Чтение онлайн

Я знала, что он не выдержит, ждать было почти невыносимо, но непременно надо было дождаться, чтобы он сделал это сам — и я закрыла глаза. Его горячее дыхание согрело мои губы, как будто моё же имя прозвучало в три коротких и рваных выдоха:

— Ри…

Сколько раз меня целовали, и это всё было ничем. По сравнению с этим — ничем.

— Ми…

Он инстинктивно подхватывает ритм, я чувствую лопатками его тяжёлые ладони, словно прорастающие на спине, разрывающие кожу и ткань одежды крылья.

— Я…

Не знаю, как я дышу — и дышу ли. И нужно ли мне вообще дышать, или я уже стала чем-то — кем-то — иным, не человеком. Частью воздуха, огненным всполохом.

— Ри-ми-я. Хватит, — он опять хотел это сказать, конечно, он опять хотел сказать именно это, но я не дала. Хватит, действительно, хватит. Немыслимо было делать что-то другое.

Мы целовались, и я вжимала ладони, коротко остриженные ногти в его спину, отчаянно желая прижаться ещё крепче, оказаться ещё ближе, но не рискуя отпугнуть его.

— Римия, перестаньте! — лорд Авертер, наконец, выдохнул, откидываясь на спинку сидения экипажа, глядя на меня совершенно шальными, пьяными глазами. — Вы перенервничали, испугались, но это не повод…

— Я влюбилась в вас с первого взгляда, там, в спальне, — сказала я, не дожидаясь, пока он договорит — и не узнала собственный голос, хриплый, даже какой-то сиплый. — Я люблю вас. Я хочу вас. Всегда. Везде. Я…

— Остановитесь. То, что вы говорите, это… не так. Это лишнее. И для вас, и для меня. Ни вам, ни мне это не нужно, вы заблуждаетесь, Римия. Вы меня совсем не знаете. Вам кажется. Путаете… чувства и благодарность. Я просто проявил к вам участие и…

— Просто я вас люблю, — сказала я, опять прижимаясь к нему. — А вы меня нет. Это ужасно, это так грустно, хотя на самом деле всё правильно. Иначе никак не могло быть. Я понимаю. Вы не можете любить такую, как я. Грязную. Грешную. Вы давали клятву. Я вам мешаю. Это понятно.

Я снова потянулась к нему, ожидая удара, отповеди, нравоучений, может быть, брани или насмешек, жалости, неуместной и оскорбительной сейчас, успела остановиться в самый последний момент, и даже когда ладонь лорда Авертера вдруг мягко коснулась моей шеи, первая мысль была о том, что ему проще задушить меня, чем пытаться от себя отвадить. Но он лишь подтянул мою голову ближе, его губы вдруг дрогнули и раскрылись, одна ладонь так и осталась на основании шеи, а другая скользнула по спине, и он притянул всю меня к себе.

Я была готова на всё, что он захочет. Как бы он ни пожелал, прямо здесь, прямо сейчас. Даже если дорога закончится, и всё семейство Бэкхеймов выйдет нам навстречу. Даже если небо на землю рухнет. Но в какой-то момент Авертер удивительно ловко и мягко высвободился, оставив меня, задыхающуюся и раскрасневшуюся. Пересел на сидение напротив, прикрыл глаза, несколько мгновений его припухшие губы беззвучно шевелились, словно он тоже перемножал в уме цифры — или молился. Я не могла разобрать слов.

— Леди Римия… Римия. Всё слишком далеко зашло. Давайте договоримся раз и навсегда. Заключим соглашение, если вам будет угодно. Вы красивы. Вы молоды, и я молод, и вы мне… даже несмотря на то, что вы были любовницей моего отца, вы мне почти симпатичны, но у нас с вами… у нас с вами разные пути.

О, да, они, разумеется, были разные. Я не питала иллюзий по этому поводу.

— Я дал клятву. Это важно для меня, для тех людей, с кем бок о бок я планирую идти дальше. Удовлетворение сиюминутного желания не стоит лишения всех возможностей и закрытия желанного мне пути, не стоит потери самоуважения. Да, Творец, создавая нас, вложил в нас влечение друг к другу, это верно, просто потому, что мы мужчина и женщина подходящего возраста…

Лавтур тоже был «мужчиной подходящего возраста», но это ничего не меняло.

Я не стала этого говорить.

— Вы привлекательны, ваше лицо, ваше тело, даже ваш запах, Римия, я не могу не реагировать на вас, но мне это не нужно. Меня… меня тянет к вам, это правда, но я могу с этим справиться. И должен справиться. В чём-то так даже лучше: преодолевать себя куда правильнее и полезнее, чем просто плыть по течению. Я думаю, вам тоже стоит об этом задуматься. Вы живёте, слушаясь порывистых устремлений своего тела, но помимо бренной и своевольной плоти есть бессмертных дух и великий разум. Они сильнее, в наших с вами силах сделать, чтобы они были сильнее. Нам с вами это не нужно. Простите меня, если можете.

«Творец простит», — хотела я сказать, но снова промолчала, закусывая слова до крови, втягивая их в себя, как воздух.

Лорд Авертер помог мне выбраться из экипажа. Вид замка Бэкхеймов, усилившееся жжение артефактов в ухе немного меня отрезвило. Некогда было переживать из-за надежд, и без того не имевших никакой возможности воплотиться в реальности. В реальности, в которой уже сегодня вечером мне предстоит обслуживать лорда Ликора или его сына, и никакой подсвечник уже не поможет. А потом отмываться до скрипа, чистить зубы, вымывать с себя чужой запах, тогда как тонкий табачный привкус лорда Авертера я сохранила бы, как духи.

Глупо сожалеть о несбыточном, глупо было всё, что я делала. Но теперь, выйдя из экипажа и подставляя холодному пронзительному ветру разгорячённое лицо, я вдруг подумала, что больше не буду пытаться сдерживать себя и отказываться от возможности заполучить хоть что-то. Осталось чуть меньше двух недель. И ещё два письма.

Потратив отведённое для обсуждения стратегии нашего последующего поведения время на поцелуи и последующее глухое молчание, мы так и не договорились, что будем говорить по поводу нашей затянувшейся отлучки. Впрочем, объяснения и оправдания нужны были мне, а не ему. И эти оправдания я не продумала совсем, уже начиная с того момента, что не решила, а кто, собственно, дал мне разрешение на выход из замка: лорд Авертер или его мать?

Вопреки моим нелепым опасениям у ворот замка нас никто не встретил. Слуги посмотрели на меня без особого интереса. Переполоха внутри также не наблюдалось, и мне вдруг подумалось, а вдруг никому и дела до меня нет? Может, всем попросту наплевать… Ну не было меня один вечер, так никто и не заметил.

— Можете ссылаться на меня, — глухо, глядя в сторону, сказал лорд Авертер, словно прочтя мои мысли. — Я разрешил, я сопровождал. Расскажите о матери. Вас не должны ни ругать, ни как-либо наказывать. Если будут какие-то сложности… одним словом, перенаправляйте ко мне по всем вопросам. Хотя, нет. Зайду сейчас к матери, а потом сам поговорю с дядей. Идите к себе.

— Да, лорд Авертер.

Мы помедлили друг рядом с другом ещё несколько мгновений. Воспоминания о недавней близости, кратковременной, недостаточной, но более чем жаркой, ещё будоражили, требовали продолжения, повторения. «Меня тянет к вам», — сказал мой хозяин, и я не хотела вспоминать никакие другие его слова. Я подождала, пока он совсем скроется из вида, а затем стала подниматься по лестнице сама, медленно, словно каждая ступенька приближала меня к Железной Гойде.