Чтение онлайн

— Охотно, — ответил Стилвелл. — В мой участок на Каталине обратились несколько горожан с сообщениями о том, что два важнейших исторических объекта Авалона — Башня курантов и «Казино» — испорчены граффити. Я провёл проверку и подтвердил эти сообщения.

Далее, отвечая на вопросы, Стилвелл изложил ход расследования, выведшего его на Мэтта Аллена как на подозреваемого. Предъявил снимки граффити и стоп-кадры с видео у «Казино».

— Кто первым назвал имя Мэтта Аллена? — спросила Найера. — Вы или Олестер Брайант?

— Брайант, — ответил Стилвелл. — Он узнал буквы «FSID» и сказал, что в школе есть компания подростков, которые так называют свой неформальный клуб.

— Он посмотрел на фотографию, которую вы нам показали?

— Да, и сказал, что это Мэтт Аллен. Согласился устроить с ним встречу на следующее утро. Встреча состоялась — Мэтт пришёл в худи, совпадавшей с той, что была на подозреваемом на записи с камеры. И на рукаве — следы синей краски.

— Вы предъявили ему обвинение?

— Нет, нужды не было. Мне всё было ясно, и я не считал, что моя задача — задерживать его. Просто сказал: граффити должны прекратиться — и если прекратятся, я закрою на это глаза.

— Вы в какой-то момент угрожали ему арестом или пытались принудить выдать какую-либо информацию об отце?

— Нет, ни в коем случае.

— Вы говорили о его отце?

— Я — нет. Он говорил.

— И что он сказал?

Кляйн возразил против ответа Стилвелла — заявил, что это будут показания с чужих слов. Найера парировала: сказанное Мэттом Алленом подпадает под исключение для «реплик в состоянии возбуждения».

— Я выслушаю и рассмотрю возражение после, — постановила Гальвес. — Отвечайте, сержант.

— Он назвал отца проходимцем, а меня — болваном за то, что я так долго не могу его ни на чём подловить, — произнёс Стилвелл.

— Он ещё что-то говорил об отце? — спросила Найера.

— Нет, на этом всё.

— Были ли свидетели разговора?

— Да, Брайант присутствовал всё время. По правилам, если беседуешь с несовершеннолетним в ходе расследования, должен присутствовать ещё один взрослый. Я попросил Брайанта остаться — он остался.

— Вы записывали разговор?

— Да, на телефон.

— И принесли запись с собой?

— Да.

Найера попросила у судьи разрешения её прослушать. Кляйн возразил — и, кажется, был удивлён, что запись вообще существует. Судья возражение отклонила, и Стилвелл воспроизвёл короткий разговор с Мэттом Алленом полностью. Вопросов после этого Найера не задавала.

— У меня всё, ваша честь, — заключила она.

Пришёл черёд защиты, и Кляйн предпринял вялую попытку подорвать достоверность показаний Стилвелла — указал, что тот не составил ни одного рапорта по двум актам вандализма.

— Вы пытались скрыть, что заперли сына мэра в комнате и давили на него, добиваясь признания? — спросил он.

— Так, во-первых, он больше не мэр, — ответил Стилвелл. — А во-вторых, не составляя рапорт, я воспользовался служебным усмотрением — и сделал Мэтью Аллену одолжение. Журналист уже звонил мне насчёт граффити. Имена несовершеннолетних мы не разглашаем, но утечь может что угодно — и для Мэтта я этого не хотел. Я счёл, что намерения у него добрые, просто направлены не туда.

— Но это нарушение правил, верно? — настаивал Кляйн. — Вы нарушили служебные регламенты. Где ещё вы их нарушали?

— Это было решение по обстоятельствам, — ответил Стилвелл. — И, мистер Кляйн, такие решения я принимаю каждый день.

— Я вмешаюсь, — оборвала Гальвес. — Если вы хотите расспрашивать сержанта Стилвелла о правилах и регламентах, мистер Кляйн, сможете сделать это на процессе. Потому что он будет допущен в качестве свидетеля. Ходатайство отклонено, и впредь дважды подумайте, прежде чем тратить время суда. Всего доброго.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 47

Стилвелл вернулся на остров почти в три. Всю дорогу на «Экспрессе» он прокручивал в голове внезапный уход Эрни Саймона на пенсию и не менее внезапный двухнедельный круиз Боба Трестла. К этому добавлялся приказ: все запросы по делу о взлётке — только через Корума. Стилвелл не сомневался: капитан хоронит всю историю. Формально дело останется открытым — для приличия, — но расследования больше не будет.

Вопрос — зачем. Если Гэвин Ламберт и есть главный подозреваемый, прикрывают что-то поважнее и поопаснее, чем скандал вокруг полицейского, убившего помощника шерифа из-за пошлой интрижки. За Ламбертом — а может, и за Корумом — стоит что-то покрупнее, что нужно удержать в тени. Что-то помимо адюльтера, что могло выплыть, если бы Куигли и другие давали показания под присягой на бракоразводном процессе.

Это должно быть нечто большее, чем удар по перевыборной кампании шерифа. Стилвелл был уверен: это что-то, за что людей — серьёзных людей — могут отправить за решётку. Развод стал бы лишь рупором, через который Куигли вынес бы всё наружу. Разводящиеся пары часто кидают друг в друга преувеличенными и вздорными обвинениями в досудебных ходатайствах. Но когда доходит до зала суда, поднятой руки и присяги — наступает момент истины: подтверди или замолчи. У Куигли были дети, и по всему выходило, что он был к ним привязан. Если он боролся за опеку, ему пришлось бы уничтожить жену. И один из способов — заявить, что её связь с Ламбертом так или иначе подвергла детей опасности.

Он решил зайти с другой стороны. Вместо места, где Ламберт высадился на острове, искать нужно средство, на котором тот туда добрался. Когда «Экспресс» причалил, Стилвелл вернулся в участок, доложился Мерси и закрылся в кабинете.

В Калифорнии моторные суда приравниваются к автомобилям. Любая лодка с двигателем — независимо от объёма — должна быть зарегистрирована и поставлена на учёт. У всякого, кто садится за штурвал такой лодки, должна быть карточка судоводителя — фактически аналог водительских прав, с теми же данными о владельце. Всё это, как и автомобили, в ведении Управления автотранспорта.

Стилвелл по служебному доступу вошёл в реестр маломерных судов штата и быстро установил: ни зарегистрированной лодки, ни карточки судоводителя на имя Ламберта нет.

Многие в правоохранительных органах любят рыбалку и яхтинг — способ отключиться от службы. Стилвелл и сам когда-то прошёл через бурный период с лодками и удочкой — ещё до перевода на Каталину — и до сих пор иногда выбирался с Таш на воду и забрасывал снасть. Он переключился на ведомственную базу и выписал всех помощников шерифа из наркокоманды Ламберта. Заодно — и имена супругов, упомянутых в кратких анкетах: копы, особенно из наркоотделов, неохотно засвечивают свои документы и адреса в общих базах.