Чтение онлайн

Я пожимаю плечами, небрежно. — Если колпак подходит. Потому что, если бы ты внимал, то вспомнил бы, что все тёмнокровые учёные согласны: энергия загробной жизни нестабильна, неустойчива. Совершенно неисследована. Мы понятия не имеем, как духи меняются после перехода.

Глаза Чэда сужаются. Моё сердце учащённо бьётся. Он молчит. Идеально — пора добить.

— Загробная жизнь должна быть вечным покоем, Чэд. Кто знает, какие ужасы мы выпустим, пытаясь выдернуть души обратно, чтобы оживить наши защитные поля? И даже не заикайся про атакующие заклинания. Это целая дополнительная бочка энергии.

Уголок его губ дёргается в усмешке. Я теряю преимущество, но знала, что так будет.

— И именно поэтому, Бринн, — протягивает он, возобновляя движение, — мы тренируемся в полночь. Почему мы возрождаем жестокие испытания. Величайшие тёмнокровные ведьмы выковывались в катастрофах.

Я бормочу себе под нос: — Что ж, считайте, что меня нет.

Он не останавливается. — Не принимай на свой счёт. Я бы тоже предпочёл не быть спаренным с тобой.

Жар заливает мои щёки. — Прошу прощения?

Он пожимает плечами. — Ты — то, что в моих кругах называют Сэйлемом второго сорта.

Кровь во мне закипает. В сознании мелькает руна — всего лишь капля моей собственной крови, и я могла бы парализовать его на дни, а потом играть с ним, пока проклятье не спадёт.

— Как ты смеешь, — отрезаю я, каждая мышца дёргается, я уже представляю, как форма руны танцует на стене рядом с нами.

Чэд проходит через двустворчатые двери тренировочного зала, будто они из картона. Отлично. Хотя, с другой стороны, одной руны для него, наверное, будет мало. И мне нужно будет подобраться достаточно близко, чтобы добыть и его кровь, что кажется столь же вероятным, как и то, что бабушка Эстер запишется на йога-ретрит для чистокровок.

Он смеётся — действительно смеётся — над моим смертельным взглядом. — Расслабься, Бринн. Не нужно сходить с ума по-сэйлемски на мне. Я просто повторяю то, что все говорили, когда услышали, что мы в паре. «Бедный Чэд связался с Сэйлемом второго сорта».

— И кто именно эти «все»? — Мои пальцы дёргаются от желания начертить руну на его глупом лице.

Я и правда начинаю думать, как моя сестра. Две недели назад я расставляла раздел некромантии в библиотеке по алфавиту. А теперь фантазирую о том, как накладываю порчу на людей?

Чэд хлопает в ладоши, как какой-то театральный злодей, и факелы вокруг нас вспыхивают, заливая всё золотистым светом. Сквозь массивное окно в потолке луна наблюдает за нашей маленькой полуночной драмой. — Правда в том, что я надеялся на твою кузину Нив. Вот это ведьма с потенциалом. Но ты? — Он оглядывает меня, словно я разочаровывающий отзыв на книгу. — Книжные черви не переживут того, что грядёт.

— И всё же ты здесь, застрял в роли моего «наставника». Мы закончили с марафоном оскорблений?

— Это не оскорбление, если это правда. — Его голос безумно спокоен. — Признай, Бринн. Ты бы предпочла расставлять гримуары по алфавиту, чем стоять здесь со мной. *Он что, подсматривал за мной две недели назад?*

Я скрещиваю руки. — Без б. Я бы предпочла быть где угодно, но не здесь.

— Ты бы предпочла искать Эсме?

— Абсолютно верно! — Мой голос внезапно срывается.

— К сожалению, это не вариант для тебя, — отвечает он. — То, что произошло в Хитборне, превышает твои возможности адекватно реагировать и отвечать, по крайней мере, на данный момент. Поэтому нам и нужно тренироваться.

Ненавижу, когда Чэд говорит разумные вещи. Это как найти идеально организованный указатель в отвратительном учебнике. Лекция мамы с утра всё глубже проникает в мой мозг, словно один из тех навязчивых мотивчиков с радиостанций для чистокровок, которые Эсме тайком слушает.

— Я не согласна с решениями Даркбирч в последнее время, — говорю я, снова скрещивая руки, потому что первый раз явно был недостаточно выразителен.

— Ты не доверяешь их суждению.

— Я не доверяю их способности собирать точные данные. Типа, алло? В Хитборне же был настоящий дракон, и как долго? А мы не знали? Это как пропустить василиска в ванной. Тебе это не отдаёт incompetence?

Он отвечает той самой усмешкой, которая говорит, что я почти решила уравнение, но упустила переменную. Я бы взъерошилась от снисходительности, но это как когда профессор Мортимер позволяет тебе самой догадаться, какое ядовитое растение ты неправильно определила, прежде чем ты случайно убьёшь себя.

— Хочешь моё честное мнение? — спрашивает он.

— Разве беспощадная честность — не твой режим по умолчанию? Ты определённо любишь использовать её, чтобы бесить меня.

Лицо Чэда делает ту раздражающую штуку, когда он выглядит одновременно самодовольным и серьёзным. — Не думаю, что Даркбирч действительно не знал о Хитборне. У них было представление о том, что происходит, просто не все детали. Классическая фигня «по мере необходимости».

Погоди. Что? Я моргаю, глядя на него, временно забывая хмуриться. Возможно, это первый раз, когда он говорит что-то, от чего мне не хочется выбить ему зубы заклятьем. — Это чистой воды теория заговора. У Корвина был бы инсульт.

— Я почти уверен, что Корвин тоже был в курсе. Это просто моя теория. — Он пожимает этими нелепыми плечами. — Они послали Эсме найти ту магию, что ранила Джакса. Если бы они сказали ей: «Эй, мы думаем, там дракон», — она могла бы упустить что-то ещё важное. Сейчас, оглядываясь назад? Не самый худший план.

— Вау, — фыркаю я. — Потребовалось тебе целых пять секунд, чтобы защитить людей, которые по сути скормили мою сестру дракону.

Выражение лица Чэда твердеет. — Бринн, мы можем тратить время, играя в детективов, или можем готовиться к тому, что чистокровки нападут на нас со всем, что у них есть. Они поймали наших людей внутри. И, честно? Этот «дракон», наверное, спас твою сестру от смерти под пытками.

Тьфу. Ненавижу, когда Чэд говорит разумные вещи, будучи полным козлом. *Мы как хрестоматийный пример токсичных отношений, ожидающий своего часа.*

— А теперь хватит ныть и докажи, что я не прав, — добавляет он.

Я сужаю глаза. — В чём именно?

Его улыбка вся из зубов. — Не зря же тебя называют Сэйлемом второго сорта.

Мой пульс сходит с ума. Что-то горячее и густое застревает в горле, когда я расправляю плечи и смотрю на него сверху вниз. Чэд, проклятый Вэлгрейв со своей тупой идеальной линией челюсти, думает, что я недостаточно Сэйлем, чтобы сразиться с ним? Как бы не так.

Я не выбрала книги вместо кровопролития потому, что не справилась бы. Я выбрала их, потому что хотела. Потому что в отличие от остальной моей семьи, я не возбуждаюсь, наблюдая, как люди истекают кровью.