Чтение онлайн

Сраош закивал. Девчонка, держась обеими руками за затылок, высунулась из-за тумбы и впилась в Зара взглядом, полным ненависти.

– Идиот, – прошипела она. – Скоро жалеть будешь. Это – дурацкий поступок…

Ее взгляд остановился на шее старика. Тут ее лицо окаменело. Не нравится? То-то… Зар с еще большей силой надавил пластиковым обломком. Он не видел, но, наверняка, в том месте, где обломок уперся в кожу, выступила капелька крови.

Губы Елены вздрогнули, но она не проронила ни слова. Сраош тоже молчал как истукан. Стало даже слышно, как за окошком шелестит дождь.

– Ладно, – проговорил Зар, смягчив тон. – Теперь старик и его помощник молчат, а ты понятным русским языком объясняешь, что к чему. Только по делу. Советую царей не упоминать. Разных там храмов и прочих древностей – тоже. Ясно тебе?

Она кивнула.

– Тогда начинай. Только не пытайся хитрить. Постарайся говорить так, чтобы у меня оставалось как можно меньше подозрений.

Девушка еще раз потерла ушибленный затылок, взялась за край тумбы и встала на ноги.

– Если вы его убьете, у вас не останется шансов выжить в этом мире, – сказала она.

Зар не отвечал, только хмуро сверлил ее глазами. Какое-то время девушка пыталась играть в гляделки, но в конце концов не выдержала. На лице ее отобразилась мука – она сдалась. Елена вопросительно посмотрела на деда. Видимо, получив немое согласие, произнесла:

– Да, это действительно я подожгла музей. Там, в зале экспонатов, стоит чаша вечного огня. Она из настоящего древнего зороастрийского храма. Этот храм был обнаружен в тысяча девятьсот тридцать втором году в горах Туркмении. Мало кто знает о настоящем назначении чаши. Ей около шестисот лет. Чашу создали средневековые маги. Она не такая мощная, как эта. – Елена указала рукой на каменный сосуд, что стоял рядом с ней на тумбе. – Но все же долгое время чаша участвовала в великом процессе, а главное, она по-прежнему функциональна.

Сделав короткую паузу, девушка впилась взглядом в деда: все ли я правильно говорю? Старик едва заметно кивнул.

Елена продолжила рассказ:

– Кроме той чаши в зале экспонатов ничего ценного и подлинного нет. Я принесла с собой уголек из костра, подготовленного особым способом. При помощи него и бумаги устроила пожар. – На щеках у нее выступил румянец. – В глубине души я, конечно же, надеялась, что пожар потушат до того, как провалится пол, и люди не пострадают… Пока огонь разгорался, я готовилась к переходу. Когда пошел дым, легла на пол. Дождавшись, когда пламя наберет силы, я открыла дверь. За секунду до этого появились вы.

Елена вздохнула, покосилась на каменную чашу. В ней с новой силой заполыхал огонь.

– Теперь попытаюсь объяснить, зачем устроила пожар, – сказала девушка. – Видите огонь? Это священный огонь Светлого Атара. Он связывает времена и пространства. Для того чтобы ритуал имел достаточно сильное действие, необходима группа подготовленных людей. В Питере есть община последователей традиционного зороастризма. С некоторыми из них я знакома. Но для того, чтобы оказать мне помощь, нужны были люди другого рода. Шаманы, даже маги, – хоть на самом деле зороастризм и не приемлет подобного ремесла. И поэтому нам с дедушкой пришлось обойтись своими силами. Но дедушка находился в далеком прошлом. Это – Храм Огня. Между этим местом и тем, что в музее, надо было установить сильную энергетическую связь. Та чаша, о которой я только что вам говорила, сама по себе не в силах создать столько энергии. Слишком долго ее не использовали. Поэтому огня потребовалось много…

Елена говорила, не отводя взгляда от шеи старика, но Зар так и не ослабил давление обломка. Он внимательно слушал, ловя каждую интонацию. В голосе Елены не было той притворной искренности, которую приходилось слышать в возбужденных уговорах уличных жуликов. Елена говорила сбивчиво, но с серьезностью, за которой чувствовалась вполне понятная тревога.

– Ритуальное действо совершилось, – сказала она. – Все прошло успешно. Как это ни фантастически звучит, наши с вами тела пронизали толщу времен. Теперь мы действительно находимся в древнем государстве – Эламе. Я прибыла сюда с важной миссией. Что это за миссия, каким образом попал сюда дедушка и как он связался со мной, к данному разговору отношения не имеет. Мы пока не знаем, как вас вернуть обратно. Некоторое время вам придется находиться в этом мире. Но вам надо перестать набрасываться на людей, которые не желают вам зла. Господина Сраоша я, как и вы, вижу впервые. Знаю о нем только то, что он дедушкин помощник. Убеждена, что Сраош не собирался вам причинить никакого вреда и пострадал безвинно, так же как и дедушка. Теперь прошу, отпустите дедушку.

Нет уж, – подумал Зар, – надо бы связать их всех. И пойти в разведку. Другого выхода нет. Надо самому разузнать что там и как. Попытаться выяснить, что за местность. И главное – исключить эту сумасшедшую версию, которую ему навязывают девчонка и ее сообщники, и которая уже, черт побери, начала сеять в душе сомнения: а что, если и вправду?

– Как насчет доказательств? – спросил Зар.

Елена медленно кивнула.

– За стенами храма их предостаточно. А пока – просто поверьте.

Нет, мошенники таких историй никогда не придумывают. Версия с перемещением во времени не годится для того, чтобы мозги пудрить и ослаблять внимание свидетеля. Вряд ли уважающий себя аферист стал бы рассказывать кому-нибудь подобные бредни. И с каких это пор мошенники начали грабить музеи, а затем перетаскивать бессознательных свидетелей в свое логово, выряжаться попами и поить молоком?

Из слов девушки, интонации, с которой она говорила, вполне можно было заключить: убедить она не пытается, – просто констатирует факт. Безумный, невероятный факт.

И все же связать их не помешает. Так будет легче контролировать ситуацию. Зар порыскал взглядом по одеждам ряженых, пытаясь сообразить, из чего бы смастерить веревку.

В голове тем временем коварно запульсировала мысль: а что, если все это действительно правда, черт побери?

– Смиритесь, – тихо сказал Дмитрий Максимович. – Нет другого выхода. Если вы свяжете нас и пойдете в разведку, это может закончиться плохо для всех нас. Вы не знаете территории дворца. Не представляете его внутреннего устройства, существующих правил, языка.

Он читает мысли! – Зара словно ударило.

– По ночам на территории храмовника и обсерваторий комендантский час, – продолжал старик,. – Мы здесь вне закона, но наш храм стоит на отшибе, сюда стража не заходит. Однако если вы приблизитесь к пригороду, не говоря уже о дворцовой площади, царских конюшнях и храме Варуны, вас заметят, и вам придется либо спасаться бегством, либо вступить в драку, но охранники в отличие от вас вооружены луками, стрелами, мечами и копьями. Даже если вам удастся бежать, объявят тревогу. Начнется расследование, поиски. Рано или поздно вас поймают и убьют. На этом все и кончится. Кроме нас в этом мире у вас нет ни одного знакомого человека, ни одного вашего современника, ни одного русского, даже ни одного славянина. Вы в чужом мире, Назар. Поймите это и смиритесь.

Последнее перышко упало на чашу весов, нагруженную безумными, нелепыми сведениями; другая чаша, наполненная вполне естественными сомнениями, неожиданно оказалась легче и медленно поползла вверх.

4

Зар отпустил руку старика. Тот с негромким кряхтением ее выпрямил. Елена немедленно бросилась к нему, обняла, но Дмитрий Максимович, ласково улыбнувшись в усы, отстранил ее.

– Часа через два будет светать, – сказал он. – Пора уходить.

Он повернулся к своему компаньону и проговорил:

– Прости своего потомка, мой дорогой Сраош. Поверь, если бы тебе довелось очутиться в двадцать первом веке, твоя реакция была бы не менее бурной.

Сраош подал Дмитрию Максимовичу упавший колпак и смиренно поклонился.

– Итак, Сраош, ты отводишь Назара к себе, – сказал старик, обращаясь ко всем, – а я веду Елену к себе, как и решено было раньше. Поскольку игрою случая у нас появился еще один подпольщик, мне надо будет прямо с утра заняться обустройством его быта. У Назара должна быть пища, одежда, кров. Так как он не просто иноплеменник, а пришелец, непохожий своей речью ни на кого из известных в Аншане чужеземцев, то до тех пор, пока худо-бедно не овладеет эламским, персидским или арамейским, Назара нельзя выводить в свет. Я предчувствую, что с возвращением царевича Ханры из Египта политическая ситуация в Эламе может стать другой. Тогда изменится и мое положение при царском дворе, поэтому всем нам надо поторопиться и проявить усердие. Обо все остальном поговорим утром. А теперь, Сраош, подбрось-ка дровишек в огонь, и покинем храм.