Алиса Коонен: «Моя стихия – большие внутренние волненья». Дневники. 1904–1950
Шрифт:
Днем.
Опять тоскливо… Ноет душа… Так тяжело! Так тяжело! Отчего? – Определенно даже ответить не могу. Сегодня Коренева подчитывала Аню, и очень хорошо, и опять как-то не по себе сделалось: [что. – зачеркнуто] если мне дадут Аню – я буду чувствовать себя в преглупом положении, как-то неловко будет перед Кореневой 204 … Не должно этого быть, иначе трудно будет мне на сцене…
После спектакля («3 сестры»).
Взбудораженная я очень…
204
Сегодня Коренева подчитывала Аню, и очень хорошо, и опять как-то не по себе сделалось: если мне дадут Аню — я буду чувствовать себя в преглупом положении, как-то неловко будет перед Кореневой… – Аню в «Вишневом саде» Л. М. Коренева сыграла, а А. Г. Коонен – нет.
На душе странно – трепетно…
Не думаю, чтоб это было хорошо…
Очевидно, подстерегает что-то [из-за угла. – вымарано] скверное.
Господи! Как хочется стряхнуть с себя все нечистое, как хотелось бы иметь душу ясную, светящуюся…
Сейчас с «Вишневого сада»…
Кажется – сколько ни смотри, и всегда будешь приходить домой чуть не обалделой.
Через месяц – Рождество…
Хороший праздник…
А скоро год, как мы отправлялись за границу…
Господи! Как время-то летит!
Ужас!
Сегодня днем была репетиция «Бранда» III картины. Первый раз нынче сказала свои реплики хорошо. Это очень как-то подняло настроение… Приятно… Василий Иванович сегодня поздоровался со мной и, к чему – не знаю, сказал кому-то – «наша будущая гордость»…
Очевидно, и он что-то слышал про меня… Но почему никогда ничего не говорил? – вероятно, думает, что я могу возгордиться. Хороший мой! Чудный мой! Любимый…
Кто на земле лучше тебя?!
Василий Васильевич [Лужский] сегодня угадывал – кем я увлекаюсь в театре: сначала сказал – В. И.К., а потом – В. И.Н. Д. …
Я ничуть не смутилась, засмеялась и сказала, что он попал пальцем в небо.
Кажется, он поверил, что ошибся. Славный Василий Васильевич – очень!
Хорошая душа! Мне кажется, я могла бы быть его [добрым. – вымарано] хорошим другом… [желала бы. – вымарано] быть с ним очень откровенной!
Последнее время не отходит от меня Братушка [С. С. Киров]…
Мне он после тюрьмы стал как-то симпатичнее, я много говорю с ним и как-то хорошо себя чувствую в его обществе. Теплый он, душевный 205 .
Сегодня утром пришла в театр – скучища страшная. На уроке прямо томительно. Удрала с малой сцены вниз. Скоро пришли Василий Иванович и Званцев; Василий Иванович из лечебницы Майкопа, после душа – свежий, бодрый, хороший. Пошли все в фойе: они пили чай, а я сидела так. Василий Иванович заботливо прикрыл окно шторой, чтоб мне не дуло… Сидели долго… говорили, так просто, хорошо… Несколько раз ловила на себе этот его «особенный» взгляд…
205
Мне он после тюрьмы стал как-то симпатичнее, я много говорю с ним и как-то хорошо себя чувствую в его обществе. Теплый он, душевный. – Выйдя на свободу, С. С. Киров вернулся в МХТ. А. Г. Коонен вспоминала: «Из тюрьмы я получала от него очень поэтичные письма, в которых он рассказывал о красотах родной природы и заранее приглашал меня к себе в гости» (Коонен А. Г. Страницы жизни. С. 46).
И каждый раз он улыбался, а я переводила глаза куда-нибудь в угол. Говорили о провинции. Василий Иванович говорил, что я и понятия о провинции не имею, если смотрю так светло на свое будущее…
Он говорил, что это такой ужас, такая яма, что не дай бог 206 … Но меня не ужаснул ни одним словом: мне так хорошо было сидеть тут, с ним, так просто, [как с [нрзб.] знакомым. – вымарано] болтать, смеяться, чувствовать себя оживленной и интересной!
206
Говорили о провинции. <…> Он говорил, что это такой ужас, такая яма, что не дай бог… – В. И. Качалов сам прошел «школу провинции», играя в Казанско-Саратовском товариществе актеров М. М. Бородая по 30–70 ролей за полусезон.
Он говорил о тех разочарованиях, которые неминуемо должны постигнуть меня, а я слушала его голос, чувствовала, что он так близко, и душа волновалась трепетной радостью, лицо улыбалось, и никакие ужасы будущего не смущали душу.
Мне хорошо… Сейчас с репетиции 7-й картины 207 . Не знаю, случайно или умышленно Василий Иванович во время монолога обнял мою голову и прижал к себе… Обыкновенно ему попадалась Полуэктова 208 , но сегодня, несмотря на то что она стояла передо мной, первая к нему, он положил руку на мою голову и затем тихо, незаметно привлек к себе…
207
Сейчас с репетиции 7-й картины. – Речь идет о репетициях спектакля «Бранд» Г. Ибсена.
208
Полуэктова (Четыркина) Надежда Владимировна – ученица Школы и актриса МХТ в 1906–1908 гг.
Я вся трепетала…
Господи! Что будет?! Чем все это кончится?!
В [четверг. – зачеркнуто] понедельник будет смотреть меня Константин Сергеевич [Станиславский].
Волнуюсь…
Не могу заниматься последнее время… Опять личное чувство, [забросила все. – вымарано] заполнило всю душу, и посему – на сцене – пень пнем. Скверно!
9 часов.
Тишина сейчас страшная…
Никого нет в доме… Я одна… Только часы – мерно отбивают «тик-так, тик-так»… И больше ни звука…
Иногда такая тишина приятна… Хорошо думается как-то…
Воспоминания ползут, мечты охватывают душу…
Большие, сильные, красивые.
Сегодня на душе скверно: тускло, уныло… И день – такой сырой, слякотный, туманный. Обыкновенно хоть воздух помогает: как охватит морозной крепостью, обвеет свежим сильным ветром, – вся тоска разом пропадает, и легко на душе становится, и жить хочется – страстно!
А сегодня воздух – тяжелый, душный, висит как-то без движенья… Неприятно… Скучно!
Сегодня репетировали «Снегурку», и было ужасно! А у меня, кажется, хуже всех…
Печально…
Главное – то, что я ничуть не волнуюсь, и вообще за последнее время стала какая-то равнодушная…
Нужно иначе жить! Больше впечатлений, что ли! А то я кисну, кисну невыносимо!
Вахтанг [Мчеделов] недавно мне сказал, что для того, чтобы достигнуть полного счастья, полного удовлетворения, мне необходимо вырасти, перестать быть девочкой…
Последнее время я вот думаю, и мне кажется – он прав. Когда Василий Иванович увидит, что я уже не ребенок, увидит во мне женщину – он полюбит меня… Я убеждена в этом… Может быть, глупо утешать себя [этим. – вымарано] подобными надеждами, но я в это верю почему-то страшно! Он полюбит меня! Непременно. Я знаю это! Я знаю это!
С Кореневой мы последнее время в каких-то натянутых отношениях, не знаю, отчего это. Она все время с Андрюшей [М. А. Андреевой (Ольчевой)], а я – то одна, то с кем-нибудь из мальчиков.