Чтение онлайн

Я былъ чрезмрно радъ, возвратившись домой посл моего путешествія, которое продолжалось цлый мсяцъ. Усталый и измученный до нельзя, я легъ на мою жесткую постель, чтобы отдохнуть. Мое старое жилище казалось мн великолпнйшими палатами, которыя ни въ чемъ не имли недостатка. Все, окружавшее меня, представлялось мн въ самомъ очаровательномъ вид, и я ршился никогда не удаляться изъ дома на такое долгое время.

Чтобы отдохнуть и оправиться совершенно отъ моего путешествія, я не выходилъ изъ дома цлую недлю. Въ это время я сдлалъ клтку для. моего попугая. Онъ сталъ помаленьку привыкать ко мн, а чрезъ нсколько дней мы уже были съ нимъ въ короткомъ знакомств. Мн хотлось также пріучить къ себ козленка. Я давалъ ему кормъ изъ своихъ рукъ и часто ласкалъ его. Онъ скоро подружился со мною и такъ полюбилъ меня, что всегда почти находился при мн.

Настало дождливое время осенняго равноденствія. 30-го сентября исполнилось два года моему пребыванію на остров. Я проведъ этотъ день также торжественно какъ и въ прошедшемъ году, въ пост и молитв и благодарилъ Господа, что Онъ по Его премудрости привелъ меня въ это пустынное мсто. Безъ сомннія, если бы я находился въ обществ людей, то моя жизнь съ ними была бы гораздо хуже настоящей, не смотря ни на какое положеніе мое въ свт. Третій годъ моего пребыванія здсь я началъ съ душевнымъ благочестіемъ, покоряясь вол провиднія и готовый переносить все и непрестанно трудиться. Вообще надо замтить, мн рдко случалось быть празднымъ. Я раздлялъ время на столько частей, сколько длъ предстоядо мн сдлать. На первомъ план была молитва и чтеніе Библіи, которую я вэялъ съ корабля; на второмъ — охота съ ружьемъ, продолжавшаяся часа три, если была хорошая погода; третье мсто занимало приготовленіе кушанья, сбереженіе его и заготовленіе впрокъ разныхъ провизій. На эти занятія требовалась большая часть дня. Когда же солнце достигало своего апогея, то жары длались невыносимы и не было никакой возможности выходить изъ дома. Тогда я могь заниматься работой только три или четыре часа пополудни, а иногда случалось мн замнять часы охоты часами трудовъ, такъ что я работалъ утромъ, а на охоту ходилъ вечеромъ.

Въ этой краткости времени для работъ присоедините трудность работъ и недостатокъ инструментовъ, а также мою неопытность и неловкость въ этихъ работахъ, то можете понять, какъ дорого доставалась мн самая незначительная вещь. Напримръ, мн нужно было употребить 42 дня и цлое дерево, чтобы сдлать одинъ столъ, между тмъ какъ два хорошихъ работника съ инструментами могутъ сдлать 6 столовъ изъ одного дерева и въ одинъ день.

Насталъ ноябрь мсяцъ. Я съ нетерпніемъ ожидалъ времени жатвы посянной мною ржи и риса. Хотя обработана была небольшая часть земли и немного было посяно зеренъ и всходы хлба были великолпны и общали богатый урожай, однако я замтилъ тутъ неблагопріятное для меня обстоятельство: мой хлбъ стали посщать воры — дикія козы и другіе зврки, похожіе на нашихъ зайцевъ. Оставалось одно только средство избавиться отъ нихъ — обнести поле заборомъ, что стоило мн многихъ трудовъ и хлопотъ. Чтобы боле устрашить воришекъ, я стрлялъ въ нихъ изъ ружья днемъ, а ночью привязывалъ свою сабаку на длинную веревку къ столбу при вход въ загородку. Она бросалась съ лаемъ на хищниковъ, и туда и сюда, и отгоняла ихъ. Воры наконецъ оставили мое поле. Колосья стали наливаться и созрвать.

Лишь только избавидся я отъ дикихъ зврей, подавшихъ зеленые колосья, явились другіе хищники въ безчисленномъ нножеств — птиды, которыя клевали созрвавшія зерна и грозили мн совершеннымъ разореньемъ. Я отгонялъ ихъ ружейными выстрлами, отъ которыхъ он, поднявшись изъ ржи цлыми стадами, улетали прочь, но потомъ, немного спустя, снова возвращались. Эти нападенія сильно безпокоили меня. Я застрлилъ четыре птицы и повсилъ ихъ на шесты въ разныхъ мстахъ моего поля. Эта казнь сильно повліяла на хищниковъ. Съ этого времени они не только перестали подать мой хлбъ, но даже и близко не подлетали къ полю.

Наконецъ хлбъ посплъ въ конц декабря. Въ этохъ климат декабрь — самое благопріятное время для вторичной жатвы. Надо было жать колосья. Вмсто серпа я употребилъ одну изъ сабель, взятыхъ мною съ корабля. Я срзалъ ею колосья и, положивъ ихъ въ корзину, отнесъ ихъ домой; солому же, какъ вещь совершенно мн ненужную, оставилъ въ под для унавоживанья земли. Просушивъ нсколько колосья, я выбралъ изъ нихъ зерна руками. Урожай былъ невеликъ, но превосходенъ сравнительно съ количествомъ посянныхъ зеренъ. Половина гарнца ржи и рису, посянныхъ мною, принесла мн два съ половиной четверика. Эту рожь и рисъ я не употреблялъ въ пищу, а опредлилъ ихъ для слдующаго посва.

Теперь я могъ надяться, что не останусь на будущее время безъ хлба; но однако я былъ въ большомъ затрудненіи, не имя нужныхъ вещей, посредствомъ которыхъ могь бы я изъ зеренъ сдлать муку, а изъ муки тсто и хлбъ. Я убжденъ былъ, что при значительномъ посв я ничего не могу успть съ моими ничтожными земледльческими орудіями. Съ этого времени я постоянно былъ занятъ и исправленіемъ этихъ орудій, и придумывалъ разныя средства, чтобы молоть зерна и длать изъ муки хлбъ.

Во-первыхъ, у меня не было ни сохи, чтобы вспахивать землю, ни заступа для размельченія землянныхъ комьевъ. Вмсто сохи служила мн лопата, сдланная изъ дерева, которое очень походило на бразильское дерево, называемое желзнымъ, по его твердости и тяжести. На сдланіе этой лопаты я употребилъ 5 или 6 дней, потому что дерево было очень твердо и топоръ едва бралъ его. У меня не было также и бороны. За неимніемъ ея, я боронилъ землю большимъ тяжелымъ сукомъ дерева, который я тащилъ на собою, проходя нсколько разъ взадъ и впередъ по засянному полю.

Сколько не доставало у меня разныхъ земледльческихъ и другихъ вещей, сколько предстояло труда и хлопотъ при обработк поля и уборк хлба! Поле нужно было обвести заборомъ, чтобы защитить хлбъ отъ дикихъ козъ и другихъ зврей, сжать колосья, просушить ихъ, перенести домой, вымолотить, провять и сложить въ закрома. Потомъ нужно устроить что-нибудь въ род мельницы, чтобы смолоть хлбъ, сито для просянія муки, и наконецъ надобно имть печку для испеченія хлба, не говоря уже о дрожжахъ и объ соли.

Не смотря на вс эти путешествія, я принялся за хлбопашество, надясь, что со временемъ сдлаю вс недостающія мн вещи или замню ихъ чмъ нибудь другимъ. Да и нельзя мн было долго раздумывать, потому что наступило время посва. Теперь я выбралъ уже довольно большое пространство земли, что бы можно было посять на немъ большое количество зеренъ. Это поле находилось недалеко отъ моего жилища. Всю засянную землю окружилъ я заборомъ, сдланнымъ изъ кольевъ того же дерева, о которомъ я уже говорилъ выше. Я зналъ, что эти колья скоро пустятъ втви, а чрезъ годъ обратятся въ живой твердый заборъ. Надъ этой изгородью я трудился боле двухъ мсяцевъ, потому что большая часть этого времени была дождлива и дозволяла мн только изрдка выходить изъ дому.

Во все время, когда мн нужно было оставаться дома по случаю дождливой погоды, я не былъ безъ занятій. Работая что-нибудь, я разговаривалъ съ моим попугаемъ и чрезъ нсколько времени научилъ его выговаривать слдующія слова: я маленькій Поль, милый попугай Робинзона. Эти слова, произнесенныя чужимъ голосомъ, я услышалъ въ первый разъ во все время моего пребыванія на остров. Я не могу вамъ описать той радости и того удовольствія, которыя а чувствовалъ, слушая говоръ попугая. Поль былъ всегдашимъ компаніономъ при моихъ работахъ. Разговаривая съ нимъ, я какъ бы отдыхалъ отъ трудоювъ а также и отъ мыслей, предметомъ которыхъ были для меня важныя вещи и самыя необходимыя, напр. дланіе посуды для жидкостей, устройство печи и т. п.; когда я обдалъ или ужиналъ, Поль садился на мое плечо или на жердочки, сдданныя нарочно для него близъ стола; соучастниками въ моемъ обд были также дв кошки, которыя располагались напротивъ меня, а моя врная собака рядомъ со мною, у ногъ моихь.

Принимая въ разсчетъ сильныя жары этого климата, я почти не сомнвался, что можно сдлать горшокъ, если только найду на остров удобную для этого глину. Его можно, думалъ я, высушить на солнц до такой степени, что онъ будетъ годенъ къ употребленію. Я даже воображалъ себ, что смогу сдлать большія корчаги, въ которыя буду складывать мой хлбъ — рожь и рисъ.

Однажды, прогуливаясь съ ружьемъ по острову, я нашелъ тучную землю, которая по моему мннію, очень годилась на дланіе посуды для жидкостей. Положивъ достаточное количество этой земли въ мшокъ, я принесъ ее домой. Сдлавъ изъ глины тсто, я началъ изъ него лпить горшки, но оказалось, что труды мои пропали даромъ, по незнанію горшечнаго мастерства. Горшки мои разваливались, потому что глина не была достаточно тверда и не могла выдерживать собственной своей тяжести. Несмотря на эту неудачу, я продолжалъ съ терпніемъ длать разные растворы изъ глины и работать изъ нихъ горшки, кружки и другіе разные предметы. Посл многихъ опытовъ мн удалось наконецъ сдлать настоящій растворъ изъ глины и слпить изъ него дв большія корчаги, которыя, признаюсь были очень нескладны. Когда он хорошо высохли и отвердли на солнц, я осторожно поднялъ ихъ и поставилъ въ дв большія корзины, нарочно сдланныя для нихъ. Такъ какъ оставалось пустое пространство между стнками корзинъ и корчагами, то я наполнилъ эти промежутки соломою отъ риса и ржи, надясь, что он останутся навсегда сухими, и что въ нихъ могу я складывать рожь и рисъ, а впьслдствіи и муку. Посл сего я надлалъ изъ приготовленнаго раствора много разной посуды, горшковъ, мисокъ, кружекъ, тарелокъ и проч.; но вс эти сосуды не были годны для содержанія въ себ жидкостей и не могли противиться огню. Наконецъ одинъ случай указалъ мн, какъ должно поступать при дланіи посуды изъ глины. Однажды, приготовляя себ кушанье, я замтилъ въ огн кусокъ отъ однаго развалившагося горшка моего издлія. Кусокъ этотъ былъ сильно раскаленъ. Я вынулъ его изъ огня и, остудивши, сталъ разсматривать. Онъ быль твердъ какъ камень и красенъ какъ черепица.