Чтение онлайн

Он во мгновение ока возник слева от двери и был как будто спокоен и уверен в себе.

– Это та самая дверь, Кхамма, но ты не войдешь в нее. Первый, кто откроет её, упадет мертвым.

Лучше бы он этого не говорил. Кхамма ещё только обдумывал слова чародея, а Волчонок метнулся вперед всех и прыгнул, ударив телом в створ дверей. Они распахнулись настежь, а Волчонок упал на пол. Он был мертв Кхамме не пришлось усомниться в этом, когда он поднял мальчишку.

– Эту птицу мы уже не догоним, Кхамма, - сказал Огин, трогая Кхамму за плечо.

И Пань возразил:

– Кхамма, все изменится, если ты откроешь Врата. Теперь уж иди вперед! И помни, что я сказал, - _молчать и оставаться на месте_.

– А вы?
– спросил Кхамма.
– Ты и Даба, и Гхимма, и остальные?

– Кхамма, мы уже не сможем, - отвечал И Пань.
– Мы остановились раньше. Пока ты не достиг цели, мы - пленники дворца. Это путь для тебя одного, Кхамма. Даже Огин и две твоих женщины смогут проводить тебя лишь до стены следующего мира.

– Мы сделаем это, - твердо сказал Огин.

– Но тогда вам придется ждать под черным солнцем, пока Кхамма не пройдет путь, - остерег И Пань.
– Лучше переждать это время здесь, во дворце.

– Нет, - отвечали в один голос все трое.

И Пань развел руками. Кхамма и трое его друзей простились с Дабой и остальными.

– Не вздумай вредить моим друзьям, Коловит, - наказал на прощание Кхамма.
– Они мне дороже самого себя.

Коловит хранил ледяное молчание.

Кхамма и трое его последних спутников вошли в коридор, открывшийся за дверью. Скоро он превратился в туннель, где почти не было света.

– Сзади опять стена, - сообщил Огин, шедший последним.

– Кто сомневался, - отвечал Кхамма.

Они зажгли факел, и когда он погас, далеко впереди показался свет.

– Похоже, добрались, - молвила Айа.

Послышался злорадный хохот. На их пути стояла Цха и злобно усмехалась.

– Сначала одолейте зверя!
– со злым торжеством в голосе предложила она.
– Ты все сумел, Кхамма из Тарры, даже захватить Коловита. Может быть, ты усидел бы и на Камне Иасонда. Но этого зверя тебе не одолеть без меня. Теперь ты пожалеешь, что пошел против меня, Кхамма-смертный!

Она исчезла, а впереди послышался утробный рев. Тусклый просвет далекого выхода заслонила чья-то фигура. Она приближалась, и стали видны огромные светящиеся глаза какого-то зверя. Айа вышагнула вперед и одну за другой послала в них несколько стрел. Никакого результата - чудовище только взревело громче прежнего. Кхамма и Огин обнажили мечи, а Илиса пыталась поджечь клочок ткани - другого факела у них не было. И вдруг эти горящие глаза что-то заслонило, а рев чудовища перекрыло иное рычание - и оно было им знакомо.

– Это Граум!
– узнал Кхамма.

Там, впереди них, сеур уже сшибся с неведомым врагом, и в темноте туннеля разгоралась их битва. Люди поспешили на помощь Грауму и вскоре достигли места схватки. Увы, они не могли помочь своему другу - ход был слишком узок, чтобы подступиться к противнику Граума. Скорее, они могли только помешать сеуру и пораниться сами. И они топтались в нескольких шагах, не в силах вмешаться - сейчас они могли только полагаться на боевую мощь и волю Граума. Мало-помалу перевес стал склоняться на его сторону враг Граума хотя и не был повержен, но начал отступать все ближе к выходу, рыча и огрызаясь. А люди шли следом так же шаг за шагом, дожидаясь момента, когда смогут вступить в схватку.

Наконец Граум вытеснил зверя и выпрыгнул наружу, и тут же следом метнулись Кхамма и Огин. Но зверь стремительно удалялся, делая огромные прыжки. Граум не преследовал его. Он остановился, переводя дыхание. Кхамма обхватил его жесткую гриву:

– Смотри-ка, старый кот, ты снова с нами!

Сеур тихо ворчал, пока его трепали все остальные. Кхамма было решил, что Граум вернулся, чтобы идти с ними, но Атри сказал:

– Кхамма, Граум останется здесь. Он постережет зверя.

– Жаль, - огорчился воин.

– Может быть, вы увидетесь, - утешило зеркальце.

ПОД ЧЕРНЫМ СОЛНЦЕМ

Они огляделись. В мире черного солнца царил полумрак. Но их глаза уже привыкли к нему в туннеле. Вдали неясно виднелись какие-то холмы или, возможно, здания, а до них расстилалась унылая равнина без растительности. В небе проступали тусклые редкие звезды - и конечно, это не были звезды Фенамоа, не требовалось познаний И Паня, чтобы понять это. Прикинув направление по карте Кхаммы они тронулись в путь к видимой в полутьме гряде. Вскоре стало чуть светлее - это поднялось седьмое - черное - солнце. Когда-то в детстве Кхамма видел затмение солнца - тогда светило Фенамоа закрыл черный кружок, и только самые края его сияли из-под черной круглой тени. Вот таким черным кругом и было солнце седьмого мира, и удивительно было то, что оно все же давало какой-то сумеречный серый свет.

– Я думала, это только так говорится - черное солнце, - сказала Илиса.
– А оно и вправду такое.

– Я тоже так думал, - ответил Огин.
– А ведь у нас на Севере я слышал байки о нем. Говорили, что есть мир, где все наоборот - солнце черное и движется с запада на восток.

– Помнится, И Пань тоже что-то толковал о черном солнце, - припомнил и Кхамма.
– Не знаю, жалеть или радоваться, что его нет в этом походе с нами.

– Конечно, радоваться!
– воскликнула Айа.
– Я подозреваю, что впереди самое худшее. Это не для нашего старого И.

Илиса поежилась. За такими разговорами они понемногу приближались к гряде вдали, и до них начал доноситься какой-то гул. И вдруг - эта гряда сама сдвинулась с места и быстро начала приближаться. Гул усилился, и Кхамма догадался:

– Это же смерчи! Такие же, как там, на Вершине вихрей. Похоже, это сторожа рубежей седьмого мира.

Вихри были не совсем такими, как те, что на горе - гораздо больше, они вздымались до неба. Илиса сказала:

– У меня уцелела ветка молниевого дерева. Я обнаружила её, когда разжигала тряпку.

Из трех грудей вырвался невольный вздох облегчения.

– Сейчас мы проверим, - сказал Кхамма, - хватит ли одной ветки, чтобы пропустили нас всех. Если нет, то дальше я пойду один.

– Нет!
– горячо воскликнула Илиса.

Айа и Огин тихо засмеялись.

Когда вихри были уже близко, Кхамма выставил вперед руку с маленькой золотой молнией в руке. За ним гуськом шли все остальные - Айа, Илиса и Огин в конце. Смерчи не улеглись, как перед Вья на той горе, но они расступились, пропуская их, и все четверо продолжили путь вместе.