Чтение онлайн

Но не тут, а только на другой день родилась у него мысль снять комнату у мистера Чаррингтона.

When he suggested it to Julia she had agreed with unexpected readiness.

Когда он сказал об этом Джулии, она на удивление быстро согласилась.

Both of them knew that it was lunacy.

Оба понимали, что это -- сумасшествие.

It was as though they were intentionally stepping nearer to their graves.

Они сознательно делали шаг к могиле.

As he sat waiting on the edge of the bed he thought again of the cellars of the Ministry of Love.

И сейчас, сидя на краю кровати, он думал о подвалах министерства любви.

It was curious how that predestined horror moved in and out of one's consciousness.

Интересно, как этот неотвратимый кошмар то уходит из твоего сознания, то возвращается.

There it lay, fixed in future times, preceding death as surely as 99 precedes 100.

Вот он поджидает тебя где-то в будущем, и смерть следует за ним так же, как за девяносто девятью следует сто.

One could not avoid it, but one could perhaps postpone it: and yet instead, every now and again, by a conscious, wilful act, one chose to shorten the interval before it happened.

Его не избежать, но оттянуть, наверное, можно; а вместо этого каждым таким поступком ты умышленно, добровольно его приближаешь.

At this moment there was a quick step on the stairs.

На лестнице послышались быстрые шаги.

Julia burst into the room.

В комнату ворвалась Джулия.

She was carrying a tool-bag of coarse brown canvas, such as he had sometimes seen her carrying to and fro at the Ministry.

У нее была коричневая брезентовая сумка для инструментов -- с такой он не раз видел ее в министерстве.

He started forward to take her in his arms, but she disengaged herself rather hurriedly, partly because she was still holding the tool-bag.

Он было обнял ее, но она поспешно освободилась -- может быть, потому, что еще держала сумку.

'Half a second,' she said. 'Just let me show you what I've brought.

– - Подожди, -- сказала она.
– - Дай покажу, что я притащила.

Did you bring some of that filthy Victory Coffee?

Ты принес эту гадость, кофе "Победа"?

I thought you would.

Так и знала.

You can chuck it away again, because we shan't be needing it.

Можешь отнести его туда, откуда взял, -- он не понадобится.

Look here.'

Смотри.

She fell on her knees, threw open the bag, and tumbled out some spanners and a screwdriver that filled the top part of it.

Она встала на колени, раскрыла сумку и вывалила лежавшие сверху гаечные ключи и отвертку.

Underneath were a number of neat paper packets.

Под ними были спрятаны аккуратные бумажные пакеты.

The first packet that she passed to Winston had a strange and yet vaguely familiar feeling.

В первом, который она протянула Уинстону, было что-то странное, но как будто знакомое на ощупь.

It was filled with some kind of heavy, sand-like stuff which yielded wherever you touched it.

Тяжелое вещество подавалось под пальцами, как песок.

' It isn't sugar?' he said.

– - Это не сахар?
– - спросил он.

'Real sugar.

– - Настоящий сахар.

Not saccharine, sugar.

Не сахарин, а сахар.

And here's a loaf of bread-proper white bread, not our bloody stuff--and a little pot of jam.

А вот батон хлеба -- порядочного белого хлеба, не нашей дряни... и баночка джема.

And here's a tin of milk--but look!

Тут банка молока... и смотри!

This is the one I'm really proud of.

Вот моя главная гордость!

I had to wrap a bit of sacking round it, because—'

Пришлось завернуть в мешковину, чтобы...

But she did not need to tell him why she had wrapped it up.

Но она могла не объяснять, зачем завернула.

The smell was already filling the room, a rich hot smell which seemed like an emanation from his early childhood, but which one did occasionally meet with even now, blowing down a passage-way before a door slammed, or diffusing itself mysteriously in a crowded street, sniffed for an instant and then lost again.

Запах уже наполнил комнату, густой и теплый; повеяло ранним детством, хотя и теперь случалось этот запах слышать: то в проулке им потянет до того, как захлопнулась дверь, то таинственно расплывется он вдруг в уличной толпе и тут же рассеется.

'It's coffee,' he murmured, 'real coffee.'

– - Кофе, -- пробормотал он, настоящий кофе.

' It's Inner Party coffee.

– - Кофе для внутренней партии.

There's a whole kilo here,' she said.

Целый килограмм.

'How did you manage to get hold of all these things?'

– - Где ты столько всякого достала?

' It's all Inner Party stuff.

– - Продукты для внутренней партии.

There's nothing those swine don't have, nothing.

У этих сволочей есть все на свете.

But of course waiters and servants and people pinch things, and--look, I got a little packet of tea as well.'

Но, конечно, официанты и челядь воруют... смотри, еще пакетик чаю.

Winston had squatted down beside her.

Уинстон сел рядом с ней на корточки.

He tore open a corner of the packet.

Он надорвал угол пакета.

' It's real tea.

– - И чай настоящий.