Чтение онлайн

В разжиженную глину были втоптаны гниющие очистки овощей, прелые щепки и прочий мусор. В воздухе стояла вонь испражнений.

Ехать надо было быстрее, но Зар опасался подгонять коня, ибо это могло привести к травме. Сзади его окликнули, а может, кричали и не ему, – в любом случае он решил не оборачиваться. Оклик повторился, затем послышался стук копыт, перешедший в чавканье по грязи.

Проезд не расширялся, но и не становился уже. Впереди, метрах в семи, был поворот влево. Зара беспокоило, что он может попасть в тупик, но за поворотом виднелся переулок. С трудом повернув коня в столь узком месте, Зар двинулся дальше. Задворки, по которым он ехал, были настолько омерзительными, что внезапно у Зара появилась надежда на то, что ратник не захочет двигаться следом, но, видимо, стражника нельзя было напугать ни скверным запахом, ни видом разлагающегося мусора, и вскоре Зар снова услышал позади приближающееся чавканье копыт.

Очередной переулок оказался окраиной этого мрачного скопления лачуг. Впереди глина переходила в плотный желтоватый грунт. В нескольких метрах от стены начинался обрыв, за которым тянулся большой овраг. Слева лачуги примыкали к оврагу, справа вытоптанная дорожка сворачивала и, судя по всему, выводила на одну из городских улиц, а прямо перед Заром, на самой кромке обрыва, примостился небольшой сараишко с распахнутой дверью.

Зар быстро оглянулся. Ратник еще не успел показаться в проезде. Развернув коня вправо, Зар соскочил с него и поддал кулаком по ребрам. Белогривый поскакал по дорожке, а Зар, волоча больную ногу, бросился в сарай.

Он быстро захлопнул за собой дверь и прильнул глазом к щели. В этот самый момент из-за покосившейся стены деревянной лачуги показалась морда гнедого, на котором ехал ратник. Зар осмотрелся. Увидел на земле какой-то колышек, схватил его и, заняв оборонительную позу, затаил дыхание. Прислушиваясь к приближающемуся чавканью копыт, он приготовился нанести удар, если ратник вздумает заглянуть в сарай. В щели хорошо был виден силуэт приближающегося всадника, но к счастью, конь, выехав на дорожку, не останавливаясь ни на секунду, повернул и двинулся дальше.

Может, это обычный дозор? Стражник просто едет по своему маршруту.

Зар отложил колышек, припал к стене, отыскал щель, но всадника уже не было видно.

Подождав, пока глаза привыкнут к полумраку, Зар стал изучать помещение. Грунтовый пол, усеянный битыми черепками и мусором; подгнившие снизу стены; на одной из стен полка, на которой можно сидеть; в углу небольшая кучка гравия. И еще колышек, который он только что отбросил.

Обследовав дверь, Зар обнаружил петли для щеколды – одну на двери, другую на дверной коробке. Петли имели круглую форму, и колышек идеально подошел для того, чтобы запереть дверь.

Теперь можно было отдохнуть и проанализировать ситуацию.

Что это за сарай? Чье-то брошенное жилище? Какая-нибудь кладовка? А может, место для свиданий?

Зар сел на полку и первым делом стащил с правой ноги кожаный бутс. Стопа порядочно распухла и в сумраке сарая казалась темно-серой. Зар придавил пальцем, осталась выемка. М-да, отек серьезный, за пару дней не рассосется. Зар задрал штанину. Голень сбоку и сзади была покрыта темными полосами.

– Уроды, – процедил Зар сквозь зубы.

Не мешало приложить к ноге что-нибудь мокрое и холодное, но ничего под рукой не было. Также хотелось пить, но пока мысли о воде и пище Зар отодвинул как можно дальше. Сначала стоит чуток передохнуть. Он стащил второй бутс, затем осторожно улегся на полке. Полка скрипнула, но выдержала.

Стрелки его биологических часов указывали на то, что в тех местах, откуда он пришел, скоро вечер. Что подумали ребята, обнаружив его исчезновение? Что предпринял капитан Зайцев? Должно быть, матери уже позвонили. Небось, извелась вся, а ведь она на седьмом месяце. У Зара заныло в груди. Черт, ты ведь так хотел, чтобы твоя жизнь круто изменилась!

Зар закинул правую, травмированную, ногу поверх левой, согнутой в колене, сообразив, что так легче будет сходить отеку, попытался отогнать мрачные мысли и на какое-то время погрузился в полудрему.

Не прошло и пяти минут, как из этого состояния его вывел топот лошадиных копыт. Шум наполнил маленькое пространство сарая: явно лошадей было несколько, даже по стенам прошла вибрация.

Зар вскочил и чуть не грохнулся наземь. Нога стала как деревянная и не хотела слушаться. Подобравшись к стене, Зар заглянул в щель.

– Эх, белогривый… – вырвался у него тихий стон.

Конь, не найдя дороги домой, вернулся туда, где его бросил последний хозяин, и привел с собой еще пятерых всадников. Четверо приехали на гнедых конях, пятый был облачен в медь и восседал на белом жеребце. А недавний товарищ Зара – белогривый – стоял у самой двери и тянулся мордой к порогу.

Персы заинтересованно смотрели на сарай. Один из них спешился, подошел к коню, отстранил его и лягнул ногой в дверь.

Не хотелось думать о смерти, но осознание поражения волной накатилось на Зара. В отчаянии он бросился на полку; сел, широко раскинув ноги, забыв о боли, и обхватил голову руками.

Ох, ты и дурень. Удача была с тобой, а ты себя как болван повел. Вместо того чтобы бежать, вырваться из этого первобытного города, ты отправился на экскурсию, разъезжал как турист, щеголяя павлиньим нарядом и краденым конем.

Теперь надежды быть не может. Тебя ждет казнь, и ничто уже не спасет. Ибо теперь ты преступник вдвойне.

Тут Зар увидел себя как бы со стороны. Вопреки осознанию поражения он бросился к противоположной от двери стене, упал на колени и начал рыть пальцами каменистую глину.

Был бы с тобой кинжал, которым ты подпер дверь той коморки, где ратников заточил, сейчас можно было бы вырыть ход. Но голым рукам это сделать не под силу. Грунт состоит в основном из плотного шершавого известняка, и, хоть и требуется в нем вырыть всего лишь проем пятьдесят на пятьдесят сантиметров, чтобы оказаться на краю обрыва, сделать это нет никакой возможности. Проклятье!

Тем временем стражники уже изо всех сил пытались взломать дверь, но она оказалась на удивление крепкой. Несколько тяжелых ударов не дали результатов.

Зар ожидал, что дверь вышибут одним сильным толчком, но вдруг понял, что есть еще какое-то время на раздумья. Однако думать он не стал, а, ломая ногти и сдирая кожу, принялся с остервенением ковырять известняк.

В щель между досками хорошо виден противоположный склон оврага – покатый и глинистый. Если под Заром такой же, то был бы шанс не разбиться.

Зар саданул кулаком по доске, но дерево оказалось твердой породы и отозвалось на удар каким-то металлическим звоном.

– Чччччерттт!.. – простонал Зар в бессильной злобе.