катапультируются через мой кишечник. Клоуны на пружинных палках прыгают в моем мозгу. Шимпанзе крутит жезл и катается на одноколесном велосипеде взад-вперед в моем сердце, а силач сжимает мое горло своими выпуклыми бицепсами, перекрывая доступ воздуха. Я парализована шумом и суетой и тупо смотрю на Эй Джея, как будто он только что прилетел из космоса.
Он снимает солнцезащитные очки, смотрит на меня и не улыбается. Джейми толкает меня локтем, и я выхожу из оцепенения.
— Ты можешь сделать заказ онлайн, — выпаливаю я без тени теплоты. Джейми удивленно смотрит на меня. Я никогда не бываю такой ворчливой с людьми, но он не знает, какие отношения связывают меня с медведем гризли, стоящим по другую сторону моей стойки.
— У меня нет компьютера, — произносит Эй Джей.
Я обдумываю это, гадая, то ли он не умеет пользоваться компьютером, то ли просто из тех асоциальных людей, которые ненавидят технологии. Я склоняюсь ко второму варианту.
— Ты также можешь сделать заказ по телефону. Тебе не нужно было приходить.
— У меня нет телефона.
Мне требуется больше времени, чтобы это осмыслить.
— У какого человека в наше время нет компьютера или телефона?
Эй Джей облизывает губы. Он проводит рукой по своим непослушным волосам. Джейми, стоящий рядом со мной, наблюдает за ним с неприкрытым восхищением. Хоть мне и неприятно это признавать, я не могу его винить. Эти простые жесты почему-то выглядят невероятно эротично.
— Ты поможешь мне с цветами или нет? — голос Эй Джея становится грубым. Его странное новое терпение по отношению ко мне уже на исходе.
Я краснею от злости. Мой голос, хоть и тихий, звучит с презрением.
— В этом городе полно других цветочных магазинов, владельцы которых тебе нравятся. Почему бы тебе не сходить в один из них?
Это вызывает у него легкую улыбку, которая тут же исчезает, как будто его губы не привыкли изгибаться ни в какую другую сторону, кроме как вниз.
— Нико сказал, что твой магазин — лучший. Мне нужно лучшее. — Он пожимает плечами с самым невозмутимым видом. — Я могу смириться с некоторыми неудобствами, чтобы получить желаемое.
Я выпучиваю глаза. Неудобства? Я создаю неудобства? Ну и наглость…
— Конечно, мы можем вам помочь! Позвольте мне взять бланк заказа, сэр, и я обо всем позабочусь.
Мой ведущий дизайнер, Трина подходит ко мне и перехватывает инициативу в разговоре, который, как она видит, выходит из-под контроля. Я заметила, что она наблюдает за нашей перепалкой со своего места справа от меня, где обрабатывает букеты роз, но теперь Трина решила, что мне нельзя больше доверять работу с Эй Джей. Она взяла дело в свои руки, пока я окончательно не вышла из себя.
Если бы мне пришлось гадать, как она поняла, что я вот-вот сорвусь, я бы сказала, что об этом красноречиво говорят мое покрасневшее лицо, напряженная спина и сжатые кулаки.
Я разворачиваюсь, с грохотом отхожу от стойки и удаляюсь в подсобку, где меня не видят ни Эй Джей, ни его насмешливый взгляд. Джейми следует за мной по пятам.
— Не могу решить, что интереснее, — протягивает он, усаживаясь напротив меня за круглым столиком, за которым я обычно обедаю. Брат откидывается на спинку стула и скрещивает ноги. — Большой папочка с самым сексуальным пучком волос со времен Джареда Лето или твоя реакция на него. В чем дело, детка?