Амулет Святовита. Вторая часть
Шрифт:
– Странная корчма какая-то, - сказал Прок, снова закладывая руки за голову.
– Да, что-то такое тут есть, - кивнул Мартин.
– Хозяин сам на разбойника похож - хотя вроде владыку Бортня знает. А ежели хотел бы нас прирезать - уже бы мы, как миленькие, валялись бы где-нибудь в сточной канаве или в лесу под корягами, и никакие запоры тут бы не помогли.
– Это точно, - широко зевнул Прок, закрывая глаза.
Мартин с интересом посмотрел на него, а затем, растянувшись в улыбке, сказал:
– Слышь, Пеколс, ты, я смотрю, вконец обнаглел! Вылеживаешься здесь, будто кумушка на сеновале. Кто из нас слуга? А ну, живо вылезай из-под одеяла да подай кувшин с водой - умываться самое время!
Пеколс вскочил, будто ужаленный, и недовольно буркнул:
– Ну, кому слуга, а кому и нет вовсе...
Но, тем не менее, потянулся за своей одеждой.
Мартин хмыкнул и мотнул головой.
И в этот миг Лиго вдруг застонал и схватился за грудь.
Мартин и Прок тут же бросились к нему.
– Что, что случилось?
– наперебой загалдели они.
Лиго лежал с расширенными от боли глазами, сцепив зубы и затаив дыхание. А затем, будто его внезапно выпустили из когтистых лап, шумно выдохнул и сел на кровати, тяжело дыша. Лоб земника покрылся капельками холодного пота.
– З-з-заколка...
– еле вымолвил он, растирая грудь.
И посмотрел на друзей виноватыми глазами.
Дрожащей рукой Лиго полез за пазуху и осторожно вытащил оттуда кожаный гайтан с подарком волхва.
Земники ахнули - гайтан был весь покрыт инеем, будто только что вынутый из глубокого ледника. Лиго не верил своим глазам - и опасливо, путаясь дрожащими пальцами, стал развязывать его.
Из гайтана пахнуло морозом - и студеный воздух выпорхнул оттуда стылой белесоватой испариной. Заколка льдисто синела в глубине, будто сморщившись в размерах - и чуть слышно подрагивала, будто в нее саму кто-то вонзил свою когтистую лапу.
Студеный воздух вышел. Иней на гайтане стал понемногу оттаивать - и вместе с ним стала оттаивать и заколка, замерцала еле слышной теплой искоркой где-то далеко в глубине.
– Вот тебе раз...
– чуть слышно прошептал Мартин.
– Что это было-то?
Лиго хорошенько потер грудь, еще раз шумно выдохнул и осторожно пошевелился. Ноющая боль, что всё еще держала земника в своих руках, также постепенно сходила на нет.
– Вы в порядке, хозяин?
– стал трясти его за плечи насмерть перепуганный Пеколс.
Лиго немного посторонился, отводя руки старого слуги.
– Уже всё хорошо, - сказал Лиго и затем, прислушавшись к себе еще раз, добавил: - Ну, или почти...
– Ты точно в порядке?
– переспросил Мартин, внимательно глядя на товарища.
– Может, лучше полежишь немного?
– А я что делаю?
– слабо улыбнулся Лиго и, завязав гайтан, снова спрятал его на груди.
Мартин осторожно указал на заколку и спросил:
– А ежели эта штука снова тебя схватит?
Лиго пожал плечами:
– Ну что ж, значит, так тому и быть.
И, повернувшись к Пеколсу, сказал:
– По-моему, там кто-то грозился воды принести для умывания?
И, видно было, что через боль, подмигнул.
Пеколс мигом метнулся в угол за тазом и водой, и стал сливать своему хозяину.
Лиго потер глаза, поплескал себе в лицо и потянулся за услужливо поданным рушником.
– А мне?
– спросил Мартин.
– А вы, сударь, и без моей помощи как-нибудь обойдетесь!
– отрезал Пеколс.
Мартин хмыкнул и стал шумно плескаться и фыркать над медным тазом, разбрызгивая во все стороны воду.
– Я смотрю, друже, тебе мало луж за окном, - улыбнулся Лиго, глядя на дружинника, - так ты решил их завести еще и прямо здесь!
Но Мартин только хохотнул в ответ - вытереть пол, по его мнению, было кому.
И в этот миг снова раздался стук в дверь - а затем весь дом и подворье будто взорвались: кто-то истошно закричал, с треском захлопали двери, громко затопотали тяжелые башмаки по лестницам, всё вокруг наполнилось невероятным шумом и гамом.
Земники переглянулись. Мартин мокрыми руками схватил меч и резко распахнул дверь. За ней уже никого не было - от служки уже и след простыл. Вокруг суетились и бегали постояльцы, не понимавшие, что происходит. А на пороге, чудом не затоптанный множеством ног, стоял поднос с дымящимся завтраком земников.
***
Утро, и без того мрачное, было испорчено окончательно.
Решили спуститься вниз да разузнать, что случилось.
В корчме стояла несусветная суматоха - кто-то бегал, кто-кто кричал, и земников пару раз чуть вовсе не сбили с ног. Наконец Мартин крепко ухватил за локоть пробегавшего мимо щуплого невзрачного мужичонку и, хорошенько тряхнув, спросил:
– Что стряслось-то?
Мужичок щурил сверху осоловелые глазки на наглого земника, но, поскольку и сам ростом был ненамного выше любого барздука, дернулся разок-другой и, наконец, промямлил:
– А это, ночью тут закололи одного постояльца...
– Ночью? Здесь?
– страшно выпучил глаза Мартин.
А Лиго и Прок поневоле схватились за свои секиры.
– Ну не прям здесь, - зашамкал мужичонка, утирая сопливый нос, - а недалече, за воротами в лесу. И обоз, говорят, какой-то тоже разбили на тракте.
И вдруг снова резко дернулся. На этот раз Мартин его не смог удержать, и мужичонка шустро юркнул между столами и помчался к выходу, что-то ворча на ходу и недовольно оглядываясь.
– А кого зарезали хоть?
– крикнул ему вдогонку дружинник, но мужичок уже испарился за дверью.
Мартин зло сплюнул под ноги.
– Витязя, говорят, знатного какого-то закололи, - вдруг над самым ухом сказал чей-то голос.
– И не просто так, а, бают, целая стая волколаков.
Земники вздрогнули от плохого предчувствия и быстро оглянулись - за столом сидел вчерашний острослов в темном плаще и пыхтел своей пенковой трубкой, с какой-то жесткой хитринкой посматривая на барздуков.