Чтение онлайн

– Вы чуть не раздробили мне пальцы своей тростью, грубиян. Должна сказать, что я не понимаю вашего поведения, месье Дегре.

– Ваше понять не легче - и согласиться с ним тоже, - ответил чиновник. Он пододвинул стул и уселся на него верхом. На Дегре не было ни официального парика, ни обычного строгого костюма. Одетый в поношенное пальто, в которое он наряжался, отправляясь в тайные экспедиции, Дегре выглядел как типичный полицейский.

Анжелика тоже была одета как простолюдинка и сидела, скрестив перед собою босые ноги.

– Вы действительно явились в такое время, чтобы повидаться со мной? спросила она.

– Да.

– Значит, вы обдумали свое неоправданное обращение со мной и не смогли дождаться рассвета, чтобы принести извинения?

– Вовсе нет. Но раз вы столько раз твердили, что вам совершенно необходимо повидаться со мной, я не мог ждать до утра, - он сделал обреченный жест.
– Раз вы не хотите понять, что с меня вас хватит и что я не хочу даже слышать о вас, у меня тем более были причины прийти.

– Это ужасно важно, Дегре.

– Разумеется, важно. Уж я вас знаю. Ничто не заставит вас побеспокоить полицию шутки ради. С вами всегда приключается что-то важное - то вас чуть не убивают, то вы готовы покончить с собой, то вы решили вовлечь королевское семейство в дьявольский скандал, то вы не повинуетесь Папе. Откуда мне знать?

– Дегре, вы никогда не заставали меня врасплох.

– Это меня и возмущает. Вы никогда не оказывались замешанной в дурацкие истории, неприличные для уважающей себя женщины. У вас вечно что-то вот-вот случится, но каждый раз - ничего серьезного. Когда имеешь дело с вами, не нужно ничего делать - приходится лишь молиться о том, чтобы не опоздать. И вот, как видите, я здесь - и тоже вовремя.

– Дегре, не сможете ли вы помочь мне еще раз?

– Посмотрим, - сказал он мрачно.
– Сначала, скажите, о чем речь.

– Почему вы вошли через окно?

– Не делайте вид, будто не знаете, почему. Разве вы не заметили, что уже неделю как за вами следит полиция?

– Следит полиция? За мной?

– Конечно. Составляются подробнейшие отчеты о том, куда выходит и откуда приходит мадам дю Плесси-Белльер. Нет в Париже такого угла, куда вы могли бы забраться, обойдясь без двух или трех ангелов-хранителей. Каждое ваше письмо будет выкрадено и внимательно прочитано, прежде чем оно попадет по назначению. У всех ворот города вас поджидают сторожа. В какую бы сторону вы ни направились, вам не сделать и ста шагов без сопровождения. Весьма высокопоставленный офицер персонально отвечает за ваше присутствие в столице.

– Кто же это?

– Заместитель самого господина де Ла Рени, некто Дегре. Быть может, вам приходилось о нем слышать?

– Вы хотите сказать, что вам приказано следить за мной и препятствовать моему выезду из Парижа?
– удивилась Анжелика.

– Вот именно. Как вы можете понять, в таких обстоятельствах я не мог открыто принять вас. Я едва отделался от вас, сидя в карете на глазах у тех, кого сам же поставил следить за вами.

– Кто дал вам это унизительное поручение?

– Король.

– Король? Почему?

– Его величество не посвятил меня в это дело, но вы сами должны догадываться, почему, не так ли? Я знаю лишь одно: король не хочет, чтобы вы покидали Париж. Я должен действовать в соответствии с этим. Во всем остальном - чем я могу быть вам полезен? Что изволите приказать вашему верному слуге?

Анжелика нервно зажала ладони между колен. Итак, король не доверяет ей! Он не допускает и мысли, что она ослушается его, но удерживает ее силой до тех пор... до тех пор, пока она не уступит его желанию. Но этому не бывать!

Глядя на нее, Дегре думал, что в этом простом платье, босая, она похожа на птицу, лихорадочно оглядывающуюся в поисках выхода из ловушки. Золоченая клетка, в которой она жила в роскоши, казалась неподходящим местом для этой женщины, отвергшей роскошные наряды. В самом деле, она отделалась даже от своей обычной манерности и казалась чужой в обстановке, которую сама же для себя создала. Внезапно она до того напомнила Дегре одинокую маленькую босоногую пастушку, что он растрогался. Он отбросил пришедшую ему в голову мысль, что она не создана для этого мира, что все это - лишь недоразумение.

* * *

– Ну, так в чем же дело? Что вы хотите от своего слуги?
– произнес он вслух.

Анжелика пристально рассматривала его в мягком свете ночника.

– Вы хотите помочь мне?
– повторила она.

– Да, при условии, что вы перестанете строить глазки и будете соблюдать дистанцию. Оставайтесь на месте, - приказал он, когда она сделала движение в его сторону.
– Сейчас не время для удовольствий. Не мучьте меня напрасными надеждами, - Дегре вытащил трубку и погрузил ее в кисет.
– Продолжайте, дорогая, рассказывайте мне все.

Анжелике нравилась его манера говорить с ней - будто он был ее исповедником. Так ей было легче.

– Мой муж жив, - сказала она.

– Который?
– спросил он, не моргнув глазом.
– Насколько мне известно, их было двое, и оба вроде бы на том свете. Один был сожжен на костре, другому оторвало голову в сражении. Или был еще третий?

– Не притворяйтесь, что не знаете, о чем я говорю, Дегре, - покачала головой Анжелика.
– Мой муж жив. Он не был сожжен на Гревской площади согласно приговору. В последний момент король простил его, и его похитили. Король сам сказал мне об этом. Мой муж, граф де Пейрак, был спасен от костра, однако он все еще считался опасным для королевства, и его должны были тайно поместить в тюрьму вне Парижа. Но он бежал. Взгляните, доказательства в этих бумагах.

Полицейский офицер прижимал трут к чашечке своей трубки. Попыхтев немного, он старательно убрал трут и отвел в сторону досье, которое она ему протягивала.

– Незачем. Я знаю, что в нем.

– Знаете?
– в замешательстве повторила Анжелика.
– Вы уже просматривали все эти бумаги?

– Да.

– Когда, бога ради?

– Несколько лет назад. Да, я несколько удивился. Я только что купил должность офицера полиции и считал, что с моей стороны будет умно, если я забуду некоторые вещи. Никто уже не помнит "невзрачного адвоката", у которого хватило глупости взяться за защиту колдуна, представшего перед судом. Все дело было сожжено, однако оно иногда неожиданно опять всплывает в памяти. Люди мало что забывают. Я искал. Я притаился. Вы знаете, полицейский может проникнуть почти везде. В конце концов я нашел это. Я прочел.

– И не сказали мне!
– прошептала она.

– Нет.

Он внимательно глядел на нее через клубы выдыхаемого дыма, а в ней зарождалась ненависть к нему и к его отвратительной манере узнавать все тайком, по-кошачьи. Он больше не мог любить ее. Он избавился от этой слабости. Он всегда бывал сильнее ее.

– Помните, дорогая, - сказал он наконец, - тот вечер, когда вы распрощались со мной в своей шоколадной лавке? Вы как раз сообщили мне, что собираетесь замуж за маркиза дю Плесси-Белльер. В порыве откровенности, присущей женщинам, высказали: "Несмешно ли, Дегре - я не оставляю надежды увидеть его когда-нибудь опять. Кое-кто говорит, что на Гревской площади был сожжен не он".